Поддержать команду Зеркала
Белорусы на войне
  1. Бессмертие для диктаторов: рассказываем, как стареющие правители пытаются продлить себе жизнь и что из этого выходит
  2. Посольство: информация о белорусе, получившем в Челябинске повестку о мобилизации, вероятно, фейковая
  3. Зачем российские пропагандисты извратили заявление Хренина и чья Белогоровка. Главное из сводок на 281-й день войны
  4. В Миорах силовики задержали не меньше 13 человек. Среди них — «Человек года Витебщины» и его сын
  5. «Как остановить пожар в Европе?» В ОБСЕ зачитали последнюю речь Макея
  6. Вступительная кампания в вузы в 2023 году пройдет по новым правилам (и с характеристикой)
  7. «Коллега еще чувствует себя неважно». Попытались узнать, что известно о белорусах, заболевших менингитом на складах Ozon в Подмосковье
  8. Глава ОНТ предложил главе ЦИК назначать президента на ВНС, чтобы не допустить к власти «Зеленских, котлет и Наусед». Тот не против
  9. «Чувствует себя нормально». Мария Колесникова остается в больнице до понедельника
  10. В США при странных обстоятельствах погибла белоруска, ее муж, свекровь, двое дочерей и собака
  11. Дело TUT.BY передали в суд. Дата первого заседания пока неизвестна
  12. Подоляк озвучил потери украинской армии в войне с Россией. Ранее это называли закрытой информацией
  13. Бразилия сыграет с Южной Кореей, Англия против Сенегала и другие пары. Определились все участники 1/8 финала футбольного ЧМ
  14. «Зноў не той». В Беларуси продолжаются задержания по поводу комментариев о смерти Макея
  15. Какую игру ведет Лукашенко, подготовка к мобилизации в Крыму, число убитых и сдавшихся в плен. Главное из сводок на 282-й день войны
  16. В МНС рассказали, какие налоговые изменения уже точно введут в 2023 году. Они затронут как бизнес, так и население
  17. Без повестки и звонков. В Борисовском районе от военнообязанных требуют явиться для сверки учетных данных
  18. Возможная мобилизация, визы и политзаключенные. Объединенный переходный кабинет подвел промежуточные итоги и ответил на вопросы журналистов
  19. «Предупреждают, что за мной уже выехали». Поговорили с Валерием Сахащиком об угрозах, полке Калиновского и плане «Перамога»


Компании из сферы IT постепенно покидают Беларусь: некоторые сворачивают бизнес в стране полностью, другие — частично. Несмотря на то, что министр связи и информатизации Константин Шульган не видит «катастрофического оттока кадров в сфере информационных технологий», уже известно о полном уходе с рынка нескольких крупных игроков. Парк высоких технологий, ставший главной причиной роста IT-сектора, пытается обернуть процесс вспять, предлагая айтишникам новые льготы. Однако похоже, что с мечтой об «айти-стране» белорусским властям все же придется попрощаться. Вспоминаем, как создавался ПВТ, чего успел достичь за годы существования и как внезапно превратился в «логово врагов» белорусского государства.

История создания: «Ладно, пусть будет такая игрушка»

Создание ПВТ неразрывно связано с персоной первого директора Парка — Валерия Цепкало. Выпускник МГИМО, он еще в 1994 году вошел в предвыборный штаб Александра Лукашенко, а одним из главных достижений дипломата на этой должности стала приписываемая ему организация визита кандидата в Госдуму России. Как писал в своей книге «Лукашенко. Политическая биография» Александр Федута, у Цепкало были знакомые среди членов Либерально-демократической партии Владимира Жириновского (в парламенте того созыва — одна из двух крупнейших фракций). Фактически это был визит не в Думу, а во фракцию.

По мнению Федуты, «белорусы привыкли к тому, что контакты на официальном уровне осуществляют исключительно высшие руководители страны, премьер-министр и глава парламента». То есть, участие Лукашенко в таким значимом мероприятии повышало его статус как политика.

После победы Лукашенко на выборах Цепкало назначили первым заместителем министра иностранных дел. Затем его ждали работа послом Беларуси в США и Мексике (1997−2002), а также помощником Лукашенко по науке и технологиям. Именно во время работы послом Цепкало побывал в Кремниевой долине, и, по его собственному признанию, осознал необходимость остановить «утечку мозгов» из Беларуси. «Был оскорбительным тот факт, что для того, чтобы стать успешным, человеку нужно было уехать из Беларуси в Кремниевую долину», — говорил он в интервью The Wall Street Journal.

В итоге Цепкало начал лоббировать идею создания подобного учреждения в Беларуси. В предисловии к книге «Парк высоких технологий: 10 лет развития», он писал, что ему приходилось «индивидуально работать» с каждым министром, разъясняя суть собственных предложений по созданию ИТ-парка со льготным налоговым режимом для компаний-резидентов. Многие из чиновников, по словам Цепкало, не понимали и не желали разбираться, «кто-то попросту не верил, что такое в Беларуси в принципе возможно».

«Положа руку на сердце, приходится констатировать, что практически никто не ожидал, что в нашей стране вырастет ИТ-индустрия в её нынешнем виде, — писал Цепкало. — У меня сложилось впечатление, что большинство участников процесса со стороны госаппарата согласилось с идеей ПВТ, исходя из такого соображения: «Ладно, пусть будет такая игрушка, коль денежных вливаний не требует. Пользы она она не принесет, но и вреда тоже».

Валерий Цепкало (слева) и Александр Лукашенко во время посещения будущего ПВТ, 2006 год. Фото: park.by
Валерий Цепкало (слева) и Александр Лукашенко во время посещения будущего ПВТ, 2006 год. Фото: park.by

Позднее факт того, что инициатива по созданию ПВТ исходила именно от Цепкало, будет оспариваться властями — после его увольнения с должности директора в марте 2017 и особенно — после решения бывшего помощника баллотироваться в президенты. Отметим, что и сам Цепкало нередко в публичном пространстве называл создателем ПВТ Лукашенко — например, именно ему приписывалась эта идея в посвященном созданию Парка совместном докладе с на тот момент главной Национальной академии наук Михаилом Мясниковичем и другими работниками НАН. «Идея создания Парка высоких технологий впервые была выдвинута Главой нашего государ­ства во время Недели информационных технологий два года назад», — писали докладчики. Еще одним известным лоббистом идеи создания ПВТ считается основатель компании EPAM Systems Аркадий Добкин, он также говорил о своей роли в появлении ПВТ в одном из интервью.

Как бы то ни было, в сентябре 2005-го Лукашенко подписал Декрет № 12 «О Парке высоких технологий». Вот главное, что было в этом документе:

  • резиденты Парка освобождались от уплаты всех корпоративных налогов, включая налог на добавленную стоимость и налог на прибыль;
  • индивидуальный подоходный налог для сотрудников имел фиксированную ставку 9% и не включался в совокупный годовой доход (в то время в Беларуси применялась прогрессивная шкала подоходного налога, по которой он мог доходить до 30%; с 2009 года страна перешла на единый размер налога — 12%; в 2015 единая ставка выросла до 13%);
  • для резидентов снижался земельный налог;
  • обязательные страховые взносы не начислялись на часть дохода работника ПВТ, превышающую однократный размер средней заработной платы работников в стране за месяц;
  • с резидентов Парка высоких технологий при выплате дивиден­дов их учредителям не взимался оффшорный сбор;
  • на территории Парка применялся понижающий коэффициент арендной платы 0,5;
  • резиденты были не обязаны продавать заработанную иностранную валюту, как это обязано делать большинство предприятий.

Уже в июне 2006-го Парк зарегистрировал первых резидентов. Ими стали четыре компании:

  • ИП «ЭПАМ Системз» (компания EPAM Systems, до сих пор является членом ПВТ);
  • ЧУП «Сакрамент ИТ» (сейчас числится в перечне компаний, находящихся в стадии ликвидации);
  • ИТ СООО «Системные технологии» (компания System Technologies, занимающаяся в частности разработкой решений для банковской автоматизации, один из продуктов — приложение TIX для оплаты проезда в городском транспорте Минска; до сих пор является членом ПВТ);
  • СП ЗАО «Научсофт» (компания ScienceSoft, занимающаяся консалтингом и разработкой программного обеспечения для бизнеса из разных сфер; до сих пор является членом ПВТ).

Взлет ПВТ и IT-отрасли: миллиардный экспорт и локомотив ВВП

На первом этапе ПВТ развивался в большей степени как аутсорсинговый проект: белорусские компании-резиденты разрабатывали ПО на заказ для зарубежных заказчиков. В целом такая модель была успешна, а Беларусь стала серьезным игроком на мировом рынке разработки софта. В 2006-м суммарный экспорт ПВТ составил 22 млн долларов, через пять лет — уже почти в десять раз больше, 215 миллионов. Однако быстрое развитие информационных технологий в 2010-е требовало пересмотра концепции развития Парка, так как рост экспорта Беларуси в IT-сфере не успевал за ростом самого рынка. За следующие пять лет после 2011-го показатель вырос «лишь» в неполных четыре раза: до 820 миллионов долларов. В то же время ПВТ открыл собственный образовательный центр и бизнес-инкубатор, для работников Парка строили жилье. В 2014-м Лукашенко внес изменения в декрет о ПВТ, расширив направления деятельности компаний-резидентов, однако к заметному рывку это не привело.

Дело в том, что аутсорсинговую модель постепенно начала сменять продуктовая, когда компании не только делали ПО на заказ, но и сами выпускали на рынок собственные продукты. Еще в 2010-м компания Wargaming выпустила игру World of Tanks. На пике компания оценивалась в 3 млрд долларов, а состояние основателя Wargaming Виктора Кислого в 2016 году на некоторое время превысило миллиард долларов.

В 2012-м на Нью-Йоркской фондовой бирже впервые за всю историю ее существования провела IPO компания с белорусскими корнями — EPAM Systems. В том же году бизнесмен Виктор Прокопеня за 100 миллионов долларов продал израильскому миллиардеру Тедди Саги свой бизнес — Viaden Media. На первых порах компания, как и большинство резидентов ПВТ, работала по модели аутсорса. Но в 2006-м Прокопеня решил отойти от работы под заказ и начать разрабатывать и дистрибуцировать собственные продукты. Viaden Media концентрировалась сначала на программном обеспечении для индустрии онлайн-развлечений, потом — на выпуске приложений для слежения за здоровьем и мобильных игр.

Виктор Прокопеня.

Чуть позже два израильских инвестора Тальмон Марко и Игорь Магазинник в своих центрах разработки в Бресте и Минске создали приложение Viber и в 2014 году за 900 млн долларов продали набирающий популярность мессенджер японскому интернет-конгломерату Rakuten. В начале 2017 года их новый стартап Juno, в создании которого принимало участие около 100 минских программистов, за 200 млн долларов приобрел глобальный онлайн-сервис по заказу такси Gett.

«Продажа Виктором Прокопеней Viaden Media становится первой по настоящему значимой сделкой в продуктовом сегменте белорусской IT-индустрии. С одной стороны, сам по себе этот факт, ее объем служит важным стимулом для создания и развития новых продуктовых стартапов среди белорусских «айтишников», а с другой заставляет, обратить внимание на новые возможности IT-Беларуси глобальных инвесторов», — писало в 2017-м году издание Telegraf.by.

Изменение концепции ПВТ действительно произошло — как раз в 2017-м. В марте Валерия Цепкало сняли с должности директора, его место занял другой бывший члена предвыборного штаба Лукашенко в 1994-м — Всеволод Янчевский, который также считается одним из создателей провластного союза молодежи — БРСМ.

В конце того же 2017-го Лукашенко подписал Декрет № 8 «О развитии цифровой экономики». Документ стал решающим в будущем ПВТ и принятии приоритетного курса на продуктовую модель работы компаний вместо аутсорсинговой. Согласно документу, режим Парка, освобождающий резидентов от большинства налогов, включая налог на прибыль, был продлен до 1 января 2049 года. Сфера деятельности компаний-резидентов заметно расширилась, а право включать в нее новые направления без ведома властей получил сам ПВТ. Иностранные компании, продвигающие услуги членов Парка за рубежом, также были освобождены от НДС. Найм квалифицированных иностранных работников резидентами ПВТ значительно упростили. Для компаний, входящих в Парк, ввели отдельные институты английского права, что серьезно расширило их юридические возможности. Значительно упростилась работа резидентов с валютной выручкой и электронными деньгами, появилась правовая основа для оборота криптовалют. Беларусь первой в мире узаконила смарт-контракты.

Всеволод Янчевский. Фото: park.by
Всеволод Янчевский (на ближнем плане справа) с госсекретарем США Майком Помпео и министром иностранных дел Беларуси Владимиром Макеем в Парке высоких технологий, январь 2020. Фото: park.by

Эти и многие другие изменения стали прорывными — в следующие годы ПВТ продемонстрировал взрывной рост числа резидентов. В 2018 году к Парку присоединились почти 200 компаний — больше, чем за все предыдущие 12 лет существования. В июле 2020 года общее число резидентов выросло до 886 компаний, в которых работали около 63 тысяч человек.

Это не могло не сказаться и на продажах: экспорт IT-услуг в Беларуси за 2017−2019 годы года вырос в 2,4 раза. Уже в первый год после принятия нового Декрета рост экспорта составил 125% и впервые преодолел планку в 1 млрд долларов. В 2018 — уже 138% (1,4 млрд долларов). В 2019 — 155% (2 млрд 195 млн долларов). В 2020 году экспорт ПВТ достиг абсолютного рекорда и составил 2 млрд 735 млн долларов с темпом роста в 125% (падение темпов, вероятно, стало следствием пандемии COVID-19).

Сам сектор стал драйвером белорусской экономики. За 2017−2019 годы экспорт услуг отрасли вырос почти в 2,5 раза. В 2018 году на долю IT-сферы приходилось 5,7% ВВП — чуть меньше, чем на сельское и лесное хозяйство (6,4%). По итогам января-октября 2021-го — 7,4%. К 2023 году власти надеялись на ее рост до 10% ВВП. Если же посмотреть на роль ПВТ в росте экономики Беларуси, то ее и вовсе тяжело переоценить — в В 2019-ом IT-сектор обеспечил половину прироста ВВП. И это при относительно небольшой численности занятых в сфере работников.

Будущее ПВТ казалось безоблачным.

Обида Лукашенко: протесты 2020 и репрессии против сотрудников

Белорусские власти в лице, прежде всего, Александра Лукашенко и до выборов 2020 года иногда критиковали IT-сектор. Например, в 2017-м политик был недоволен наличию у резидентов счетов за границей — он хотел, чтобы все заработанные на экспорте услуг деньги шли в страну. «Я поручил председателю Следственного комитета подъехать туда, собрать их — люди же не глупые — и предупредить: ребята, прекратите шалить, потому что мы так будем смотреть-смотреть и поставим вас в ряд со всеми. Чем вы отличаетесь, великие айтишники?» — предупреждал Лукашенко.

Фото: Reuters
Александр Лукашенко. Фото: Reuters

И все же кардинальный перелом в отношениях власти и ПВТ случился именно после старта президентской кампании 2020 года. Уже в мае стало известно, что свою кандидатуру на выборах хочет выставить Валерий Цепкало. Сразу после этого, как писало российское издание «Ведомости» со ссылкой на другие СМИ, администрация ПВТ обзвонила резидентов и предупредила: заслуги по созданию парка надо приписывать не Цепкало, а Лукашенко. Резидентов просили не лайкать, не репостить, не комментировать посты Цепкало и тем более не вступать в его инициативную группу, обещали следить и «принимать меры». Цепкало в итоге не зарегистрировали в качестве кандидата — собранные в его поддержку подписи признали недействительными, а у супруги Вероники выявили незадекларированные доходы. В июле, еще до выборов, он покинул Беларусь.

Отношение IT-сообщества и связанной с ним творческой интеллигенции, симпатизировавших демократическим кандидатам, явно обидело Лукашенко. В своем интервью украинскому журналисту Дмитрию Гордону незадолго до выборов он сказал: «Я их левой сиськой всех выкормил. Я их вырастил всех. Ладно, если бы я по сути где-то неправ был — и они начали меня критиковать. Им заплатили — и они побежали, начали поститься, хайповать».

Ситуация только ухудшилась с началом массовых протестов несогласных с результатами выборов в Беларуси. Представители сектора активно высказывали свое мнение по поводу прокатившегося по стране насилия со стороны силовиков и стали заметной частью протестного движения. 14 августа возле здания администрации ПВТ собрался многотысячный митинг работников отрасли, к середине дня цепь из людей растянулась примерно на километр. Символом акции стала клавиатура.

Акция солидарности возле администрации ПВТ 14 августа 2020 года. Фото: TUT.BY
Акция солидарности возле администрации ПВТ 14 августа 2020 года. Фото: TUT.BY

«Посыл у меня сегодня такой же, как у всех остальных: чтобы власть остановила войну, которую она развязала на улицах мирного города, и ушла. Мне нравится, что компании и ИТ-сообщество реагируют схоже, с пониманием и поддержкой: было письмо Добкина, довольно приличное, где он обещал поддержку для сотрудников EPAM. И другие компании тоже поддерживают. Да и не было компаний, которые принуждали бы отказаться от своей гражданской позиции. Сейчас прошла информация, что некоторые компании хотят своих сотрудников перебросить в Киев. Но не все сотрудники хотят, потому что сегодня стремятся быть здесь и поддержать народ», — рассказывал ресурсу dev.by один из участников акции.

Сразу после выборов более 2,5 тысяч представителей IT подписали открытое письмо против насилия. Они же помогали пострадавшим во время репрессий, уволенным и переехавшим. Можно вспомнить кейс руководителя PandaDoc Микиты Микадо, инициировавшего проект финансовой помощи силовикам, уволившимся из-за своей позиции или несогласия с насилием со стороны коллег. Специалистов отрасли начали задерживать по политическим мотивам еще до выборов и продолжают до сих пор, а кто-то из них провел в СИЗО не один месяц.

Уже в сентябре Лукашенко пообещал «разобраться» с бунтующими айтишниками. «Скажите, а что надо айтишникам? Я же уже для них создал рай. Нет, оказывается, им чего-то не хватает», — возмущался он. Продолжавшиеся в то время акции протеста он назвал похожими на мелкобуржуазную революцию. А «буржуйчикам, богатым людям, айтишникам», по его словам, захотелось власти. После этого он еще не раз вспоминал, что представители IT-сферы хорошо живут, и недоумевал, что же им еще надо.

Такая риторика сохранялась в речах Лукашенко и далее. Однако словами дело не ограничилось: многие работники отрасли попали за решетку. Так, директор минского офиса той самой помогавшей уволившимся силовикам PandaDoc Дмитрий Рабцевич и проектный менеджер компании Виктор Кувшинов были задержаны в середине сентября 2020 года вместе с другими сотрудниками фирмы. Их обвинили в хищении бюджетных средств, задержанным грозило от трех до десяти лет лишения свободы. Кувшинов вышел на свободу лишь в августе 2021-го, проведя в СИЗО почти год. Компания начала процедуру ухода из Беларуси сразу после задержаний, а в 2021-м закрыла белорусское юрлицо. В минском офисе PandaDoc работало больше 200 человек.

В мае 2021-го был разгромлен портал TUT.BY — крупнейший информационный ресурс в Беларуси. Полтора десятка сотрудников и связанных с компанией людей оказались за решеткой, многие из них остаются там до сих пор. По данным Комитета государственного контроля, TUT.BY была получена выручка, не предусмотренная деятельностью Парка высоких технологий. В итоге против сотрудников портала, многие из которых не имели отношения к его хозяйственной деятельности, было возбуждено уголовное дело о неуплате налогов в особо крупном размере. В то же время сам портал заблокировали, а позднее его продукция была признана экстремистской.

В августе 2021-го Лукашенко обвинил основателя одного из флагманов ПВТ Аркадия Добкина в финансировании белорусских протестов. «Вот это узкое горлышко: сюда деньги поступили — получайте за свою работу. А не то, что оттуда некий там EPAM и прочая, мерзавец, Добкин или Дробкин, как его там фамилия, это уже установлено. Он деньги сюда перечислял на протестные акции, а там связан со спецслужбами. Деньги дали, перечислил, а они тут делили. Это ненормально», — сказал он. Сам Добкин ответил на обвинения сдержанно, заявив, что компания не собирается уходить из Беларуси.

Фото: dev.by
Аркадий Добкин. Фото: dev.by

Однако общая ситуация в стране и давление на IT-сферу привели к тому, что после выборов начался поток миграции специалистов отрасли и целых компаний. По опросам, за год после президентских выборов из Беларуси уехали 20 тысяч IT-специалистов и 58% всех основателей стартапов, большинство из них были резидентами ПВТ.

ПВТ сегодня: частичная отмена льгот и уход крупных игроков

В начале 2021-го в судьбе ПВТ произошло еще одно эпохальное событие. Власти нарушили собственные гарантии по неизменению налогового режима в Парке до 2049 года — льготная ставка по подоходному налогу была аннулирована. Теперь вместо 9% работники ПВТ отдают государству «стандартные» 13%. В момент введения сообщалось, что повышенные ставки вводят временно — на два года до 1 января 2023-го, а целью обозначалась «консолидация доходов бюджета для борьбы с COVID-19». Правда, некоторые аналитики говорили, что власти просто решили выжать из сферы деньги на фоне надвигающихся экономических сложностей. Некоторый положительный эффект это дало — в конце прошлого года МНС отчиталось о том, что резиденты ПВТ еще в сентябре перечислили в казну 539,8 миллиона рублей налогов, что было больше, чем за весь 2020-й.

Даже после частичной отмены льгот сами компании-резиденты события не форсировали. Большинство их представителей высказывалось о будущей деятельности в Беларуси расплывчато, говоря о релокации только тех сотрудников, которые этого пожелают сами. По опросам портала dev.by, к февралю 2021-го (уже после отмены льгот по уплате подоходного налога) лишь около 15% айтишников покинули страну. Только 40% сотрудников сообщали, что компании готовят полный или частичный релокейт. Некоторые резиденты начали открывать юрлица за рубежом.

Однако медленный отток айтишников превратился в массовый после начала вторжения России в Украину, ведущегося в том числе с территории Беларуси, и последующего введения западных санкций, существенная часть из которых затронула и нашу страну.

17 марта об уходе из Беларуси заявила компания Flo, создавшая популярное мобильное приложение о женском здоровье. В минском стартапа работало более 200 человек, в 2021 году Flo оценили в 800 миллионов долларов. 25 марта о ликвидации белорусского юрлица заявила компания OneSoil, помогавшая фермерам по всему миру оптимизировать свою работу. В ее столичном офисе работало около 40 человек. А в начале апреля об уходе из Беларуси заявил и гигант в сфере разработки компьютерных игр Wargaming. Белорусский и российский офисы компания передала под управление Lesta Studio, а свою студию в Минске закрывает. В 2020 году в компании в стране работало 2,4 тысячи сотрудников. Сколько из них будут уволены, а сколько переедут — неизвестно. Ходят слухи о подготовке к закрытию белорусского офиса еще одним крупнейшим игроком — EPAM Systems (сегодня стало известно, что компания уходит из России).

На первом этапе власти в лице администрации ПВТ пытались остановить отток специалистов, связанный с военными действиями в Украине. В середине марта резиденты Парка получили письмо, в котором говорилось о проработке мер по поддержке отрасли. «Идеи мы уже внесли в правительство. Наши пояснения и аргументы слышат (причем, не только в правительстве, но и в ряде силовых структур). Возможно, часть наших предложений войдет в нормативные акты, касающиеся всей страны (а не только ПВТ), — писал директор Парка Всеволод Янчевский.

Среди упоминавшихся в документе мер были отсрочка от призыва для сотрудников, мораторий на проверки в компаниях, возможное снижение подоходного налога до прежних 9%, помощь государства по внешнеторговым платежам, разрешение на использование криптовалют, разрешение на дистанционную работу из других стран и прочее. Однако само сообщество айтишников отреагировало на многообещающий документ без особого энтузиазма — половина опрошенных dev.by сотрудников не верили, что какие-то из предложенных мер помогут IT в Беларуси.

С другой стороны, половина сотрудников видела в некоторых мерах определенный смысл. Вероятно, что и этого оптимизма поубавилось после недавних заявлений Лукашенко. На совещании, где обсуждался проект Указа об органе государственного управления в сфере цифрового развития и вопросах информатизации, он потребовал чтобы его проинформировали о том, что происходит в ПВТ, и насколько остро стоит вопрос оттока кадров.

«Как меня информируют: такой уж там отток, что завтра погибнет Беларусь без айтишников», — сказал политик, противореча не видящему «катастрофического оттока» министру Шульгану. — Процесс отъезда некоторых айтишников все-таки наблюдается, и, возможно, он не малый. Нам надо посмотреть с точки зрения безопасности, насколько это опасно для Беларуси. С другой точки зрения, надо все-таки разобраться с IT-технологиями, IT-парками и с этими айтишниками, чтобы у нас были равные условия для всех. Время пришло для того, чтобы решать эти вопросы».

Фото: Reuters
Минский офис компании EPAM Systems. Фото: Reuters

Обещания «разобраться» с ПВТ звучали от Лукашенко и раньше. Еще в конце января он говорил следующее: «Это парк, который я создавал и совершенствовал, назначая туда своих помощников. Он сегодня создает продукт, являясь филиалом крупных предприятий в США и других странах. Там эти «гуглы», «майкрософты» и прочее, а здесь — их филиалы. И понятно, что спецслужбы давали указания — это уже установлено — финансировали эти компании. И давали команды: на улицу — бороться, свергать и крошить. <…> Нет-нет, я не принял никаких решений и даже поручений не отдавал. Может быть, мы договоримся, не станем рубить с плеча. <…> Но самое главное: не пришло ли время поставить в равные условия айтишников на предприятиях, в Академии наук, ПВТ и тому подобное? Я думаю, мы договоримся. Если не договоримся, поступим по-американски: хотите в Академии наук взять специалистов — заплатите. Пусть этот Google, Microsoft заплатят хорошую цену председателю Академии наук, к примеру».

Большинство представителей белорусского бизнеса знают, что слово «разобраться» из уст Лукашенко редко звучит в положительном контексте. Поэтому такие заявления политика вряд ли остановят крупные компании от сворачивания бизнеса в стране. Тем более, что часть контрагентов попросту больше не сможет работать с Беларусью из-за наложенных санкций. Возможно, властям все же удастся в каком-либо виде сохранить белорусскую IT-отрасль, однако уже сейчас можно однозначно сказать, что с мечтой об «айти-стране» в нынешних условиях придется попрощаться.