Поддержать команду Зеркала
Беларусы на войне
Налоги в пользу Зеркала
  1. Проголосовали против решения командиров и исключили бойца. В полку Калиновского прошел внезапный общий сбор — вот что известно
  2. На Всебеларусском народном собрании на безальтернативной основе избрали председателя (все знают, как его зовут) и его заместителя
  3. Минск снова огрызнулся и ввел очередные контрсанкции против «недружественных» стран (это может помочь удержать деньги в нашей стране)
  4. Владеют дорогим жильем и меняют авто как перчатки. Какое имущество у семьи Абельской — экс-врача Лукашенко и предполагаемой мамы его сына
  5. В Беларуси меняются правила постановки автомобиля на учет
  6. В Польше автобус, который следовал из Гданьска в Минск, вылетел в кювет и врезался в дерево
  7. Российские войска в ближайшие недели усилят удары и изменят набор целей — эксперты ISW
  8. «Посеять панику и чувство неизбежной катастрофы». В ISW рассказали, зачем РФ наносит удары по Харькову и уничтожила телебашню
  9. Климатологи рассказали, какие регионы накроет рекордная жара летом 2024-го
  10. Сейм Литвы не поддержал предложение лишать ВНЖ беларусов, которые слишком часто ездят на родину
  11. Пропагандисты уже открыто призывают к расправам над политическими оппонентами — и им за это ничего не делают. Вот примеры
  12. В Беларуси подорожают билеты на поезда и электрички
  13. Караник заявил, что по численности врачей «мы четвертые либо пятые в мире». Мы проверили слова чиновника — и не удивились
  14. BYPOL: Во время учений под Барановичами погиб офицер


В Беларуси из-за жары объявлен оранжевый уровень опасности, а к медикам стали обращаться люди, которые получили тепловые удары. А ведь многие белорусы сейчас находятся на работе, при этом условия у некоторых бывают совсем неидеальные — без кондиционеров, а иногда даже нет времени попить воды. Узнали, каково им сейчас приходится.

Фото носит иллюстративный характер

При жаре +30 — в кирзовых сапогах с железными вставками

Игнат (имя изменено. — Прим. ред.) работает на Бобруйском заводе тракторных деталей и агрегатов. Рабочее место мужчины в огромном цеху размером с половину футбольного поля. Это практически замкнутое пространство, где нет даже сквозняка, стоит сухой воздух. Цех, конечно, оборудован приточной вентиляцией, «но она ни о чем».

По словам рабочего, уже утром, когда смена только начинается, в цеху очень жарко, а к 12.00 температура поднимается до 30 градусов, еще жарче возле работающих станков. При этом одеты заводчане довольно тепло для таких температур — майка, штаны, кирзовые ботинки с железными вставками в носах. В такой обуви ноги Игната становятся разбухшими, как после долгого пребывания в воде. Сменить одежу и обувь на другие нельзя — это нарушение техники безопасности.

Фото носит иллюстративный характер

Игнат говорит, что способов спастись от жары у них нет. Выйти на улицу нельзя, «ведь выходит, что ты покинул рабочее место», за это можно полностью лишиться премии. Впрочем, нет никакого толка выходить на улицу хотя бы в обед — двери из цеха ведут на солнечную сторону, «там пекло и никакой тени, в которой можно было бы спрятаться хоть на 15−20 минут».

— За смену два литра воды легко уходит, но вся жидкость выходит с потом, в туалет разве что один раз схожу. Восьмичасовую смену выдержать очень сложно. Стараешься экономить силы, работать размеренно, но непросто сохранить такой ритм — начальство подгоняет.

Белорус говорит, что руководство на условия труда рабочих никак не реагирует. Наоборот, жестко гоняют за дисциплину, потому что надо выполнять план. При этом предприятию надо сэкономить деньги, «для этого надо больше людей наказать, чтобы лишить дополнительных выплат».

— Никто нас тут не жалеет. «Плюшки» были в прошлом году — завозили нам минеральную воду, на смену человеку выдавали по одному литру. Кондиционеры сделать здесь в таких объемах нереально. Зимой обратная проблема — цех сильно остывает, средняя температура +13, а при сильных морозах в том году было +6.

Меньше двигаться, пить воду и ждать конца работы

Александр (имя изменено. — Прим. ред.) служит пограничником. Если во время работы он не в командировке в лесу, то у него есть два варианта: суточное дежурство или работа с утра до вечера. На службе мужчина одет в форму и берцы.

— Во время смены нахожусь в дежурном помещении. Это как кабинет с окнами, смысла в них нет. Сейчас там температура 28−30 градусов. Банальных вентиляторов тут нет, какие кондиционеры? — рассказал пограничник.

Чтобы хоть как-то облегчить состояние, Александр старается на службе поменьше двигаться, пьет холодную воду и ждет конца рабочего дня.

Фото носит иллюстративный характер

Мужчина отметил, что его «начальству по барабану», в каких условиях приходится работать их подчиненным. В прошлом году белорус пытался завести разговор про охрану труда, отмечал, что температура выше 26 градусов — это вредные условия. Увы, добиться изменений он не смог.

Что касается командировок в лес, то радость от них у пограничника небольшая, скорее, наоборот. Ведь при такой погоде это парниковый эффект, влажность, палящее солнце и соблюдение формы одежды.

— Раз в год тепловой удар я получаю, хоть и не из самых слабых в плане здоровья. Вообще, я привык уже. И, к счастью, мне осталось немного до конца отработки. Перспектив здесь я не вижу. А все попытки изменить устойчивую абсурдную систему приводили лишь к потраченным собственным нервам и лишениям премий.

«Бывает, на жаре течет кровь из носа»

Около года 20-летний Вадим (имя изменено. — Прим. ред.) работает дорожным рабочим. Трудится он постоянно на улице. Парень говорит, что на погоду никто внимания не обращает и поблажек не дает. Сейчас, когда на улице больше 30 градусов, дорожники должны обязательно быть в головном уборе, майке, штанах, сапогах или кроссовках, а когда на объект приезжает начальство повыше — на голове должна быть каска.

— Чувствую себя по-разному. Бывает, на жаре течет кровь из носа. Спрашивал у врача, почему у меня так происходит, говорит, что это он нагрузки при жаре, с давлением у меня проблем не было.

Фото носит иллюстративный характер

Кода у Вадима открывается кровотечение, его начальство предлагает уйти парню домой, но он не хочет — ведь тогда ему не поставят рабочие часы и он потеряет в зарплате.

Вадим рассказывает, что буквально через пару солнечных дней загорел так, словно после отдыха на курорте. Цвет его кожи очень удивляет окружающих, которые постоянно интересуется, в какие страны ездил парень. Такие вопросы парня «очень бесят», особенно после того, как он получил сильные ожоги кожи на руках и шее и «спать было нереально». Но и в этом случае на больничный Вадим не ходил — «порезали бы зарплату».

От жары Вадима немного спасает вода, но когда на объекте начальство, то нельзя сходить в магазин, чтобы купить ее. Впрочем, даже если вода уже есть, то попить ее не всегда получается — начальство не любит, когда подчиненные прохлаждаются.

У рабочих есть десятиминутные перерывы в работе в конце каждого часа. Иногда во время них идти просто некуда, поэтому дорожники прячутся от солнца под техникой.

— Бывает, начальник дает какую-то срочную задачу, которую нужно сделать во время перерыва. Не послушаешь — срежет зарплату. А недавно было 32 градуса жары, мы работали в траншее, а там вообще нет ветра. Начальник пришел и еще больше дал работы. Уж лучше бы мороз, тогда хоть через некоторое время согреваешься.

Фото носит иллюстративный характер

По словам парня, труд во время жары дорожникам дополнительно не оплачивают, только во время отпуска добавляют к основному отдыху четыре дня — «за вредность».

— Мама постоянно пишет мне, когда я на работе — волнуется. Уговаривает увольняться. В последнее время я все больше задумываюсь об этом. Но мои знакомые говорят, мол, куда ты пойдешь, нигде нет таких зарплат как у дорожников.

Парень сообщил, что в апреле он получил на руки около 1700 рублей (тогда он работал шесть дней в неделю), в мае около 1200 рублей.