Поддержать команду Зеркала
Беларусы на войне
Налоги в пользу Зеркала
  1. Новый скандал вокруг Фонда спортивной солидарности. Левченко, Герасименя и другие известные атлеты выразили вотум недоверия Опейкину
  2. Следственный комитет начал спецпроизводство в отношении основателя медцентра «Новое зрение» Олега Ковригина
  3. «Я не хотела выходить из колонии. Меня отрывали от шконки». Алана Гебремариам — о тюрьме, воле и о том, как освободить политзаключенных
  4. Зачем Путин внезапно собрался в Беларусь и что ему нужно? Спросили у экспертов
  5. Учился в РФ, грозился прорубить «коридор силой оружия» через Литву. Лукашенко назначил нового начальника Генштаба
  6. Три европейские страны признали Палестину как независимое государство. МИД Израиля отзывает послов
  7. «Вся эта вакханалия…» МИД прокомментировал ввод дополнительных ограничений на поставки товаров из ЕС
  8. Правительство Беларуси разработало проект закона об амнистии к 3 июля. Осужденных за «экстремизм» и «терроризм» не освободят
  9. Из-за контрсанкций Минска с прилавков магазинов вскоре должны исчезнуть некоторые товары. Рассказываем, чем лучше закупиться впрок
  10. Банки будут сливать налоговикам новые данные о доходах населения. Стали известны подробности
  11. 28 лет назад Владимир Карват спас жителей двух деревень — и посмертно стал первым Героем Беларуси. Вспоминаем его трагическую судьбу
  12. «Однозначно — нет». Минобразования окончательно определилось с выпускными в кафе и ресторанах
  13. Налоговики предупредили предпринимателей о важных изменениях. Некоторым грозят штрафами и конфискацией дохода
  14. Пропагандисты взялись объяснять причины отъема жилья у уехавших — и, кажется, совершенно запутались. Вот что они говорят
  15. Стали известны секретные планы военного командования РФ по наступлению на Харьковщине — своего не добились, но выгоду получили
  16. Азарова лишили доступа к плану «Перамога». Тихановская прокомментировала «Зеркалу» рассылку с призывом голосовать на выборах в КС
  17. Власти жалуются на нежелание семей заводить детей. Мы решили найти год, когда родилось больше всего беларусов, — и вот что выяснили
  18. Кремль продвигает программу легализации статуса «соотечественников России за рубежом» — эксперты объяснили суть замысла


Александр Лукашенко признался, что по его распоряжению бывший глава Нацбанка Петр Прокопович включал печатный станок. По словам политика, это делали в том числе для поддержки сельхозпредприятий. Вероятно, обоих представителей власти не пугали последствия вливания в экономику ничем не обеспеченных денег, хотя экономисты регулярно предупреждали о рисках таких решений. Тем более что белорусы прежде не раз ощущали такие последствия на своем кармане. Вспоминаем некоторые кризисы, к которым приводил подобный подход в управлении экономикой в Беларуси.

Лукашенко показал, откуда… шла команда включать печатный станок

«Помните ту дикую инфляцию и девальвацию нашей валюты. Девальвация, девальвация… Сегодня я могу уже честно сказать, что тогда я отдал распоряжение председателю Нацбанка Петру Петровичу Прокоповичу: где не хватит, будем печатать», — вдруг признался Александр Лукашенко.

Из его слов следует, что такое распоряжение отдавалось в 1990-х, однако главой Нацбанка Петр Прокопович был с 1998 по 2011 годы. Следовательно можно предположить, что такие распоряжения исходили от политика на протяжении этих 13 лет. «Никому об этом ничего не говоря, мы, конечно, деньги подпечатывали. И отдавали на проекты аграрные», — уточнил Лукашенко. Здесь, наверное, корректнее было бы сказать, что власти обычно говорили как раз обратное тому, что на самом деле происходило в экономике или планировалось. Ведь именно заверения главы Нацбанка Петра Прокоповича в свое время стали для белорусов сигналом того, что в экономике (чаще всего на валютном рынке) не все гладко. Например, 23 мая 2011 года Петр Прокопович настаивал:

— Пока я являюсь председателем правления Нацбанка, никакой разовой девальвации одномоментной никогда не будет, — заявлял он и уточнял, что речь идет о девальвации в 5%. Но обещание свое глава Нацбанка не исполнил — только за май 2011 года белорусский рубль девальвировался на 56,3%.

Высокая инфляция и девальвация в конце 1990-х и нулевых

Начинал свою работу Петр Прокопович в очень непростые времена. Во-первых, его назначили на место предшественника, который не смог удержать курсы валют, из-за чего белорусский рубль стремительно обесценивался. Во-вторых, 1998-й — это год дефолта в России. Пусть банкротство и произошло в соседней стране, оно оказало серьезное влияние на белорусскую экономику.

Но причиной трудностей в тот год был не только дефолт в России, но и та самая денежная эмиссия, о которой заявил недавно Александр Лукашенко. Она происходила через кредиты Нацбанка правительству и целевые кредиты проблемным госкомпаниям, включая сельхозпредприятия, которые оказались в трудном положении из-за плохого урожая. Вливание денег в экономику внесло свою лепту в усложнение экономической ситуации в стране. Экономика Беларуси откатывалась назад, инфляция традиционно съедала рост доходов белорусов. Через год, в 1999-м, курс доллара вырос примерно в три раза, а цены — и того больше.

Экономист Игорь Русакевич называл «обесценение национальной валюты, выразившееся как в ставшем уже привычным для белорусских граждан удвоении-утроении цен за год, так и в девальвации курса белорусского рубля в десятки раз буквально за три-четыре года» результатом мягкой монетарной политики и вливания денег в экономику в тот период.

В начале нулевых Беларусь начала извлекать выгоды от соседства с крупной экономикой, включая дешевые энергоресурсы, цены на которые Москва устанавливала для Минска «по дружбе», и доступные кредиты. Так, только за 2008−2009 годы внешний долг страны по отношению к ВВП удвоился. Но в случае необходимости власти возвращались к самому простому и доступному способу «решения» проблем — печатному станку, директивному кредитованию и перекладыванию проблем неэффективных предприятий на плечи налогоплательщиков.

Проблемы накапливались и решать их с помощью привлечения внешних займов не всегда удавалось. А вместе с 2009 годом в Беларусь пришла разовая девальвация. Примечательно, что в конце 2008 года Лукашенко убеждал журналистов госСМИ в том, что никакой девальвации не будет. «Мы на это не идем. Чтобы там обвалить чего-то. И нет необходимости сейчас чего-то обваливать», — говорил он и подчеркивал, что приказал главе Нацбанка удерживать курс, чтобы рубль не упал больше 5%. Примерно это же политик повторил в новогоднем обращении. Но в январе нового года белорусы проснулись, традиционно сверили часы и курсы валют: в отличие от времени на часах табло курсов иностранных валют показывало их рост на 20,5% по сравнению с последним днем 2008 года. Вскоре после этого Лукашенко заявил, что при сильном белорусском рубле экспортеры начали нести большие потери при торговле на внешних рынках (в первую очередь в России), и оправдывался, что так власти поддержали производственников.

Впрочем, это было одно из многочисленных обещаний политика, который уже готовился к предвыборной кампании 2010 года и не собирался отказываться от простых решений для задабривания электората. На протяжении нескольких лет чиновники не теряли оптимизма. В 2008 году Петр Прокопович говорил, что через пять лет средняя зарплата в стране будет около тысячи долларов. А ноябре 2009 года — что у Беларуси есть возможности в течение десяти лет выйти на среднеевропейский уровень жизни с зарплатами около 2 тысяч долларов. Средняя зарплата в период до выборов 2010-го действительно росла где-то 13−25% каждый год. Отчасти ее наращивали за счет той же эмиссии через поддержку предприятий.

Через десять лет после обещаний Прокоповича, в декабре 2019-го, средняя зарплата в стране едва превышала 590 долларов, то есть даже не приблизилась к озвученным чиновником двум тысячам.

Очереди к пунктам обмена валют, во время экономического кризиса 2011 года. Фото: Reuters
Очереди к пунктам обмена валют во время экономического кризиса 2011 года. Фото: Reuters

Антирекорды 2011 года

Самым показательным и свежим примером вмешательства в экономику крепкой хозяйственной руки и привычного подхода к решению накапливающихся дисбалансов оказался 2011-й — последний год, когда Нацбанком руководил Петр Прокопович. В тот год белорусский рубль потерял две трети своей стоимости. Если в начале года один доллар стоил 3 тысячи рублей, то в конце — 8350 рублей, то есть рубль подешевел на 178%. Инфляция составила около 108%.

Прокоповича отправили в отставку в июне 2011 года по состоянию здоровья. Однако кризис стал проявлением проблем и дисбалансов, которые накапливались не один год.

Особенность кризиса 2011 года в том, что формально экономика демонстрировала рост (5,5%). Связано это было как раз с тем, что сильное удешевление рубля сыграло на пользу экспортерам (поставки товаров за границу тогда выросли на 58,8%).

А вот по кошелькам людей события того года ударили очень сильно. Реальные располагаемые доходы упали после 10 лет роста. И это несмотря на то, что весь год власти увеличивали номинальную зарплату, пытаясь сгладить последствия для населения от происходящего в экономике. Но для повышения зарплат использовались все те же «подпечатанные» деньги. В итоге люди стремительно теряли в зарплате, не могли платить по валютным кредитам, а рублевые сбережения таяли на глазах.