Поддержать команду Зеркала
Белорусы на войне
  1. Белорусы почувствовали проблемы в экономике: в четырех областях впервые за последние 5 лет упали реальные доходы населения
  2. «Москвич» вместо Renault, мины на пляжах Одессы и для чего Беларусь держит силы у границ с Украиной. Восемьдесят второй день войны
  3. Лукашенко заявлял, что у ОДКБ нет перспектив. Что это вообще за организация и кому она должна помогать? Рассказываем
  4. В Беларуси двенадцатый раз за год дорожает топливо. Сколько будет стоить литр с завтрашнего дня
  5. Минобороны Беларуси опасается провокаций: Украинцы минируют свою землю, ходят вооруженные
  6. «Продолжает сохраняться угроза нанесения с территории Беларуси ракетно-авиационных ударов». Главное из сводок штабов на 83-й день войны
  7. Снять не больше 1500 долларов в месяц по всем счетам. Банки вводят очередные новшества
  8. В МНС рассказали, готовиться ли белорусам к очередным налоговым новшествам
  9. «Идет корабль, и все прекрасно знают: он выйдет из бухты, отстреляется и зайдет обратно». Как живет Крым и переживает ли за украинцев
  10. Министр ЖКХ заявил, что не будет «никаких резких повышений» коммуналки и пообещал всей стране качественную питьевую воду
  11. Ночью РФ нанесла ракетный удар по Львовской области, утром — обстреляла Черниговщину и Ахтырку. Восемьдесят третий день войны
  12. Более 250 раненых украинских военных с «Азовстали» вывезли в самопровозглашенную ДНР. Их планируют обменять на военнопленных РФ
  13. Головченко: Из-за санкций заблокирован практически весь экспорт Беларуси в ЕС и Северную Америку
  14. «Порванный паспорт Колесниковой мне ближе, чем отъезд». Ольга Бритикова — о протестах на «Нафтане» и своих 75 сутках за фразу «Нет войне»
  15. Лукашенко и Путин провели «краткую беседу» в Москве. Обсудили совместное ракетостроение и строительство белорусского порта


После трагедии на улице Якубовского в Минске, во время которой погибли два человека, по стране прошла волна задержаний тех, кто, по мнению властей, неправильно высказывался об этой ситуации. Скорее всего, речь идет о тех, кто писал в комментариях что-то нелицеприятное, по мнению силовых структур, в адрес сотрудника КГБ, потому что сведений о задержании кого-то из администраторов провластных телеграм-каналов, госСМИ или представителей госструктур, которые в негативных красках описывали погибшего Андрея Зельцера и угрожали инакомыслящим не было. Разбираем, что может ждать задержанных комментаторов, как отечественные суды наказывают людей за высказывание своего мнения в интернете и были ли в Беларуси похожие инциденты массового задержания за комментарии.

Фото из архива Zerkalo.io
Фото из архива Zerkalo.io

За комментарии задержано не меньше 118 человек

29 сентября на улице Якубовского в Минске погибли два человека: житель одной из квартир этого дома Андрей Зельцер, к которому силовики пришли с обыском, и сотрудник КГБ Дмитрий Федосюк. Инцидент вызвал большой резонанс в обществе. Наряду с сочувствием о случившимся встречались эмоциональные и, порой, неоднозначные мнения про обоих погибших и саму ситуацию, причем как в провластных телеграм-каналах, государственных СМИ и речах представителей власти, так и в комментариях рядовых белорусов под новостями и в социальных сетях.

На следующий день начались массовые задержания людей в связи с комментариями о трагедии на Якубовского, а спустя два дня после инцидента Александр Лукашенко пригрозил, что все, кто оставлял негативные комментарии о случившемся, будут привлечены к ответственности.

Были возбуждены уголовные дела по статье 369 УК Беларуси (Оскорбление представителя власти) и статье 130 УК (Разжигание социальной вражды). По данным правозащитного центра «Весна» на 5 октября, известны фамилии 118 человек, задержанных с 29 сентября за комментарии, которые касались инцидента на Якубовского. Все люди из списка правозащитников не вышли из ИВС спустя трое суток после задержания. Всего же, по словам правозащитников, в связи с этой историей могли быть задержаны более 200 человек, так как представители МВД заявляли, что установили именно столько авторов комментариев.

По закону задержанных по уголовным делам могут держать в ИВС без предъявления обвинений до 10 суток. Предъявлены ли их кому-то уже сейчас, правозащитникам неизвестно.

— Практически никакой точной информации из надежных источников мы не получаем. Раньше такими источниками были адвокаты или люди, которые в качестве обвиняемых или подозреваемых были отпущены на свободу. Сейчас ни те, ни другие под угрозой уголовного преследования не разглашают то, что им стало известно, — комментирует юрист правозащитного центра «Весна» Павел Сапелко.

Практически единственным источником информации о задержанных стали провластные телеграм-каналы, в которых публикуется та информация, рассказывать которую запрещают адвокатам и фигурантам дел. Так стало известно о причинах задержания гомельского активиста Ильи Миронова, когда в одном таком телеграм-канале опубликовали видео, где мужчина извиняется за комментарий в Facebook по поводу гибели сотрудника КГБ. До этого его близкие не знали причины задержания Миронова. Он, как и другие задержанные, спустя 72 часа после задержания не вышел на свободу.

Когда еще массово задерживали за комментарии

Это не первое массовое задержание за комментарии в сети. Похожая ситуация, только в меньших масштабах, случилась весной этого года. 19 мая в Барановичах разбился учебно-тренировочный самолет и погибли его пилоты Андрей Ничипорчик и Никита Куконенко. На следующий день Александр Лукашенко потребовал найти людей, которые оставляли спорные комментарии про этот инцидент. «Установите этих мерзавцев и доложите», — поручил он КГБ.

В итоге силовые органы задержали не менее 20 человек, предположительно оставивших комментарии, которые как-то касались трагедии или погибших пилотов. Вскоре на государственных телеканалах показали сами комментарии и раскаявшихся их предполагаемых авторов.

— Под фальшивыми адресами со своих продавленных диванов они разразились грязными комментариями. Найти нелюдей стало делом чести для правоохранителей, — заявлял в эфире «Беларусь 1» замминистра внутренних дел Геннадий Казакевич.

Скриншот видео на "Беларусь 1"
Один из комментариев, за которые задерживали и заводили уголовные дела. Скриншот видео на «Беларусь 1»

Один из задержанных в мае рассказал Zerkalo.io, что он действительно оставлял комментарий, который касался разбившегося самолета. Домой к мужчине пришел ГУБОПиК. Но в итоге его судили по административным статьям за камень с бело-красно-белыми полосками и неповиновение на 23 суток. По заведенному тогда уголовному делу за комментарии он проходил как свидетель и когда истекли сутки ареста по административным статьям его выпустили на свободу.

— Тот комментарий, что мне предъявили в вину, был нейтральным. Впрочем, как показывает практика, это не имеет значения: главное, что комментировал и что смогли меня найти, — говорит собеседник, пожелавший остаться анонимным.

Мужчина говорит: зная, что в любой момент из свидетеля его могут сделать подозреваемым, он решил уехать из Беларуси.

Как в Беларуси наказывают за комментарии

— Ситуация меняется к худшему каждый день. Сложно загадывать наперед [какая участь ждет задержанных за комментарии], наказание [по озвученным статьям] предусматривается различное, в том числе лишение свободы, — говорит юрист правозащитного центра «Весна» Павел Сапелко.

По статье за оскорбление представителя власти в Беларуси по закону могут наказать штрафом, арестом, ограничением свободы или лишением свободы на срок до трех лет.

За разжигание вражды в зависимости от части статьи 130 УК предусмотрено наказание от штрафа до лишения свободы на 12 лет.

Например, в середине сентября 65-летней пенсионерке дали полтора года «домашней химии» за оскорбление сотрудника милиции. В том же месяце за комментарий под фото милиционера учительнице из Барановичей дали два года «домашней химии». А жителя Орши осудили на 2,5 года колонии по статье за возбуждение социальной вражды — он оставил в социальной сети «ВКонтакте» три комментария под публикацией о враче, рассказавшем о коронавирусе.

С лета 2020 года за «оскорбление представителя власти» привлекались десятки человек

Практика заведения уголовных дел за высказывания в интернете в Беларуси набирает обороты с прошлого года. До этого подобные инциденты были единичными.

— Тенденция к уголовному преследованию [за комментарии и выражение мнения] начала формироваться еще летом 2020 года в период предвыборной гонки, когда началась и кампания по деанонимизации силовиков, обсуждению в сети их действий. Некоторые комментарии были достаточно резкими, иногда на грани оскорбления или клеветы, а порой и переходили эту грань. В то время еще не было практики возбуждать уголовные дела повсеместно, но сигналы к тому были, — комментирует юрист Павел Сапелко.

Он подчеркивает, что в международной практике уголовное преследование считается непропорциональной мерой за выражение личного мнения.

В списке политзаключенных на сайте правозащитной организации «Весна» 63 человека проходят фигурантами дел по статье 369 УК Беларуси (Оскорбление представителя власти). Возможно, к моменту, когда вы читаете этот текст, их стало больше. Чаще всего суды направляли осужденных по этой статье в исправительные учреждения открытого типа. Еще 27 политзаключенных проходят по статье 130 УК (Разжигание социальной вражды). Большинство из них еще не осуждены и находятся в СИЗО. Осужденных же чаще отправляли в исправительные колонии.

В связи с инцидентом на Якубовского задержали журналиста и завели дело на политика

На следующее утро после трагедии власти заблокировали сайт «Комсомольской правды в Беларуси» за материал, в котором одноклассница Андрея Зельцера охарактеризовала его как хорошего человека. А 2 октября силовики задержали журналиста Геннадия Можейко, чьей фамилией была подписана эта статья.

Автор материала до сих пор остается под стражей. По словам его адвоката, журналисту избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

По одной версии, Можейко задержали в Москве, но белорусские власти заявляют, что это произошло в Беларуси. Дома у журналиста сотрудники КГБ провели обыск. По словам мамы журналиста, в постановлении на обыск были указаны две статьи уголовного кодекса: ч. 3 ст. 130 (Разжигание расовой, национальной, религиозной либо иной социальной вражды или розни) и ст. 369 (Оскорбление представителя власти).

Параллельно с массовыми задержаниями за комментарии о смерти Зельцера и Федосюка было заведено уголовное дело в отношении Валерия Цепкало по статье по ч. 3 ст. 361 (Призывы к действиям, направленным на причинение вреда национальной безопасности Беларуси).

— Находящийся за пределами Беларуси Цепкало 29 сентября этого года разместил в Интернете видеозапись, в которой назвал убийство сотрудника КГБ «примером того, как надо бороться» для всех жителей Республики Беларусь, публично призвал к вооруженному захвату государственной власти, насильственному изменению конституционного строя, а также совершению иных действий, направленных на причинение вреда национальной безопасности Республики Беларусь, — заявили в СК.