Поддержать команду Зеркала
Белорусы на войне
  1. Изнасилованная в Варшаве белоруска умерла
  2. «Говорят: „Спасите“, а ты понимаешь: перед тобой труп». Поговорили с медиком из полка Калиновского о том, как на фронте спасают раненых
  3. «Нас просто списали». Поговорили с директором компании, обслуживающей экраны, на которых появилось обращение Тихановской
  4. Население установило очередной рекорд, от которого у Нацбанка «дергается глаз». Ограничения не срабатывают
  5. MAYDAY: В Бресте в 44 года умер начальник милицейского управления по борьбе с киберпреступностью
  6. Чиновники вводят очередные изменения по «тунеядству». Что придумали на этот раз
  7. Паспортистка сорвала отпуск семье минчан — МВД пришлось заплатить больше 8000 рублей. Что произошло
  8. Армия РФ заявила о захвате еще трех населенных пунктов под Авдеевкой, от чего будут зависеть ее дальнейшие успехи. Главное из сводок
  9. В Москве простились с умершим оппозиционером Алексеем Навальным. Показываем фотографии с похорон политика
  10. Литва закрыла два пункта пропуска на границе с Беларусью. Что с очередями?
  11. «Любое прекращение огня пойдет на пользу России». Главное из сводок
  12. Авдеевка пала, на очереди Нью-Йорк? Рассказываем о значении боев за украинский город и возможном ходе событий после его захвата РФ
Чытаць па-беларуску


Уже завтра, 18 августа, Литва закроет два пункта пропуска на границе с Беларусью. А в конце месяца министры Польши и стран Балтии обсудят все детали общего плана по синхронному закрытию пограничных пунктов с нашей страной в случае кризисов. Насколько реально такое развитие событий? Как это может повлиять на Александра Лукашенко и влияет ли сейчас? Станет ли политик искать пути открытия границ? «Зеркало» задало эти вопросы политическим экспертам.

Пункт пропуска "Лоша" (с литовской стороны Шумскас). Фото: телеграм-канал Госпогракомитета
Пункт пропуска «Лоша» (с литовской стороны «Шумскас»), который будет закрыт с 18 августа. Фото: телеграм-канал Госпогракомитета

«Лукашенко уже не является равным актором наряду с Россией и даже ЧВК Вагнера»

Косвенные сигналы о том, что закрытие границ влияет на Лукашенко, видны уже сейчас, считает политолог и директор Центра новых идей Леся Рудник. К ним она относит заявление политика 11 августа о том, что «с поляками надо разговаривать», и его поручение премьер-министру Головченко наладить с ними отношения.

— Это был такой дипломатический сигнал, как раз после заявления [Литвы], что на повестке дня — тема закрытия границ. Думаю, что он то ли действует по старой привычке, то ли хватается за последний шанс и пытается подавать знаки заинтересованности в том, чтобы этого не происходило, — считает эксперт. — При этом я думаю, что каких-то глобальных изменений не будет. В том плане, что Лукашенко не готов обсуждать освобождение политзаключенных или что-то еще взамен на незакрытие границ. Тем более что это решение связано не с политическими заключенными, но в первую очередь с переездом ЧВК Вагнера в Беларусь и очень смелыми и наглыми в каком-то смысле заявлениями о том, что «Вагнер готов и до границы доехать». Я думаю, что за такими провокациями внимательно следят. Понятно, что у Лукашенко нет этой карты в руках, он не может сделать так, чтобы ЧВК Вагнера ушла из Беларуси. Так как уже не является равным актором наряду с Россией и даже самой ЧВК.

По словам Рудник, в такой ситуации политик скорее всего не способен повлиять и на присутствие в Беларуси российских военных и остановить помощь, которую предоставляет России начиная с февраля 2022 года. И последствия полного закрытия границы, если оно произойдет, могут привести к ухудшению отношений с электоратом, на которое будет сложно повлиять.

Леся Рудник. Фото: сайт "Центра новых идей"
Леся Рудник. Фото: сайт Центра новых идей

— Я бы ставила на то, что Лукашенко в этой ситуации теряет свою перформативную легитимность, основанную на удовлетворении базовых потребностей электората. Она связана с попытками сохранить в стране стабильность и благополучие, дать людям возможность хотя бы съездить в приграничье Польши и Литвы. И вот эта легитимность будет немножко подорвана, потому что решение о закрытии границ более серьезно отразится на белорусах, в том числе на жителях приграничья, чем на жителях ЕС. Также его почувствуют те белорусы, которые раньше не думали о политике и экономике, пользуясь тем, что можно выехать в соседнюю страну, купить там что-то дешевле, путешествовать в места поинтереснее. И тогда полное закрытие границ может стать первым серьезным подрывом легитимности Лукашенко с 2020 года. Поэтому думаю, мы можем ожидать, что он будет пытаться каким-то образом оправдаться за это решение, объяснять, почему так произошло и что делать.

Эксперт отмечает, что в таком случае Лукашенко сможет сделать немного. С точки зрения экономической ситуации придется реструктурировать торговые отношения и заново организовать импорт и экспорт. А с политической — наладить контакт со своей аудиторией.

— Подозреваю, что если бы в каком-то воображаемом сценарии Лукашенко отпустил большее количество политзаключенных, возможно, начался бы диалог по поводу открытия границ, — рассуждает собеседница. — Но пока что я не вижу, что Лукашенко готов это сделать. И что Евросоюз готов об этом разговаривать. С другой стороны, такого прецедента не было. Думаю, в том числе мы можем ожидать и радикализации риторики, если будет принято решение о закрытии пунктов пропуска. Лукашенко может уже не играть в потепление отношений, а наоборот, снова обвинять Польшу и Литву во всем, что вообще происходит вокруг Беларуси, в подготовке атак и так далее. Но это скорее не про действия, а про риторику. Я не думаю, что белорусский режим и особенно Лукашенко готов пойти на освобождение политзаключенных или уменьшение репрессий.

Полное закрытие границы, по мнению директора Центра новых идей, в ближайшие месяцы вряд ли случится, так как Польша, Литва и Латвия не будут готовы полностью отгородиться от нашей страны.

— Но делать прогнозы в нашей ситуации достаточно сложно, учитывая, что Литва в последнее время озвучила достаточно неожиданные и радикально противоположные политические заявления по сравнению с 2020 годом. Поэтому можно ожидать чего угодно, — заключает Леся Рудник.

«Это, скорее, очередной сигнал официальному Минску, не более»

Фото: "Зеркало"
Пункт пропуска «Бобровники» («Берестовица») со стороны Польши. Фото: «Зеркало»

С тем, что полное закрытие границ с Беларусью со стороны Польши и стран Балтии скорее всего не случится, согласен и политический аналитик Валерий Карбалевич. Эксперт уверен, что в этом вопросе пока что даже нечего обсуждать:

— Такие угрозы [о закрытии границ] звучат со стороны Польши и Литвы уже неоднократно. А когда они произносятся часто, но не реализуются на практике, это перестает работать. Полностью закрыть проезд можно только при условии какого-то резкого обострения, силового столкновения. Ведь это не просто граница Беларуси и Литвы, Беларуси и Польши. Это граница между Европой и Востоком, через нее идут транзитные грузы из стран Востока, из России, Казахстана, Китая. И идут они не только в Польшу и Литву, а дальше в страны Европейского союза. То есть такое решение затрагивает интересы достаточно большого количества государств, причем очень сильных и влиятельных. Поэтому не думаю, что без консультаций с Брюсселем Литва и Польша могут решиться на такие шаги. Гипотетически, конечно, можно обсуждать любые сценарии. Но если все останется на нынешнем уровне конфликта, не будет эскалации, я не думаю, что граница будет перекрыта.

Встречу министров стран Балтии и Польши 28 августа аналитик не считает доказательством того, что решение о закрытии границ может быть действительно принято.

— Да, будет встреча, на которой обсудят некие планы. От обсуждения до реализации дистанция достаточно большая, — объясняет Карбалевич. — Я думаю, что это скорее демонстрация, очередной сигнал официальному Минску, очередное предупреждение, не более. На мой взгляд, пока к этому так относятся и в Минске, и в Варшаве, и в Вильнюсе, и в других столицах. А если говорить о закрытии двух переходов, которое произойдет в пятницу [18 августа], то думаю, что это никак не повлияет на Лукашенко и его политическую линию. Скажем так, это не достаточно сильные рычаги влияния, которые могли бы побудить его каким-то образом поменять политику. К тому же четыре других пункта останутся, будет происходить транзит. Ну да, будут больше очереди на других переходах. Но не думаю, что это сильно волнует Лукашенко.

Фото: Еврорадио
Валерий Карбалевич. Фото: «Еврорадио»

Еще одним доказательством того, что эскалации конфликта (а значит, и полного закрытия границ) не будет, собеседник видит достаточно миролюбивые высказывания Александра Лукашенко 11 августа.

— В адрес Польши звучало, что «мы готовы договариваться», а премьер-министру он поручил договориться с поляками. Исходя из этой риторики, не думаю, что сегодня белорусские власти готовятся к какой-то эскалации и какому-то обострению, — отмечает Карбалевич. — ЧВК Вагнера же находится на нашей территории под контролем белорусских властей, и каких-то самостоятельных действий они в сегодняшних условиях совершить не могут.

Более миролюбивая риторика, чем обычно звучит из уст Лукашенко, по мнению эксперта, вызвана не только риском полного закрытия границ, но совокупностью нескольких факторов:

— Я думаю, это следствие комплекса причин. И тех угроз, которые звучат со стороны Польши и Литвы. И, возможно, приезда министра обороны Китая в Беларусь. Потому что китайские грузы тоже идут через белорусско-польскую границу и такой подарок гостю, как закрытие всех пропускных пунктов, был бы не очень хорошим. Но я не думаю, что политическая линия Лукашенко теперь изменится. Он будет периодически делать акцент то на миролюбивую риторику, то на агрессивную. То усиливать гибридные атаки на границах с помощью мигрантов, то ослаблять их. Пока сохраняется нынешний уровень конфронтации, я не ожидаю каких-то серьезных перемен в двусторонних отношениях, в том числе что касается границы.