Поддержать команду Зеркала
Беларусы на войне
Налоги в пользу Зеркала
  1. Чиновникам дали задания, как мотивировать беларусов работать дольше и не увольняться. Бюджетников и уехавших тоже касается
  2. Снарядов не хватает, украинцам приходится отбиваться стрелковым оружием. США не помогают Украине — и вот к чему это приводит
  3. Самая большая взятка для Лукашенко? Новое расследование BELPOL о строительстве резиденции политика на Минском море
  4. «Повлиять на ситуацию не можем, поэтому готовы и ждем». Связались с беларусами в Израиле — как они провели ночь во время иранской атаки
  5. «24 часа от Минска до аэропорта в Варшаве». Автобусный коллапс на границе с Польшей продолжается
  6. «Вся эта ситуация — большое горе». Поговорили с сестрой пророссийской активистки Мирсалимовой, уехавшей из-за «уголовки» за политику
  7. 58 человек погибли, судьбы многих выживших оказались сломаны. Вспоминаем, как почти 40 лет назад под Минском разбился самолет
  8. Понимал, что болезнь смертельная, но верил в жизнь. Умер экс-боец ПКК Александр Царук — он вернулся с войны и узнал, что у него рак
  9. В Березовском районе сгорел дом, в котором жила многодетная семья. Погибли четверо детей в возрасте от 2 месяцев до 6 лет
  10. Иран прокомментировал итоги атаки на Израиль и рассказал о своих дальнейших планах
  11. Лукашенко уже 17 дней не может назначить главу своей администрации. Вот почему это странно


По данным статистики Польши, в этой стране в конце 2022 года работали более 141 тысячи белорусов. В то же время в августе 2023 года в банке вакансий Беларуси насчитывалось более 130 тысяч предложений о работе. «Зеркало» поговорило с белорусами, которые строят свою карьеру в Польше, о причинах переезда, выборе именно этой страны и разнице в доходах.

Фото: TUT.BY
Иллюстративный снимок. Фото: TUT.BY

Имена всех героев статьи изменены.

Почему Польша, а не Беларусь

Мы расспросили белорусов, которые уехали из страны не из-за угрозы преследования по политическим мотивам, о том, что их подтолкнуло к такому решению, как изменилось их финансовое благосостояние и готовы ли они вернуться. Оказалось, практически все отозвавшиеся были недовольны доходами и условиями труда на родине. Наш собеседник Ян описал это так: «В Беларуси с появлением семьи и детей стало сложно обеспечивать приемлемый для нас уровень жизни. Даже несмотря на то, что там у меня был доход всегда выше среднего».

Для некоторых дополнительным стимулом стало воссоединение с семьей, часть из которой уже жила за границей. Например, Василь с супругой жили и работали в Беларуси, а их сын учился в Польше. Зарплата у обоих не превышала потолка в 500 долларов. А условия в коллективах становились все более сложными.

— Жена была учителем начальных классов. У нее высшее образование, множество наград, хороший стаж. Зарплата в эквиваленте была в районе 500 долларов, что немало. Но в школу пришел новый директор, при котором учителя стали заниматься не обучением детей, а заполнением всевозможной ненужной документации, а также проверкой колодцев, печей, выяснением, почему некоторые родители не платят коммунальные платежи. Она не смогла работать в таких условиях и в 2019-м уехала к сыну в Польшу, — вспоминает Василь. — Я был заведующим хозяйством на хорошем предприятии. Зарплата — в районе 400 долларов. А с 2020 года ко мне резко изменилось отношение начальства. Возможно, из-за наличия карты поляка. Цеплялись по любым пустякам. В итоге не выдержал такого отношения, уволился и уехал к жене.

Сейчас семья Василя живет во Вроцлаве. Они трудятся в клининговой компании «обычными уборщиками». Мужчина признается: сначала такой вид занятости был непривычным. «Но оказалось, что отношение поляков к таким должностям нормальное, это не считается чем-то таким особенным. Ты работаешь, значит имеешь и уважение», — говорит он.

Евгений когда-то работал на мебельном предприятии в одном из областных центров Беларуси. В середине 2010-х его с коллегами на несколько месяцев отправили на обучение в Польшу.

— Понравилось отношение руководства, зарплата и сам рабочий процесс. По возвращении в Беларусь для себя решил, что хочу вернуться обратно. Но у предприятия, где обучались, была договоренность не брать нас на работу. Поэтому пришлось искать место через знакомых украинцев, с которыми вместе работали. Через несколько месяцев я оформился и выехал самостоятельно, — рассказал Евгений.

Фото: pixabay.com
Иллюстративный снимок. Фото: pixabay.com

— Я с детства тяготел к более развитым странам, потому что в более успешных странах многие вещи «на голову выше». Мои убеждения соответствуют изложенным в популярной книге экономистов Дарона Аджемоглу и Джеймса Робинсона «Почему одни страны богатые, а другие бедные», — рассказывает о своих причинах переезда Виталий. — Хотя я и признаю, что у Беларуси очень высокий уровень Индекса человеческого развития. Но дело в том, что Польша достигла такого уровня уже в 2002 году. То же самое и с ВВП на душу населения. Мы можем сравнивать текущую Беларусь с Польшей в 2004—2005 годах. Поехать в страну, опережающую нас в развитии на 20, а местами и на 40 лет, — это моя основная мотивация.

А вот айтишница Мария хотела уехать в соседнюю страну еще в совсем молодом возрасте. Тем более, говорит, можно было получить карту поляка, потому что ее бабушка родом из этой страны. Интерес к Польше тянулся с детства, когда она все каникулы проводила у бабушки с дедушкой на границе с Польшей в Беловежской пуще.

— В 10-м классе бабушка мне оплатила курсы польского, и я готовилась поступать сюда в универ. Но тогда не хватило поддержки со стороны родственников — они испугались, что с польским дипломом я не смогу работать в Беларуси, и что финансово это будет дорого. По итогу закончила универ в Беларуси, параллельно учила английский. Знала, что в Беларуси жить не хочу и не буду.

Сразу после завершения вуза девушке предложили место в IT-компании, которая физически находилась в ОАЭ. Но в 2020-м в Абу-Даби из-за пандемии коронавируса проект стал сворачиваться. Работникам предложили вернуться в Беларусь. Почти все коллеги Марии уехали, а она направилась в Польшу.

— Причин, по которым выбрала ее, несколько. Во-первых, во время ковида было не особо много вариантов открытых стран. Во-вторых, была открыта виза как раз по карте поляка, было знание языка и у меня, и у мужа.

Степан признается, что после событий 2020 года вложения бизнеса в обновление и модернизацию производства начали сокращаться. Это отразилось на его работе (мужчина оказывал такие услуги): уменьшилась загрузка, а вместе с ней и доход. В начале весны 2021 года он упал до 800 евро в эквиваленте, хотя в «обычные» времена был около 1200.

— Я видел, что в моей сфере в Беларуси начинается упадок. Единственный вариант — это фирмы, которые при «госзаказе», но там атмосфера весьма токсичная. В Польше, наоборот, внутри фирмы «все для людей», так как люди — это их основной актив, — говорит Степан. — В итоге по совокупности причин — зарплата, перспективы, атмосфера — Польша перевесила.

Чем отличаются условия труда и отношения в коллективе

Практически все написавшие нам читатели признались, что в соседней стране отношение к работнику отличается от привычного белорусам.

— У нас в Беларуси был подход «Я — начальник, ты — дурак». Здесь такого нет. Отношение уважительное, — говорит Степан и переходит к деталям, которые его привлекают. — Перерывы на обед (перекус) входят в оплачиваемое время. Инструменты, материалы — на этом не экономят, если чего-то нет, то максимум завтра привезут. В Беларуси на богатом предприятии, где я работал, тоже ни в чем себе не отказывали, но покупались, например, моющие и чистящие почти только белорусского производства и в небольших объемах, а сроки покупки достигали до месяца.

Благодаря активному развитию экономики в Польше, по мнению Яна, огромный рынок труда, а наниматели конкурируют, чтобы получить хороших работников. Это сказывается на зарплате.

— Лично я на себе сразу прочувствовал, что жить здесь и в материальном, и в психологическом плане гораздо проще, чем в Беларуси: меньше зависти и негатива в общении между людьми. С руководством в Польше гораздо проще общаться на равных, чем у нас, всегда есть возможность решить любые вопросы, — говорит он.

Мария тоже заметила разницу, но в ее случае отчасти это было связано с особенностями работы компаний, в которых она трудилась на родине и в новой стране. Но в целом она заметила больший выбор среди предложений о работе по своей специальности, простую процедуру трудоустройства.

— В сравнении с Беларусь поляки в работе очень чилловые (расслабленные. — Прим. ред.), — говорит белоруска. — Они не спешат, не подгоняют тебя, доверяют тебе как работнику и не контролируют каждый шаг, всегда спокойно обсуждают любые проблемы в работе. При этом прекрасно знают, что делать, и рабочий процесс проходит легко. Менеджер в нашей компании всегда повторяет «Я здесь для вас», помогает с проблемами. В Беларуси менеджер — это был человек, который вечно тебя подгоняет и контролирует.

Привлекают ее и большее количество дней отпуска, образовательные возможности, которые предоставляет компания, и меньшая доля бюрократии для получения больничного.

— Плюс страховка у нас на работе очень хорошая. Она покрывает всех стандартных врачей, анализы, стоматолога, психотерапевта. А в случае выгорания можно взять больничный на месяц.

Работник сферы грузоперевозок Матвей считает, что в Беларуси «работать водителем — себя не уважать». Причин он перечисляет несколько: «Заработок, режим труда и отдыха, законодательство в области безопасности дорожного движения, отношение к водителю как к человеку, состояние автомобилей». В Литве, а потом и в Польше, где он успел поработать, отношение, по его словам, лучше.

А вот Степан считает, что отличий в работе и подходах к ней не так уж и много.

— Единственное, что в Польше внутри коллектива нет нездоровой конкуренции, никто не стремится ткнуть носом в твои ошибки. Если коллега заметил их, то подойдет и тактично на них укажет, даст совет. Поначалу это было необычно, но потом и сам втянулся и стал таким же тактичным, — уточняет он.

Несколько наших читателей, наоборот, практически не заметили отличий в организации работы и условиях труда.

Как после переезда изменились доходы

Экономические мигранты часто выбирают страну, исходя их перспектив карьерного роста и более высоких доходов. Большинство наших собеседников тоже признались, что финансово выиграли от переезда.

У Степана, по его словам, доход вырос в 3−4 раза. Но произошло это не сразу. Первые полгода зарплата была сравнима с белорусской. А потому постепенно, с ростом уровня в польской компании мужчина «стал брать более ответственные задания», что позволило увеличить заработок.

— Финансово моя ситуация изменилась в лучшую сторону примерно в 4 раза. То есть примерно на столько вырос мой чистый доход за вычетом всех ежемесячных расходов, — рассказал Ян. — Соответственно, появилось больше возможностей для меня и моей семьи. Мы стали больше путешествовать, ездим отдыхать по 2−3 раза в год, стали меньше смотреть на цены при совершении покупок, покупаем более качественные вещи, нежели могли себе позволить при моей работе в Беларуси. В целом появилось чувство большей уверенности в завтрашнем дне.

Примерно о таком же росте доходов сказал и Виталий, который трудится в области научных исследований.

Об улучшении финансового положения говорит и Мария. Несмотря на то, что она платит за аренду жилья около 700 долларов в месяц (более 2 тысячи рублей), у нее остаются средства, которые она тратит на путешествия и за счет которых формирует сбережения. «Пару раз в год путешествуем с мужем по Европе. Ездили в трип по Азии, сейчас планируем еще один», — уточняет она.

Василь признался, что у него и супруги зарплаты не очень большие — около 4500−5500 злотых (3450 — 4217 рублей по курсу Нацбанка на 18 августа).

— Из этого стоит отнять стоимость аренды комнаты 1200 злотых (920 рублей) за двоих, топливо на авто около 400 злотых (306 рублей) и 1500−3000 (1150 — 2300 рублей) на продукты, одежду, сигареты, алкоголь, — перечисляет белорус.

Евгений признался, что теперь может себе позволить посмотреть Европу, отложить и особо не сковывать себя в тратах.

А как же Беларусь — готовы вернуться?

Ответы на вопросы о возвращении на родину у тех, кто уехал по политическим причинам, часто получаются похожими — многие готовы взять билет домой в случае прекращения репрессий, смены власти, возвращения в страну закона. Оказалось, эти же условия актуальны и для части белорусов, покинувших страну по экономическим причинам.

— Есть желание вернуться работать в Беларусь, но только в случае коренных перемен в лучшую сторону в экономике, которая напрямую связана с политической ситуацией, — говорит Ян.

Фото: TUT.BY
Иллюстративный снимок. Фото: TUT.BY

— Я был был доволен зарплатой в 1 тысячу евро в Беларуси, — признается Евгений и добавляет, что вопрос не только в финансах. — Хоть причина отъезда была экономическая (последняя капля — закон о тунеядцах), меня совсем не устраивает происходящее в нашей стране.

Виталий готов вернуться, если будет «надбавка за вредность». А именно зарплата в два раза выше, чем он имеет в Польше. А там, по его словам, он зарабатывает 4,5 средние белорусские зарплаты, то есть более 8 тысяч рублей.

Мария призналась, что возвращаться домой она не планирует.

— Возможно, потому что у меня там ничего нет (с родителями я не общаюсь), недвижимости своей нет. К тому же в Польше уже есть гражданство, мы планируем тут строительство недвижимости. Поэтому я думаю, что вряд ли я снова туда вернусь.

Не верит в возвращение и Степан. Говорит, первый год после переезда хотел домой, думал, что заработает денег и вернется, надеялся, что к тому моменту «в стране что-то поменяется». Но теперь думает, что «все это надолго». И чем больше времени проходит, тем меньше его тянет назад в Беларусь.

На пенсии мужчина мечтает уехать жить на берег Индийского океана в Кении.

— Мир — он ведь огромный, и каждый в нем может найти свое место. Мне кениец как-то сказал: «Если лев пошел на водопой и словил там антилопу, а назавтра пришел и ничего не словил, то послезавтра он не пойдет в это место». Так и с Беларусью, к сожалению. Чем больше времени проходит, тем меньше желания туда возвращаться даже в случае изменений.