Поддержать команду Зеркала
Беларусы на войне
  1. От запущенных случаев умирает каждый третий. В США вспышка инфекции, с которой сталкиваются и беларусы, — вот как защититься
  2. Банкротится уникальное госпредприятие. Его больше пяти лет пытались спасти, но не получилось
  3. Минчане жалуются на задержки с выдачей паспортов, не помогает и доплата за срочность. Попытались выяснить, в чем причина
  4. Запретит ли Польша въезд авто на беларусских номерах? Вот что «Зеркалу» сообщили в польском Министерстве финансов
  5. Лукашенко сделал нетипичное для себя заявление по соседним странам ЕС (еще недавно говорил иначе). А как у Минска идет торговля с ними?
  6. «Гомельская Вясна»: Дарья Лосик вышла на свободу
  7. Слишком много людей. В одном из самых чистых озер Беларуси нашли кишечную палочку — всем запрещено купаться
  8. Если вы хотели отнести в банк валютную заначку и обменять на рубли, то для вас есть не очень приятная новость
  9. Единовременная премия почти 22 тысяч долларов и около 60 тысяч за первый год службы — как российские регионы ищут желающих идти воевать
  10. Новшества по «тунеядству» и рынку труда, пересмотр пенсий, очередные удары от ЕС, дедлайн по налогам и падение цен. Изменения августа
  11. Помните силовика, который шутил про прослушку его телефона? Теперь он работает в неожиданном месте


На сайте российской версии журнала Forbes 27 февраля вышла статья с заголовком «Парабола Лукашенко: как белорусский президент пережил новое политическое рождение». Материал возмутил белорусских пропагандистов. В телеграм-канале «Агентства теленовостей» публикацию назвали «змагарской помойной статьей» и «пасквилем», а 1 марта глава Белтелерадиокомпании Иван Эйсмонт похвастался, что «помои» с сайта Forbes удалили якобы потому, что там была написана «дичь». Мы нашли этот текст в веб-архиве и публикуем с небольшими сокращениями.

Александр Лукашенко. Фото: Reuters
Александр Лукашенко. Фото: Reuters

Автор материала — специалист по постсоветскому пространству, автор Фонда Карнеги за международный мир Кирилл Кривошеев. Поводом для публикации стало озвученное ранее Александром Лукашенко намерение участвовать в президентских выборах в 2025 году.

Автор подчеркнул, что Лукашенко «легко жонглирует словами и поймать его на конкретном обещании не так просто». Однако с осени 2020 по февраль 2022 года на волне массовых протестов «он не только говорил, но и действовал так, что можно было легко поверить — привычная система власти в Минске идет к своему закату», а заменит ее «коллективный Лукашенко» — Всебелорусское народное собрание (ВНС). Кривошеев напомнил также заявление политика о том, что «в новой конституции» он президентом «работать не будет».

Далее автор пишет, что «плану, который обозначил Лукашенко, государственная система следовала вполне прилежно». В стране даже прошел конституционный референдум.

«Одна беда — это было 27 февраля 2022 года. В те самые дни, когда через белорусско-украинскую границу в районе Чернобыля шли колонны танков», — подчеркнул Кривошеев.

Автор задался вопросом, был ли между 2020 и 2022 годом период, когда Лукашенко «на самом деле допускал свой уход с поста президента хоть на каких-то условиях», но отметил, что ответ на него «мы узнаем не скоро — об этом, может быть, напишет в мемуарах его младший сын Николай».

«Но по косвенным признакам известно, что первое время легитимность белорусских властей смущала даже Москву. О том, что выборы 2020 года прошли „неидеально“, говорил даже российский министр иностранных дел Сергей Лавров, открыто подталкивая Минск к каким-то уступкам оппозиции. „Это признается и белорусским руководством, которое пытается вступить в диалог с гражданами, протестующими против того, что они считают ущемлением своих прав“, — утверждал он, хотя ни Лукашенко, ни ЦИК пересматривать результаты не собирались», — пишет Кривошеев.

Автор подчеркнул, что противников Лукашенко в Москве хватало — особенно в экономическом блоке, но в Кремле сделали выбор именно в пользу него.

Кривошеев считает, что Лукашенко образца 2021 года «воспринимался на Западе как хулиганистый подросток, а Владимир Путин — как неидеальный, но все же договороспособный взрослый, который может на него повлиять», поэтому, когда Лукашенко решил попугать своих западных соседей миграционным кризисом, европейские дипломаты еще пытались обсуждать этот вопрос с Москвой.

«Но с февраля 2022 года Путин в глазах западных политиков перестал выигрышно смотреться на фоне своего эпатажного коллеги, а Лукашенко де-факто утратил внешнеполитическую субъектность. Вопрос, признает ли он Крым российской территорией, отпал сам собой — если верить белорусским пропагандистам, правильно все, что говорит и делает старший брат. Кто придумал слово „минсква“ — неизвестно, но оно очень точно отражает реальность обеих стран», — пишет автор.

За два года российской агрессии против Украины Лукашенко, по мнению Кривошеева, «успел нащупать точку опоры и теперь утверждает, что власть поддерживает 87% граждан — на 7% больше, чем в 2020 году».

«Впрочем, куда важнее, что он твердо удерживает монополию власти внутри страны. <...> „Репетиция“ в виде выборов в парламент, на которых Лукашенко и сделал заявление о готовности вновь выдвигаться в президенты, прошла успешно, и кажется, что самая страшная угроза за всю карьеру белорусского лидера миновала.

Но это ощущение, конечно, ложное. Привязав себя к политическому телу Владимира Путина, Лукашенко плотно связал свою судьбу с исходом украинского кризиса, максимум, что он может получить от нового президентского срока — еще пять лет в роли генерал-губернатора „западного форпоста России“. Вариантов выхода из сложившейся ситуации вообще не просматривается. Представить себя не имевшим выбора заложником Кремля можно было попытаться, если бы „спецоперация“ уже закончилась, причем неудачно для Москвы. Теперь же Лукашенко — однозначный бенефициар нынешнего положения вещей, переродившийся в новом обличии», — резюмировал Кривошеев.