Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. EPAM думал, что ИИ — это редкий шанс. Оказалось, все сложнее
  2. Проверка лица и 72 часа на выбор слота. Соседняя страна ЕС усложнила запись на визы в Беларуси
  3. Министр образования дал большое интервью, где много наговорил о репетиторах, родителях и буллинге в школе. Беларусы высказались в ответ
  4. Однажды Лукашенко возмутился, что везде звучат песни беларусской поп-группы. Вот что стало потом с этими суперзвездами 2000-х
  5. «Мы пробили дно». Беларусов в Threads возмутило объявление о сдаче квартиры в аренду — что в нем такого
  6. Пропал с радаров. «Зеркало» узнало, что МВД разыскивает депутата могилевского горсовета и автора провластных проектов
  7. В МИД объяснили, почему Беларусь не «притягивает огромного потока» мигрантов
  8. Для школьников введут три новых факультатива
  9. Налоговики рассказали, кто может попасть под «административку» из-за новшества, которое заработало этим летом
  10. «Сейчас я должна буду раздеться». Беларуска рассказала о новой практике допросов на границе
  11. «Мне и с температурой не открыли». Разбираемся, что за проблема с больничными в Беларуси и что говорит Минздрав
  12. «Мне не послышалось?» Жительница Лунинца хотела срочно сделать паспорт, но, услышав цену, передумала. В МВД объяснили, откуда такие цифры
  13. «Я так понимаю, WB можно удалять?» Беларусы жалуются, что ждут заказы с Wildberries неделями
  14. Минприроды объяснило, будут ли штрафовать беларусов за дождевую воду с крыш
  15. Экс-вратаря футбольной сборной Беларуси Тумиловича объявили в розыск
  16. Беларусская милиция разыскивает «по уголовной статье» выдворенного из страны лауреата Нобелевской премии мира Алеся Беляцкого
  17. Часы — как 37 средних беларусских зарплат и брендовые украшения. «Бюро» получило доступ к личному фотоархиву докторки Лукашенко
  18. Фотографии Припяти пугают. А что, если бы вдруг так обмелели и другие водоемы Беларуси — представили, как бы это могло быть


/

Подрастающее поколение не хочет говорить на беларусском, но лишь до того момента, пока не удается их убедить в том, что «родная мова — гэта сучасна». Такое мнение в эфире СТВ выразила учительница беларусского языка средней школы № 9 Барановичей Ольга Майсюк.

Изображение используется в качестве иллюстрации. Фото: TUT.BY
Изображение используется в качестве иллюстрации. Фото: TUT.BY

— Падрастаючае пакаленне не хоча размаўляць на роднай мове. Яно лічыць мову вясковай, сялянскай. Стэрэатып вёскі накладае свой адбітак.

Але калі іх пераконваеш у тым, што родная мова — гэта сучасна, мадэрнова, і выкарыстоўваць родную мову ў паўсядзённым жыцці — гэта ў прынцыпе нармальна, то яны нармальна рэагуюць на ўсе гэтыя заўвагі і выкарыстоўваюць. Але яны баяцца. Моўны бар’ер ёсць, — сказала Ольга Майсюк.

По словам учительницы, такая ситуация возникает чаще в регионах, например, тех же Барановичах, где дети живут «рядом с деревней». А вот в Минске школьники, наоборот, не воспринимают беларусский язык как «вясковую мову».

На вопрос о том, стоит ли в начальной школе уделять больше внимания изучению беларусского языка, замминистра образования Александр Кадлубай заявил, что «в стране есть даже беларусскоязычные и русскоязычные детские сады».

— В беларусскоязычных садах — порядка 8% детей. Вместе с тем даже в русскоязычных детсадах детей в старших группах обучают беларускай мове і літаратуры. В школу дети переходят подготовленными, — сказал он.

Отметим, в Беларуси продолжает сокращаться число детей, которые учатся в школах на беларусском языке, тогда как русскоязычное обучение растет. По данным Белстата, за последние десять лет количество учеников в беларусскоязычных классах снизилось более чем на треть — с 135,5 тыс. в 2014 году до 88,9 тыс. в 2024-м, а число школьников, обучающихся на русском, наоборот, выросло почти на четверть — до 991 тыс.

Если в начале 1990-х годов большинство первоклассников шли в беларусские классы, то после референдума 1995 года начался резкий спад, и сегодня на родном языке учится лишь около 8% детей. На этом фоне Минск выглядит немного лучше других регионов: в столице за десять лет число таких учеников выросло примерно на 11%, хотя беларусскоязычное обучение сохранилось всего в нескольких школах.