Поддержать команду Зеркала
Беларусы на войне
Налоги в пользу Зеркала
  1. Иран прокомментировал итоги атаки на Израиль и рассказал о своих дальнейших планах
  2. «Вся эта ситуация — большое горе». Поговорили с сестрой пророссийской активистки Мирсалимовой, уехавшей из-за «уголовки» за политику
  3. 58 человек погибли, судьбы многих выживших оказались сломаны. Вспоминаем, как почти 40 лет назад под Минском разбился самолет
  4. Как обострение на Ближнем Востоке и новые санкции повлияют на курсы доллара и евро? Прогноз по валютам
  5. Самая большая взятка для Лукашенко? Новое расследование BELPOL о строительстве резиденции политика на Минском море
  6. «Повлиять на ситуацию не можем, поэтому готовы и ждем». Связались с беларусами в Израиле — как они провели ночь во время иранской атаки
  7. Снарядов не хватает, украинцам приходится отбиваться стрелковым оружием. США не помогают Украине — и вот к чему это приводит
  8. В Березовском районе сгорел дом, в котором жила многодетная семья. Погибли четверо детей в возрасте от 2 месяцев до 6 лет
  9. «24 часа от Минска до аэропорта в Варшаве». Автобусный коллапс на границе с Польшей продолжается
  10. Чиновникам дали задания, как мотивировать беларусов работать дольше и не увольняться. Бюджетников и уехавших тоже касается
  11. Лукашенко уже 17 дней не может назначить главу своей администрации. Вот почему это странно
  12. Понимал, что болезнь смертельная, но верил в жизнь. Умер экс-боец ПКК Александр Царук — он вернулся с войны и узнал, что у него рак


Марта Сакавик, DW Беларусь,

Врач Лиза Барановская готовилась к переезду в Германию с первого курса университета, Змитер Король — с третьего. Оба закончили БГМУ и сейчас работают в немецких клиниках. Рассказываем, какой путь должен пройти выпускник белорусского меда, чтобы стать врачом в Германии, особенностях немецкой медицины, зарплатах и карьерных перспективах.

Этим текстом мы начинаем серию публикаций о переезде белорусов в Германию. Расскажем истории врачей, айтишников, рабочих, студентов и белорусов, бежавших от политического преследования. Зачем они едут в Германию, через какие сложности проходят, и что их ожидает в стране с одной из самых сильных экономик Европы — в совместном проекте «Зеркала» и DW Беларусь.

Анестезиолог: «Всегда знала, что уеду в Германию»

Лиза Барановская переехала в Германию в 2017 году. Последние пять лет она работает анестезиологом в кардиохирургическом центре в Лейпциге.

— Я всегда знала, что закончу университет и уеду в Германию. Все-таки в Европе больше профессиональных возможностей, другой заработок, — объясняет Лиза.

С первого курса она начала учить немецкий язык — и к выпускному прошла все уровни в институте Гете, получила сертификат С1, а после наполовину сдала экзамен на С2 — таким уровнем обладают носители языка.

Лиза Барановская. Фото предоставлено собеседницей
Лиза Барановская. Фото предоставлено собеседницей

Интернатуру Лиза проходила в 9-й больнице Минска, туда же попала на работу по распределению и почти сразу начала искать работу в Германии. Девушка разослала около 100 заявок на вакансии анестезиологов по всей стране. Откликнулись шесть клиник и пригласили ее на собеседование. Врач взяла на работе отпуск и за неделю встретилась со всеми потенциальными работодателями — объехала юг, север, запад и восток Германии.

В итоге все шесть клиник ответили, что готовы взять ее на работу. Лиза приняла предложение из Лейпцига — и стала готовиться к переезду.

Подготовка в Беларуси и в Германии

Сперва она собрала все необходимые документы — от свидетельства о рождении, учебной программы университета до Certificate of Good Standing — этот документ подтверждает, что за время работы врач не совершил серьезных профессиональных ошибок.

На основании рабочего контракта от немецкой клиники Лиза получила визу в немецком посольстве. Чтобы иметь право временно работать врачом в Германии (Berufserlaubnis), все иностранцы должны подать документы в Ärztekammer (аналог министерства здравоохранения) и сдать Fachsprachprüfung — экзамен на знание медицинского немецкого.

— Готовясь к экзамену, ты учишь больше специальной лексики, — вспоминает Лиза. — Экзамен проходит в виде инсценированного общения с комиссией, как будто ты разговариваешь с пациентом, коллегой-врачом, пишешь эпикриз. Проверяют, как ты владеешь терминологией, задаешь вопросы. Почти во всех землях Германии этот экзамен обязателен.

Со временным разрешением врач-иностранец может работать максимум два года, после этого у него есть два пути: либо признать свое белорусское образование через подачу документов в Ärztekammer (что долго, дорого и скорее всего потребует сдачи академической разницы), либо через экзамен на Approbation. Лиза пошла по второму пути — и уже через год сдала. Все это время она параллельно работала в клинике.

— Approbation — это лицензия на практику, которую получают студенты, сдав все экзамены и закончив медицинский университет.

Немецкие выпускники сдают этот экзамен два дня: в первый — теоретическую часть, во второй — практическую. Лизе предстояло справиться с ним за день. Сдавать экзамен можно максимум трижды. Если и третья попытка неудачная, работать врачом в Германии запрещается. Наша собеседница сдала с первого раза.

— Как это выглядело: пришла в реальную клинику, у меня был пациент, я собрала анамнез, обследовала его. Потом пришла комиссия, я ей представила пациента, какая у него патология, провела при экзаменаторах небольшое обследование. Потом написала эпикриз — таким образом смотрели, как ведешь медицинскую документацию. В конце была теоретическая часть. Комиссия состояла из трех человек: хирург, терапевт и в моем случае анестезиолог. Каждый задавал свои вопросы, проверял теоретические знания. Экзамен длился порядка 7 часов.

Работа в немецкой клинике: акцент и страх перед телефоном

Чтобы стать врачом-специалистом в Германии, еще несколько лет нужно поработать под присмотром опытного коллеги и получить опыт в разных сферах. В анестезиологии это пять лет, рассказывает Лиза Барановская. Только после этого человек имеет право сдать экзамен на получение статуса врача-специалиста (Facharzt).

 — В Беларуси специалистом становишься спустя год интернатуры, тут — спустя пять лет. Все это время как анестезиолог я работаю с разными пациентами: детьми, беременными — и в разных отделениях: на нейрохирургических операциях, кардиохирургических и других.

Адаптация у Лизы проходила тяжело, все было новым: страна, язык, клиника. Помимо работы, нужно было решать много организационных и бытовых проблем.

— С первого дня — и это скорее исключение — меня поставили работать в реанимации, хотя обычно в «интенсив» приходят после двух лет ротации в более легких отделениях. Плюс с первого месяца я получила ночные дежурства. Помню, у меня был дежурный телефон, нужно было отвечать на звонки, а я попросту могла не понять, что от меня хотят. Многие говорили с саксонским акцентом. И было неясно: то ли я немецкий не знаю, то ли не улавливаю конкретный акцент.

Лиза Барановская. Фото предоставлено собеседницей
Лиза Барановская. Фото предоставлено собеседницей

Лизе понадобилось минимум полгода, чтобы почувствовать себя более уверенно и в языковом, и в профессиональном плане, стать частью коллектива. О своем нынешнем заработке девушка говорит так: «Гораздо больше по сравнению с Беларусью, но не вау».

Сейчас у собеседницы 40-часовая рабочая неделя. В день она работает по 8 часов. В следующем году Лиза получит возможность сдавать экзамен на Facharzt, готовится писать докторскую диссертацию.

— За эти пять лет я сильно развилась. При этом понимаю, что еще многому могу научиться: нет чувства, что уперлась в потолок, и мне уже скучно.

Хирург-травматолог: «Заробкі 7−8 тысяч еўра — гэта магчыма, але пазней»

Идея переехать в Германию Змитру Королю пришла на третьем курсе. Он планировал стать председателем студенческой организации, в создание которой вложил много сил и времени. Но эту должность отдали «своему человеку», вспоминает врач. Его отец, который в то время работал чиновником, объяснил: «Так в Беларуси работает всё». И предложил подумать над переездом в Германию. Змитер стал учить немецкий язык.

Изначально план был такой: окончить университет, отработать распределение, выучить язык минимум до уровня С1 и найти работу в немецкой клинике. В реальности вышло иначе: два года Змитер спокойно работал хирургом в минской поликлинике, пока летом 2020-го после интервью о COVID-19 им не заинтересовались КГБ и военкомат, поэтому переехал он экстренно, буквально за два дня.

В Германии Змитра ждал муж — в 2019-м он вступил в брак с немцем, поэтому официально переезжал по семейной линии. После, уже на месте, искал работу в Берлине.

Змитер Король. Фото предоставлено собеседником
Змитер Король. Фото предоставлено собеседником

Как врачу, который получал образование в белорусском медуниверситете, ему надо было пройти стандартную процедуру: записаться на экзамен по медицинскому немецкому, дождаться своей очереди, сдать его. После этого он получил временное разрешение на работу. Из-за того что перевод его документов, сделанный в Беларуси, не признали в Германии, процесс растянулся на 13 месяцев.

В это время Змитер подрабатывал медбратом в частной практике и санитаром в хосписе. По его словам, это сильно помогло с языковой адаптацией: «Калі ты мусіш зразумець апошнія словы пацыента з інфарктам мозга, усё астатняе падаецца даволі лёгкім».

Approbation Змитер получил автоматически.

— Гэта залежыць ад зямлі, у якой ты працуеш, рашэнне прымаецца індывідуальна. У маім выпадку міністэрства залічыла мой досвед працы хірургам у паліклініцы. У Берліне гэта магчыма.

Искать позицию врача в столице Германии Змитер начал в январе 2022 года. На это ушло около двух месяцев. Он хотел стать дерматологом, урологом или инфекционистом. Но найти место для узкого специалиста в большом городе непросто, рассказывает врач: «Паўсюль — высокая канкурэнцыя, а месцаў не так шмат». Когда открылась позиция хирурга-травматолога в приемном отделении больницы, Змитер долго не раздумывал: клиника находится недалеко от дома, работа интересная и уже знакомая.

— Напачатку ў мяне быў моцны комплекс, што я недастаткова добры для нямецкай медыцыны, нібыта мы, беларусы, горшыя за нямецкіх дактароў. Але, падаецца, мы проста прызвычаіліся так думаць. Людзі насамрэч нічым не адрозніваюцца. Проста ў нас таблеткі Барысаўскага завода медпрэпаратаў, а ў іх — арыгінальныя. Тут шмат магчымасцей, але ёсць і хібы. На мой погляд, нямецкія шпіталі — гэта проста экалагічная бомба. Да прыкладу, тут мы карыстаемся металічнымі нажніцамі, пінцэтамі, іглатрымальнікамі, але гэта ўсё аднаразовае і пасля ідзе ў сметнік. Мяне такі падыход здзіўляе.

Сейчас Змитер работает по контракту 30 часов в неделю. В реальности выходит больше — он нередко задерживается на работе на час-два. О своем заработке он рассказывает открыто: изначально было порядка 2200 евро в месяц, сейчас — 2800.

— Павышэнне заробку будзе з кожным новым кантрактам, — объясняет врач. — Заробкі 7−8 тысяч еўра — гэта магчыма, але пазней. Напрыклад, калі ты станеш Oberarzt, то бок найбольш дасведчаным урачом. 30−40 гадзін працы на тыдзень — адэкватная нагрузка. Ёсць магчымасць мець працу, добрыя грошы і асабістае жыццё.

Змитер Король. Фото предоставлено собеседником
Змитер Король. Фото предоставлено собеседником

Что с перспективами? Змитер планирует получить статус врача-специалиста, а потом может рассчитывать на собственную практику.

— Магчыма, абяру агульную медыцыну, адкрыю сваю практыку. Потым можна зрабіць так, каб іншыя ўрачы працавалі ў мяне, а я меў час прыехаць у Беларусь і стаць там міністрам аховы здароўя. А потым, калі пабудую новую медыцынскую сістэму ў Беларусі — нават лепшую, чым у Германіі, паглядзім, як будзе.

Советы от белорусских врачей: что учесть при переезде в Германию?

  • Стандартный алгоритм до и после переезда в Германию такой: поиск вакансии, собеседование и получение контракта. На основании контракта посольство Германии в Беларуси открывает рабочую визу. После этого необходимо обратиться в Ärztekammer (аналог Минздрава), дождаться экзамена по немецкому языку, сдать его и получить временное разрешение на работу. Оно действует два года, за это время необходимо сдать еще один экзамен, чтобы «признать белорусский диплом» — получить лицензию на практику.
  • Ärztekammer признает переводы документов, сделанные только присяжными переводчиками (в Беларуси их нет). Лучше перевести необходимые документы уже в Германии (кроме тех, которые понадобятся для собеседования в клинике или для посольства — их все равно потребуется сделать в Беларуси). Ведомство может рассматривать документы и полгода — в Германии это нормальная практика.
  • У каждой федеральной земли могут быть свои правила по признанию белорусского диплома — лучше проверять их самостоятельно.
  • Чтобы найти первое место работы, придется разослать десятки заявок в разные клиники. Лучше не ограничивать поиск одним городом, а ориентироваться на всю Германию — шансы выше. В больших городах и клиниках более высокая конкуренция с местными врачами. Часто специалисты-иностранцы начинают свою практику в небольших городах Германии.