Поддержать команду Зеркала
Беларусы на войне
  1. Председатель Верховного суда заявил, что Лукашенко помиловал 14 участников протестов, и анонсировал возможное освобождение новых
  2. Экс-премьер Великобритании рассказал, каким может быть мирный план Трампа для Украины
  3. Лукашенко, похоже, отреагировал на новые санкции ЕС против нашей страны (причем достаточно неожиданно)
  4. Попытки прорвать оборону, продвижение российской армии и 1100 погибших. Что сейчас происходит на фронте в Украине?
  5. Милиционер проверил телефон и что-то вводил в Telegram. «Киберпартизаны» рассказали, что делать
  6. Польша может остановить беларусские грузоперевозки через свою границу, если не будут выполнены три условия
  7. В Минске сторонники Лукашенко празднуют его 30-летие у власти. Политику предложили дать звание Героя Беларуси — вот что еще там говорили
  8. «В интересах моей партии и страны». Байден снялся с президентских выборов
  9. Доллар дешевеет с каждым днем: каким станет курс в конце июля? Прогноз по валютам


Наши собеседники — это три солдата-срочника из различных частей и один офицер-пограничник. Все они были на службе 24 февраля, когда Россия напала на Украину, продолжают оставаться в армии и сейчас — когда ВСУ успешно контрнаступают. Мы поговорили о том, что идеологи и руководство рассказывало им о войне в самом начале, и как их риторика изменилась сейчас.

Соревнования "АрМИ" в котором принимала участие Беларусь. Август 2022 года, Московская область город Кубинка, Россия. Фото: пресс-служба минобороны РБ
Белорусские военные на соревнованиях «АрМИ». Август 2022 года, Московская область, Россия. Фото: пресс-служба Минобороны

«Среди моих сослуживцев половина, если не больше, поддерживают Россию, но не войну»

Дмитрию 30 лет. Больше десяти из них он служит пограничником на белорусско-литовской границе.

О том, что Россия начала наступление на Украину, он, «как все», узнал из новостей. Говорит, не было никакого общего сбора пограничников или каких-то объяснений от начальства.

— Утром проснулся дома, это все везде было в телефоне. Я думаю, большинство так узнало, — объясняет Дмитрий. — Сложно было тогда не матерными словами что-то сказать. Все были в шоке и ужасе, как так? А главное — зачем? Непонятно. Никому это не понравилось. Потом в течение дня пришла бумага в часть: там было все как официальная пропаганда говорила. Ничего нового. Дополнительной информации какой-то тоже.

Что касается того, как общаться с солдатами, то в документе рекомендовалось придерживаться официальной версии из госСМИ. Напомним, белорусские госСМИ до сих пор активно транслируют пророссийскую позицию.

— Свое мнение нам сказали оставить при себе, с солдатами на эту тему не общаться. Как в официальных источниках, так и говорить, — вспоминает мужчина.

Буквально через неделю после начала войны в часть Дмитрия стали массово звонить матери солдат-срочников и спрашивать, где их сыновья.

— Мы сразу создали группы в вайбере, стали чуть ли не ежедневно писать: не волнуйтесь, мы здесь, мы на месте. Фотографии солдат скидывали, что мы никуда не поехали, — объясняет он. — Матерям некоторых солдат были звонки о том, что их сын чуть ли не погиб и всякое такое. Я не знаю, как их номера находили. Но в часть женщины звонили в слезах: «Как так?» Отвечали, что солдат здесь, давали ему телефон с мамой поговорить. В марте таких звонков было много, а уже в апреле я даже и не вспомню таких моментов.

Что касается усиления на их участке границы, то, по словам Дмитрия, оно было и раньше. И никак не связано с войной.

— У нас свои были проблемы с мигрантами. Из-за этого были усиления и различные вопросы по службе, — добавляет он. — А что касается разговоров о возможной отправке в Украину… Мы понимали, что нас не отправят, так как важно тут границу охранять. Об этом сразу солдатам сказали. Не знаю, может быть, в случае чего, конечно, отправили бы на усиление кого-то… Но вряд ли.

Дмитрий говорит, что настроения среди его сослуживцев разные: кто-то поддерживает Россию, кто-то Украину.

— Сам я на стороне Украины, — объясняет мужчина. — Но думаю, что среди моих сослуживцев примерно половина, если не больше, поддерживают Россию. Одни открыто, другие — нет. У некоторых в голове, что в Украине нацисты и так далее. Но воевать при этом никто не хочет. Даже те, кто поддерживает Россию, все равно осуждают войну: не понимают, зачем было начинать. А таких, кто сказал бы, что русские молодцы, что напали, очень мало.

Граница Литвы и Беларуси в Сувалкском коридоре. Фото "Зеркало"
Граница Литвы и Беларуси. Фото: «Зеркало»

Когда ВСУ начали контрнаступление, какой-то особенной реакции от белорусского военного руководства не было. Пограничник добавляет, что сейчас вообще тему Украины у них мало обсуждают.

— Каждый что-то там читает, но разговоров об этом нет, — говорит он. — А солдаты что? Новости посмотрели — и все. Мы им тоже ничего особо не доводим. Никаких указаний по этому поводу нет.

Сам Дмитрий считает, что белорусская армия не вступит в войну по банальной причине — не готова:

— Я в Вооруженных силах не служу. Мы же, пограничники, отдельно. Но насколько я вижу со стороны это все… У нас нет ничего лучше, чем в России. Учитывая, с чем Россия пошла воевать (по факту — ни с чем), какой у них бардак… У нас, конечно, более организовано, потому что у нас страна поменьше, Вооруженные силы поменьше. Этим проще руководить. Но все равно хватает тоже всего. Плюс у них высокий процент контрактников. Потому что у военнослужащих контрактной службы в России и зарплаты выше, и больше всяких привилегий. А у нас почти все срочники. Контрактников у нас немного. Одно дело, когда это срочник, которого чему-то там научили, а другое — подготовленный контрактник.

Пограничник говорит, что уже в самом начале войны решил: если белорусские власти все-таки отправят их в Украину — он откажется участвовать.

— Я лично поддерживаю украинскую сторону и не собираюсь против них воевать. Как вариант — просто отказаться или сесть в тюрьму, — объясняет он возможные сценарии. — Или уже там пойти и сдаться в плен. Но тебя все равно могут убить, не разобравшись, что ты идешь сдаваться. Можно вообще не доехать никуда. Или в тыл может прилететь ракета, и ты можешь погибнуть.

Для Дмитрия война стала одним из основных факторов, чтобы принять решение об увольнении:

— Ну, а также то, что второй год у нас на границе происходит с этими беженцами. Ну и после 2020 года все эти события, когда за комментарий сажают… Если я раньше думал дослужить до конца контракта, то сейчас не хочу.

«В начале войны командиры просто пересказывали телевизор и говорили, что мы не воюем»

Вячеслава призвали в армию прошлой осенью. Он уже 10 месяцев служит в инженерных войсках.

— Шел служить нехотя. Ситуация с Украиной не предвещала такой войны. Но служить все равно было страшновато, — рассказывает парень.

В феврале, в первые дни российского вторжения, их батальон отправили на усиление границ в разные места.

— Я лично был на усилении границы с Латвией. Тогда всем было страшно, что попадут на войну. Об этом говорили постоянно, командиры лишь убеждали в том, что никто за границу Беларуси не уедет. Мы боялись, но большая часть все-таки верила, что не будем воевать. Когда отправили на границу, нас просили не беспокоить родителей и говорить, что просто едем на учения, на полигон. Все так и делали: зачем лишний раз пугать родных. Где-то в апреле вернулся первый сводный батальон, на его смену сразу же отправили другой, от нашей роты туда попали 24 человека (всего там было около 250−300). Примерно полтора-два месяца там дежурили. Сейчас там достаточно мало людей, от нашей роты, допустим, лишь четыре человека.

По словам парня, как только началась война, командиры рассказывали про «спецоперацию» и «денацификацию».

— В начале войны командиры просто пересказывали телевизор и говорили, что мы не воюем. Пропаганда нарастала сильно, с каждой неделей появлялись новые программы, больше информирований проводили со служащими. Тогда еще старослужащие в основном были на стороне России. Кто-то считал, что у нас нет голоса и все за нас уже решают. Было мало людей, которые говорили, что правда за Украиной: то ли из-за страха перед командирами, то ли действительно так воспринимали. Точно могу сказать, что в коллективе конфликтов по этому поводу не появлялось, вели себя дружно, несмотря на разные точки зрения. Сейчас людей, занявших сторону Украины, стало намного больше — призвалось больше молодых. Но в открытую никто не может поддерживать ни Украину, ни Россию, так как Беларусь придерживается нейтралитета (по крайней мере, нам пытаются это доказать).

О том, что Вооруженные силы Украины начали контрнаступление, Евгений узнал из телеграм-каналов. С сослуживцами они обсуждали это только между собой, руководство части на происходящее никак не отреагировало.

— В плане того, что нам говорят, ничего не изменилось. Все так же вещают, что там происходит «денацификация», постоянно по телевизору и на информировании пропагандируют правоту России и ее преимущество, — объясняет он. — Ну и не прекращается постоянная пропаганда Лукашенко и всего подобного, каждое воскресенье в клубе включают программы типа «Антифейк» и «Понятная политика», да и к тому же они всегда на повторе крутятся на телевизорах в каждой казарме, на каждом этаже и в столовой.

— Сейчас мы понимаем, что воевать нас туда не отправят, но разговоры на тему войны все равно идут, кто-то рассказывает свежие новости «не из телевизора», все начинают обсуждать, — продолжает он. — Настроения в поддержу Украины в основном. Но если вдруг и отправят, скорее всего, людям придется воевать, просто запугают чем-нибудь и все. Могу сказать за свой батальон точно, воевать будет мало кто, большинство сложит оружие или перейдет на другую сторону.

Сам Вячеслав к войне относится крайне негативно. Говорит, что «воевать в другой стране за другую страну» не станет.

— Я бы скорее сбежал с семьей за границу, — рассуждает он. — Если нападут на нас — воевать придется, какое бы ни было плохое правительство и командование. Это моя страна, я здесь родился и буду ее защищать, кто бы там ни был. Но опять же, если это будет конфликт внутри страны, как в 2020 году, протесты и подобное, я на стороне народа.

«Ни агитации, ни разговоров на эту тему не было вообще»

Алексею 20. И с ноября прошлого года он служит в войсках связи. В феврале 2022-го он был на полигоне «Брестский». Там же его и застала новость о войне.

— На полигоне было много российских машин с буквами V и Z, — вспоминает парень. — Из-за информационного вакуума я не мог следить за новостями. Поэтому о войне узнал от отца. 24 февраля я позвонил ему, и уже он мне сказал, что Россия напала на Украину. Я был в шоке, что такое в наше время может быть.

Совместные белорусско-российские учения "Союзная решимость-2022". Февраль 2022 год полигон "Гожский", Беларусь. Фото: пресс-служба минобороны
Совместные белорусско-российские учения «Союзная решимость-2022». Февраль, 2022 год, полигон «Гожский». Фото: пресс-служба Минобороны

К концу месяца Алексей вернулся в часть. Говорит, после этого первое время были усилены патрули.

— Патрульные надевали бронежилеты и брали автоматы, — рассказывает парень. — Но через 2 месяца все стало как прежде. Но до лета ездили машины с буквами V и Z для заправки топлива, воды и парковки. Сам с россиянами не общался, но ребята говорили, что они безбашенные какие-то, со странными шутками. У них спросили, есть ли патроны? Ответ: «Да, есть, хочешь пристрелю?» Только смеха в этом мало.

Что касается пропаганды, то Алексей сам удивляется: в его части ее минимум.

— Никто не проводит беседы. Идеологической работы нет. Единственное — 30 минут программы «Панорама» по БТ, — рассказывает парень. — А так о войне в Украине ничего не говорят вообще. Каждый третий четверг месяца во всех частях страны проводится «Единый день информирования», который, кстати, я сам пишу. Мне говорят тему, и я сочиняю слайды: про наркотики в стране и мире, социальные успехи Беларуси и прочая чушь. Про войну и в принципе военное дело темы не помню, чтобы была. Ни агитации, никаких разговоров на эту тему не было вообще. Ребята рассказывали, что, к примеру, во время выборов 2020 года на территории части был избирательный участок и военнослужащих никто не вынуждал голосовать за Лукашенко. Каждый голосовал за кого хочет. Я все веду к тому, что в нашей части нет «правильной» идеологии.

По словам Алексея, среди его сослуживцев есть такие, кто поддерживает войну и готов поехать воевать за Россию.

— Большинство, конечно, против, остальные аполитичны и редкие за. Умом, прямо скажу, они не отличаются. Они романтизируют условия солдата на войне, — считает парень. — В основном же о политике вообще не говорят. Я был очень этому удивлен.

Насчет отправки в Украину, по словам парня, разговоры между срочниками были редки даже в начале войны, а теперь прекратились вообще.

— Нашей армии хватит на 3 дня. Даже если их отправят, то разбегутся или толком ничего делать не будут. Тех, кто действительно понимает в своей специальности, — единицы. Большинство времени в армии тратится на бестолковые документы, ремонт техники и уборку территории части, — считает Алексей. — Замкомандира бригады как-то сам говорил: многие прапорщики, офицеры и контрактники на деле не будут воевать. Все, кто на контракте, пришли из-за благ государства. Многие хотят уйти из-за условий службы. Ждут льготный кредит на квартиру, а после увольняются. Лично я, даже если и будут отправлять, просто не поеду. Если насильно, то убегу в удобный момент. Или в плен подамся. Был бы украинцем, сам бы за свою страну воевал.

«Пропаганда слабела, сейчас о конфликте уже никто даже не вспоминает»

Евгению 20 лет. Он служит в радиотехнических войсках 10 месяцев.

— О том, что во время службы у соседей начнется война, даже не подозревал, — рассказывает парень. — 24 февраля был в части на боевом дежурстве. Во время пересменки кто-то сказал, что Россия бомбит Украину. Поначалу не верил и отшучивался. До последнего думал, что это просто сказки, пока вечером того же дня не объявили по новостям о «начале спецоперации в Украине».

По словам Евгения, в части им сразу же начали говорить то же самое и называть войну «спецоперацией по денацификации».

— Начали говорить, что власть в Украине захватили фашисты, и спецоперация проводится, потому что это происходит по соседству с РФ и противоречит внешним интересам России, — рассказывает солдат. — Вообще, ребята в части абсолютно адекватно относятся к происходящему и понимают, кто есть кто. Открыто никто не поддерживает войну. Есть единичные случаи, когда поддерживали Россию в этом конфликте, однако до публичного заявления никогда не доходило. Слышал такое только при общении тет-а-тет.

Снимок носит иллюстративный характер. Фото: TUT.BY
Снимок носит иллюстративный характер. Фото: TUT.BY

Что касается возможной отправки белорусских солдат на войну, то, по словам Евгения, в их части об этом речи не шло:

— В наших видах войск подобный сценарий исключен. Основная задача радиотехнических войск — несение боевого дежурства, контроль за воздушной обстановкой в пределах установленной зоны ответственности. Были шуточные высказывания от офицеров, мол, «поедете на Донбасс», однако все прекрасно знали, что личный состав никак не будет задействован в этом конфликте. В шутку рассуждали о том, что будем делать, если нас отправят на войну, — пока шутки не надоели. Хотя в глубине души было тревожно за родных, в случае, если подобный сценарий таки произойдет.

Несмотря на то, что он служит в радиотехнических войсках, которые контролируют воздушную обстановку, о запусках ракет по Украине с территории Беларуси Евгений узнал из новостей в телеграм-каналах.

— Если бы не интернет, то и не узнал бы. В части нас об этом не информировали, — объясняет он.

Сейчас тема войны в части Евгения не поднимается вообще. По его словам, никакой реакции на контрнаступление ВСУ не было:

— В конце зимы командиры ограничивались лишь термином «спецоперация». Абсолютно никакой шумихи по этому поводу. Даже наоборот. Командир части призывал всех сообщать родным, что мы не будем принимать участие в войне и продолжим выполнять задачи боевого дежурства в штатном режиме. Потом пропаганда слабела. И сейчас уже о конфликте никто даже не вспоминает. Даже не помню, когда последний раз мы поднимали эту тему в беседах.

Сам же парень говорит, что даже если вдруг Беларусь попытается отправить войска в Украину, он для себя решил, что не пойдет:

— Война — в первую очередь — конфликт политических интересов. Но никак не интересов простых людей. Большинству украинцев, да и белорусов, эта война не нужна. Хотя я прекрасно понимаю, что точка невозврата была пройдена, хочу, чтобы конфликт закончился как можно скорее. Ибо простые люди погибают зазря, просто потому, что одному Вове захотелось поиграть в войнушку.