Поддержать команду Зеркала
Беларусы на войне
  1. На рынке труда — «пожар»: число вакансий растет буквально на глазах
  2. Попытки прорвать оборону, продвижение российской армии и 1100 погибших. Что сейчас происходит на фронте в Украине?
  3. «В интересах моей партии и страны». Байден снялся с президентских выборов
  4. В Минске сторонники Лукашенко празднуют его 30-летие у власти. Политику предложили дать звание Героя Беларуси — вот что еще там говорили
  5. Экс-премьер Великобритании рассказал, каким может быть мирный план Трампа для Украины
  6. Милиционер проверил телефон и что-то вводил в Telegram. «Киберпартизаны» рассказали, что делать
  7. Председатель Верховного суда заявил, что Лукашенко помиловал 14 участников протестов, и анонсировал возможное освобождение новых
  8. С чем связаны природные аномалии, которые одна за другой обрушиваются на Беларусь? Ученый объяснил и рассказал, чего ждать дальше
Чытаць па-беларуску


Белорусов продолжают увольнять по политическим мотивам. Спустя более чем два года после президентских выборов и массовых акций протеста, последовавших после. Мы снова поговорили с людьми, которых в последние полгода лишили работы за их гражданскую позицию.

Снимок носит иллюстративный характер. Фото: TUT.BY

Имена всех наших собеседников изменены в целях безопасности. Их данные есть в редакции.

«Люди боятся высказываться, но я-то знаю, что в 2020-м на участке из 100 человек Лукашенко поддерживало два!»

«Честно говоря, я сам не понимаю, за что меня уволили. Даже мои мастера и начальник цеха прибежали с вопросом почему», — начинает разговор Игорь. Мужчина работал на МТЗ десять лет и в середине осени ему не продлили контракт.

— Я думаю, дело в том, что я был на заводских маршах и подписывался за всех, кроме Лукашенко. Говорят, у руководства есть списки, кто за кого ставил подписи, а еще мы отбивали пропуски, когда выходили с завода, — и начальство знает, кто в это время где был. Таким, как мне, не продлевают контракт или просят уйти по собственному. Ну, а если человек засветился на фото — могут еще и задержать. Мастера одного из наших цехов выволокли прямо с работы, даже не дали переодеться.

В коллективе Игоря новость о его уходе восприняли «не очень» — на рабочих, по словам мужчины, и так была большая нагрузка. Руководство цеха даже звало собеседника обратно, если ситуация в стране изменится.

— Людей и так не хватает, потому что работа не соответствует зарплате. На таком месте, как у меня, новеньких надо долго обучать. Человеком с улицы тут не заменишь — не потому что я такой хороший, а потому что оборудование старое, добитое, я бы сказал, нужно сначала постажироваться, чтобы с ним справляться. Сейчас, знаю от бывших коллег, идет один брак, потому что за станками необученные люди. И на МТЗ сейчас любого сними — так будет. А начальству завода все равно — им главное уволить. За мной еще целая стопка бумаг на непродление контакта лежит. И этих людей уберут, несмотря на стаж и опыт.

Проходная МТЗ, снимок носит иллюстративный характер. Фото: TUT.BY
Проходная МТЗ, снимок носит иллюстративный характер. Фото: TUT.BY

По словам Игоря, в 2021 году из-за нехватки людей на предприятие стали завозить осужденных на "химию" — и тех, кто отбывает наказание в учреждениях, и «домашних». Их ставят в основном на подсобные работы.

— Будет смешно, если вдруг и меня заберут, осудят, а потом опять отправят в цех! А так, знаете, мне абсолютно не было обидно, что меня так уволили: знал же, в какой стране живу. Люди боятся по этому поводу высказываться, но я-то знаю, что в 2020-м на участке из ста человек Лукашенко поддерживало два! И то один из них засомневался: «Что-то наш батька делает не так».

Сразу как получил уведомление о непродлении, Игорь стал искать новую работу — опасался, что его фамилия появится в какой-нибудь базе, что усложнит поиски.

— Я откликался на вакансии в нескольких местах, и везде спрашивали, сидел ли я на сутках, были ли у меня штрафы, засветился ли на маршах. Если бы было что-то из этого, я бы не устроился официально уже никуда. Потом неделю меня проверяли, и вот я тружусь грузчиком. Честно говоря, даже рад этому. По деньгам практически не потерял, зато не сижу день в грязи и пыли. Поэтому обратно я бы уже не пошел — разве что по людям первое время скучал, все-таки столько лет отработал.

«Сам заслужил, так тебе и надо»

Виктор еще в конце августа числился на одном из госпредприятий, связанных с транспортом, параллельно подрабатывал в сфере развлечений. В один из дней августа, когда смена закончилась, к мужчине подошли сотрудники милиции: на мужчине была одежда с «Погоней».

— Потянули меня в автобус, завезли в РОВД, требовали, чтобы я показал свой телеграм, дал пароль. Я требовал санкцию прокурора на осмотр телефона — меня отметелили. А потом, как и всех, повезли на Окрестина, на суд — дали 15 суток, я якобы пикетировал. Я в одежде этой ходил и по предприятию, и по улице. Там, понимаете, рисунок — сантиметров шесть. Нормальный человек не обращает внимания на такие мелочи!

После "суток" мужчина вернулся на работу. Там сразу сообщили новость: уволен по статье за прогул, пока отбывал арест по административному нарушению.

— Я отработал там два года. Ну, так получилось с увольнением. Как сказали старшие коллеги тогда — «сам заслужил, так тебе и надо». Правда, молодые ребята меня поддержали, они понимают, что так не должно быть.

Спустя несколько месяцев после инцидента и увольнения Виктор уже освоился на новом месте и в другом коллективе, вполне бодр и оптимистичен.

— После задержания отец мою одежду уничтожил (смеется). А я нашел себе новую работу в частной фирме, тружусь на складе — считаю, что нормальный человек всегда себе место найдет. Никаких вопросов тут у начальства к записи в моей трудовой не было, а характеристику они не запрашивали.

Я на все это смотрю спокойно: уволили — и уволили. Ну, отсидел на Окрестина в очень плохих условиях, но это же не самое страшное, что может быть. У людей в разы хуже ситуации случаются. И я рад, что ушел с государственного предприятия — хотя бы мозги никто не дурит, не требует вступать в профсоюзы. Еще и выиграл по зарплате. То, что свое мнение нельзя выражать — это плохо, да. Но лишь бы опять не посадили, а остальное не так страшно.

Фото: pixabay.com
Снимок носит иллюстративный характер. Фото: pixabay.com

«Все на работе были немножко в шоке, что уволили, грубо говоря, за лайк»

Другой наш собеседник, Дмитрий, еще недавно работал на Белорусской железной дороге. История похожая: сначала задержание — потом увольнение.

— В ноябре ко мне пришли, милиция показала постановление, а там с обратной стороны были распечатаны скриншоты моей страницы в соцсетях с репостом из «экстремистского» паблика и лайком на каком-то из их постов еще в августе 2020 года. На беседе в отделении участковый мне попался очень лояльный и сам не понимал, из-за чего весь сыр-бор.

Дмитрий отсидел несколько суток, а когда вернулся в свое отделение, где проработал шесть лет, руководство предупредило, что его увольняют по статье за прогул.

— Все на работе, даже непосредственный руководитель, были, скажем, немножко в шоке, что уволили, грубо говоря, за лайк. Но, знаете, учитывая то, что у нас в стране происходит, я понимаю, что придут за каждым. Это просто вопрос времени. Я больше удивился, что они просматривали соцсети, а не какой-нибудь телеграм, где люди в основном теперь сидят. То есть кто-то целенаправленно отсматривает все, выискивает что-то на людей.

Дмитрий тоже не жалеет, что так принудительно сменил место работы.

— Последнее время перестало нравиться этим заниматься, стали закручиваться гайки: то не смотрите, там никому ничего не говорите. Приходили бумаги на работу, где был перечень сообществ, которые нельзя читать, и надо было расписываться, что ты с этим ознакомлен. А тут все так сложилось — это был такой толчок поменять что-то в жизни, хотя на железной дороге я в скором времени мог бы получить повышение. Но считаю, что ни делается — все к лучшему.

После ухода бывший железнодорожник не стал искать работу в Беларуси и уехал за границу, теперь работает вахтовым методом.

— Сейчас в стране ловить нечего: процветает 1937 год, еще эта ситуация с Украиной. Это у тех, кто смотрит телевизор, все стабильно и вообще замечательно.

«Неужели у нас такое возможно в 2022 году?»

А Сергей через политические увольнения прошел уже дважды. Первый раз его попросили уйти за гражданскую позицию. Мужчина после этого устроился в транспортной сфере, но через несколько месяцев от него руководство отказалось и там.

— Изначально они меня проверили, взяли все бумажки — ничего не их не смутило, вопросов не возникло. В характеристике и справке из МВД, которую они запрашивали, тоже все было хорошо. А потом вылезла информация, что есть какой-то список людей, которые как-то в 2020-м проявляли недовольство ситуацией в стране. И вот я проработал три месяца, а потом начальник сказал, что меня нужно убрать. Оформили по соглашению сторон — буквально через полчаса я был свободен.

Фото: TUT.BY
Снимок носит иллюстративный характер. Фото: TUT.BY

Собеседник уверен, что эта информация может быть видна другим нанимателям и они так проверяют возможных новых сотрудников.

— Когда я пытался устроиться на работу, в одной из структур, несмотря на мою чистую трудовую, во внутренней службе безопасности сразу отказали — сказали, что я где-то «свечусь». Потом на собеседованиях я экспериментировал. Понимал, что первым делом услышу вопрос, по каким причинам уволился. И одним прямо говорил: по политическим мотивам. Некоторых это очень пугало, было даже забавно посмотреть на их реакцию со стороны. В частных компаниях, бывало, с удивлением (а кто-то и с недоверием) спрашивали: «Да? Неужели у нас такое возможно в 2022 году?!» Когда я понял, что не могу совсем никуда устроиться, решил обходить эту тему — стал говорить, что не устраивала зарплата или не сошлись характерами с руководством.

Сергей говорит, что финансово довольно безболезненно пережил очередную потерю работы: помогли небольшие накопления и умение экономить.

— Не скажу, что я куда-то ездил отдыхать, жил, как хотелось бы. Но эта подушка безопасности минимальные потребности по еде и одежде мне перекрыла. Когда начало поджимать, а работа не находилась, начал нервничать, естественно — хотелось бы чувствовать себя увереннее. Упрощало ситуацию то, что я один. Если бы были жена и дети, пришлось бы умножать расходы на два или три.

Месяц назад я наконец устроился, тоже в транспортной сфере. На новом месте просто спросили, были ли статьи, задержания. Я ответил честно, что нет ни административных, ни уголовных. Но сейчас сижу и жду, на сколько хватит моего нынешнего руководства, выплывет ли эта история здесь. Не скажу, что это мучительно ожидание, но готовлю себя к тому, что все может повториться.

Мужчина рассказывает, что старается себя отвлекать от этих мыслей. Построил себе рабочий день так, чтобы все время быть занятым. Помогает и поддержка близких, но непросто прошел через эту ситуацию.

— Одним словом это вряд ли опишешь, но неприятно, что мы дожили до того, что твои взгляды влияют на возможность зарабатывать и вообще существовать. Это злит и раздражает. Я молчу про законы, но это же не по-человечески: когда у людей разные взгляды на что-то, и один другому делает пакости, чтобы тот не мог есть, спать, в чем-то его ограничивает. Когда я не мог найти работу, уже думал уезжать и искать что-то в других странах. И если сейчас это случится снова, испытывать судьбу не буду и так и поступлю.

«Когда потерял службу, казалось, что и меня внутри нет»

Адам около 10 лет отдал службе в МЧС, ездил с коллегами на пожары, аварии. Быть спасателем — мечта мужчины, к которой он шел с детства: сначала отучился в профильном лицее, потом вузе и стал офицером.

— Я в детстве всегда хотел связать судьбу с погонами, в школе хулиганил, мама меня растила одна и предложила поступить в лицей МЧС — я загорелся, поступил. Пожарное дело — благородное. За что я его люблю? Ты знаешь, что ты нужен, что никто, кроме тебя, не пойдет в этот огонь, в неизвестность, еще и ведешь за собой личный состав, несешь ответственность за этих людей. Это абсолютно мое дело.

Летом у Адама заканчивался контакт, и начальство вызвало к себе. Заявление на новый у мужчины не приняли и сказали, продлевать его не будут. Причины никто не объяснял, а сам он, кроме как политических, в своем увольнении не видит.

— У нас не хватает кадров, а ко мне за все время не было никаких замечаний, поэтому я через знакомых стал узнавать, что не так. Скорее всего, дело в подписи за Бабарико, — объясняет он. — Когда стало известно, что я ухожу, за меня начальство просили коллеги, но нашему министерству такие сотрудники не нужны.

Фото: пресс-служба МЧС
Снимок носит иллюстративный характер. Фото: пресс-служба МЧС

Офицер говорит, что потерю работы очень тяжело переживал морально:

— Я горел этой работой. Жена шутила, что МЧС любил больше, чем ее. Когда потерял службу, казалось, что и меня внутри нет. Если видел, что проезжает пожарная машина с мигалками, меня захватывали эмоции… Понимаете, ладно бы я плохо выполнял свои обязанности — сказали бы мне в глаза: «Ты хе****й работник» — я бы понял и вопросов не задавал. Но когда за меня весь состав ходил просить… И для меня это самая большая награда — уважение и доверие людей, с которыми я работал, которые шли за мной в огонь. Что они увидели во мне человека, а не просто очередного начальника.

Несколько месяцев назад мужчина уехал на стройку в Россию, потому что в Беларуси ему везде отказывали. Сейчас он скучает по семье — дома остаются жена и маленький ребенок — и прежней работе.

— Я приходил устраиваться на завод, когда там спрашивали, почему я ушел с прошлого места, честно говорил, что, возможно, из-за подписи. И тут: «Ах, так ты подписант! Вы нам не подходите». И это не единственный случай — везде, где я откликался, предупреждали, что будут проверки, есть какие-то списки. В итоге я сел за руль таксовать, а потом через знакомых поехал на вахту, работаю в строительной сфере: надо было что-то делать и обеспечивать семью.

Адам надеется, что, когда в стране изменится ситуация, он сможет вернуться в МЧС.

— Они у меня просто так это не заберут! Я еще вернусь. Но, чтобы это произошло, как минимум из МЧС должна уйти система. В 2020-м говорили, что спасатели вне политики — мы только тушим. И я не скажу, что придерживался этого, но знал: несмотря на убеждения, мне все равно, кто там горит — я буду спасать любого человека, потому что это мое дело. А чтобы решать, что он натворил, у нас есть суд. Сейчас я не загадываю, когда что-то изменится, а живу дальше. Но знаете, что обидно? Работая на стройке, я получаю в три раза больше, чем когда был офицером и рисковал своей жизнью. Как так?!