Поддержать команду Зеркала
Беларусы на войне
Налоги в пользу Зеркала
  1. Лукашенко уже 17 дней не может назначить главу своей администрации. Вот почему это странно
  2. Понимал, что болезнь смертельная, но верил в жизнь. Умер экс-боец ПКК Александр Царук — он вернулся с войны и узнал, что у него рак
  3. 58 человек погибли, судьбы многих выживших оказались сломаны. Вспоминаем, как почти 40 лет назад под Минском разбился самолет
  4. Снарядов не хватает, украинцам приходится отбиваться стрелковым оружием. США не помогают Украине — и вот к чему это приводит
  5. «Повлиять на ситуацию не можем, поэтому готовы и ждем». Связались с беларусами в Израиле — как они провели ночь во время иранской атаки
  6. Чиновникам дали задания, как мотивировать беларусов работать дольше и не увольняться. Бюджетников и уехавших тоже касается
  7. Самая большая взятка для Лукашенко? Новое расследование BELPOL о строительстве резиденции политика на Минском море
  8. Иран прокомментировал итоги атаки на Израиль и рассказал о своих дальнейших планах
  9. «Вся эта ситуация — большое горе». Поговорили с сестрой пророссийской активистки Мирсалимовой, уехавшей из-за «уголовки» за политику
  10. Эксперты рассказали о трудном выборе, который приходится делать Украине из-за массированных обстрелов ее энергосистемы
  11. Лукашенко, похоже, согласился, что все подписанные им документы могут быть объявлены юридически ничтожными. Вот почему
  12. Лукашенко отреагировал на заявление о том, что Украина имеет право атаковать НПЗ в Беларуси
  13. Почему Путин в указе назвал Василевскую «гражданкой Республики Белоруссия»? Позвонили в посольства, Кремль и спросили у экс-дипломата


Министерство обороны Беларуси совместно с Министерством здравоохранения в данный момент работают над изменением требований к состоянию здоровья людей, поступающих на военную службу. Поводом для этого стала реакция ведомств на «большое количество обращений граждан», которые считают, что нынешние требования к состоянию здоровья завышены и не позволяют молодым людям реализовывать мечту стать военным. Мы поговорили с теми, у кого такая мечта действительно была, и узнали, пошли бы они в армию сейчас.

Мероприятия, посвященные началу учебного года в воинских частях Беларуси. Фото: пресс-служба Минобороны РБ
Белорусские военные. Фото: пресс-служба Минобороны РБ

Имена собеседников изменены, их данные есть в редакции.

«Если бы сказали ехать в Украину, я бы дезертировал»

Сейчас Сергею 30 лет, но юношеская мечта стать военным до сих пор с ним, вопреки состоянию здоровья. Стремление служить в армии у него появилось еще в 14 лет, когда засматривался сериалом «Солдаты».

— Плюс тогда были популярны компьютерные игры, я очень хорошо играл в онлайн-стрелялки. Поэтому думал, что я прирожденный военный, — вспоминает он. — Сейчас понимаю, что в реальной жизни не все так радужно. Но тогда это было очень большой мотивацией.

Когда в 16 лет Сергей проходил приписку к призывному участку, ему сказали, что годен. И подросток с нетерпением ждал повестки.

— Тогда я загорелся этим, думал, что вот пойду в армию, буду служить, останусь там, стану офицером. У меня вообще была такая мечта. До призыва я начал всерьез заниматься спортом, думал, пойду в спецназ. Но потом пришел на медицинское обследование, и лор мне поставил диагноз — нейросенсорная тугоухость. В реальной жизни это никак не мешает, я слышу лишь чуть хуже, чем остальные. И вот я стою на призывной комиссии, а мне говорят, что я не годен. — Как это не годен? — Ну, с таким диагнозом мы тебя не можем взять. Я расстроился. Решил взять все в свои руки, пошел к начальнику военкомата. Говорю, мол, товарищ полковник, служить хочу. Он еще очень удивился: «Обычно ко мне по-другому вопросу приходят, не хотят в армию».

Уже закончив колледж, Сергей пытался устроиться и в МЧС, и в милицию — не отпускала мечта. Но везде смотрели его документы, видели, что к службе не годен, и отказывали. Впрочем, война в Украине заставила собеседника пересмотреть свои приоритеты.

Фото: телеграм-канал Министерства обороны Республики Беларусь
Служащие 120-й отдельной гвардейской механизированной бригады. Фото: телеграм-канал Минобороны Беларуси

— В связи с последними событиями желание быть связанным со всем этим уже меньше (смеется). Но если не обращать внимание на то, что происходит, может быть и пошел бы сейчас служить, если бы стало возможно. Я чувствую, как будто бы у меня было предназначение в жизни, а какой-то пустяк его сломал, — говорит мужчина. — Что касается войны в Украине, то есть такое понятие как человеческий принцип. Я много раз ездил туда, а теперь [россияне] проявляют агрессию по отношению к братской стране… Присоединяться к ним у меня нет никакого желания. Даже если бы мне вдруг сказали, что несмотря на то, что я негоден, нужно участвовать в агрессии, а потом меня сделают офицером и исполнится моя мечта, я бы все равно не пошел. Потому что человечность — это главное.

При этом Сергей уверен: от простого солдата, который любит службу, «здесь ничего не зависит». Да и все равно нужны те, кто будет защищать своих людей.

— Когда подросток хочет в армию, он смотрит на это через розовые очки. Но потом они разбиваются о реальность. Ведь какая задача военного? В первую очередь воевать, — рассуждает он. — У нас такое совковое воспитание, что если к нам придут захватчики, мы будем защищать Родину, и это почетно. Даже отмечаем 23 февраля. Но когда мы проявляем агрессию по отношению к фактически нашим братьям, это неправильно. Если бы я сейчас все-таки служил в армии и мне сказали ехать в Украину, я бы дезертировал. Не потому что я трус. Если бы к нам пришли захватчики, я бы пошел защищать страну. Но проявлять агрессию против Украины? Нет, на такое я не согласен.

«Я хотел служить в „элите“, а не просто водить машину»

Об армии 24-летний Иван задумывался с детства: его дядя служил в ВДВ, и мальчик очень хотел пойти по его стопам. Уже в школе мечта переросла в план: собеседник хотел отслужить, а потом остаться на контракт. Даже не планировал поступать никуда после школы. Правда, закончил 11 классов еще несовершеннолетним и, чтобы не терять время, поступил в колледж. А потом еще несколько лет работал по распределению.

— Все это время являлся по повесткам, проходил медкомиссию. Кроме плоскостопия и недовеса, проблем не было, — говорит Иван. — И вот пришло время призыва. Я, как и положено, явился в военкомат. Там меня спросили, куда сам хочу идти. Ответил, что в спецназ или ВДВ, а мне сказали, что для этого не та группа здоровья. Тогда попросился в погранвойска. В военкомате согласились, но потом увидели в личном деле, что у меня есть права категории B и C: «О, нет, ты там не нужен. Поедешь в Минск или в Печи».

Фото: Анастасия Шингель, «Ваяр»
Белорусские военные. Снимок носит иллюстративный характер. Фото: Анастасия Шингель, «Ваяр»

Узнав, что в войска, о которых он мечтал, его не отправят, Иван расстроился. Пытался просить изменить решение, в военкомат даже ходил его отец. Но ничего не помогало.

— Я хотел служить в «элите». Всю жизнь занимался спортом: борьба, бокс. А тут меня хотят забрать туда, где нужно водить машину, только потому, что я сам отучился на права. Меня очень задело, что изначально они согласились отправить в погранвойска, а как только увидели, какие у меня категории прав, — сразу передумали. Я считал, что достоин большего, чем просто полтора года водить машину, — объясняет свои чувства собеседник.

Молодой человек смирился, хотя и расстроился, и ждал, когда поедет в армию. Перед тем, как отправлять в часть, призывников еще раз осмотрел врач. Ивану сказали сделать рентген стоп, учитывая его диагноз.

— Вернулся в военкомат со снимком, и мне говорят: «Ты не годен». Я стоял в шоке. Спросил, почему нет. Мне ответили, что плоскостопие переросло с третьей степени в четвертую, а с такой быть военным нельзя. А уже на следующий день я должен был ехать в часть. Помню, спросил: «И что, мне завтра не приходить?» — вспоминает собеседник. — Тогда я очень удивился и даже обрадовался, потому что не хотел служить в обычной бригаде, но был уверен, что это просто отсрочка на год. А потом понял, что годен только в военное время. Тогда еще с ухмылкой подумал: «Не хотели отправить туда, куда я хочу, не пойду вообще». Было чувство, что утер нос военному комиссару.

В феврале 2019-го, через несколько недель после того, как Иван получил свой военный билет, Александр Лукашенко заявил, что плоскостопие не должно становиться причиной отказа в военной службе. Уже через год список болезней, при которых можно в армию, действительно расширили, но плоскостопия это практически не коснулось, и Иван так и не получил ни одной повестки. А когда его вызвали в прошлом году на сверку данных, решил просто не приходить. К тому же за это время успел существенно разочароваться в белорусской армии.

— Мое отношение изменилось еще до начала войны. Причиной стали разговоры с теми, кто служил. Из них становится ясно: наша армия совсем не готова к каким-то боевым действиям, разве что спецподразделения. Остальных ничему не учат, — уверен собеседник. — Теперь в армию не хочу. После событий 2020 года стало понятно, что все наши силовые структуры защищают явно не народ. У меня есть друзья, которые работали в МВД, в спецназе и в ОМОН, и большинство расторгло контракты и уехало. А те, кто пока остались, все равно планируют уходить. Да и у меня теперь тоже нет желания служить государству, которое тебя душит.

Мысли о том, что белорусская армия так или иначе может быть втянута в войну в Украине, у молодого человека есть. Но готов и план действий: сейчас Иван работает дальнобойщиком, и если Беларусь втянут в конфликт, планирует просто не возвращаться на родину и остаться в Европе.

— Я против войны и надеюсь, правительству хватит ума и смелости не вступать в конфликт. Но даже если так получится, что выезд ограничат и я не смогу уехать, лучше сяду в тюрьму, чем пойду выполнять преступные приказы и нападать на другую страну, — заключает мужчина.

Читайте также: