Поддержать команду Зеркала
Беларусы на войне
  1. «Мы тебя убьем, и нам за это ничего не будет». Опубликовано расследование о пытках в Московском РУВД Минска в августе 2020-го
  2. В Беларуси закрывается еще один частный вуз
  3. В США отреагировали на обстрел Севастополя: Россия могла бы эту войну остановить
  4. «Взбодрит некоторыми неблагоприятными явлениями». Синоптики рассказали о погоде во второй половине лета
  5. В ISW рассказали, с какой целью российские власти размещают военную технику в гражданских районах Крыма и поощряют туризм на полуостров
  6. Вы знали, что СССР в 1948 году хотел уморить двухмиллионный город голодом? Людей спасли «конфетные бомбардировщики» — вот как это было
  7. Уроки вождения, запрет заграничных школ, новый удар по ИП. Власти подготовили изменения в сфере образования — что в законопроекте
  8. Не прошла в Европарламент — и приехала в Беларусь прославлять Лукашенко. Рассказываем о непростой судьбе новой героини госпропаганды
  9. Польские визовые центры меняют правила подачи документов для беларусов
  10. В Минске отреагировали на предупреждение Польши о возможном закрытии оставшихся двух пунктов пропуска
  11. При нападении в российском Дагестане были убиты более 15 силовиков, несколько гражданских и шесть боевиков
  12. Уехавшая из-за политики беларуска получила очень странное письмо. Она подозревает провокацию от силовиков — рассказываем
  13. Владельцы «Острова чистоты» массово закрывают свои фирмы. Что об этом известно
  14. Как Украина может изолировать оккупированный Крым и почему имеет право наносить удары по Керченскому мосту — мнение экспертов
  15. Беларусь заговорила о готовности к переговорам с Польшей по ситуации на границе. Спросили у экспертов, в чем причина
  16. Прогноз по валютам: мощные курсовые качели раскачали доллар до максимума, но и это не предел


На «швейке» гомельской женской колонии осужденные работают шесть дней в неделю, зарабатывают 15−20 рублей в месяц и получают дополнительные часы без оплаты, если не вырабатывают норму. Об условиях их труда рассказывает «Медиазона».

Иллюстрация Анны Макаровой, "Медиазона"
Иллюстрация Анны Макаровой, «Медиазона»

В гомельской женской колонии находится швейная фабрика — «один из ведущих белорусских производителей специальной, рабочей и форменной одежды», говорится на сайте предприятия. В основном осужденные шьют форму для бюджетников, чиновников, милиционеров и военных, но встречаются и другие заказы — постельное белье, куртки для крупных госпредприятий, медицинские костюмы и маски и даже хоккейная форма, рассказывает бывшая политзаключенная Дарья Чульцова.

По ее словам, политзаключенные женщины работают именно на «швейке».

В цеху работает несколько бригад, в бригаде — около 35 человек. Кроме швей, есть лекальщики и работники, которые обрезают нитки с готовой одежды — как правило, этим занимаются пожилые и люди с инвалидностью по зрению. По словам Чульцовой, в бригаде шьют всего несколько человек — остальные не могут или не хотят:

— Есть женщины, которых садят за алименты. Им не нужна эта работа. Они понимают, что получат 20 рублей, 15 у них спишут на алименты. Остальные пять-семь человек работают либо чтобы занять себя, либо хотят хоть что-то заработать.

В швейном цеху холодно зимой и душно летом, вспоминает Чульцова. Там трудно дышать из-за пыли, которая летит во время шитья от тканей плохого качества.

«С аллергией вообще нельзя работать в таких условиях. Представляете, что в легких творится у людей, которые работают там годами?» — говорит она.

Норма для всех бригад разная и зависит от изделия. Если заключенные ее не выполняют, администрация «орет и гонит в разнарядки» — неоплачиваемые дополнительные часы, рассказывает Дарья. По ее словам, в разнарядки осужденных отправляли часто, а некоторые «в разнарядках жили».

Женская колония в Гомеле. Кадр из фильма «Дебют» Анастасии Мирошниченко

На швейном производстве заключенные работают по шесть часов шесть дней в неделю. Два раза в месяц, как правило, заключенным приходится работать и по воскресеньям. По подсчетам Чульцовой, осужденные перерабатывают даже без учета рабочих выходных.

Несколько мужчин, отбывавших наказание в других колониях, рассказали «Медиазоне», что работа на швейных участках среди заключенных считалась неплохой — «все время в тепле» и есть возможность «себя немного обшить».

— Где-то брюки порвутся, ты их шьешь — один зашивает, а второй стоит напротив окна и смотрит, чтобы не зашли в цех, иначе накажут, — говорит бывший политзаключенный Иван, который отбывал наказание в ИК-17.

На швейной фабрике в ИК-4 установлены камеры, контролеры периодически устраивают обыски личных вещей, а сотрудники оперативного отдела проводят проверки, рассказывает Дарья.

Некоторые заключенные (или целые отряды) занимаются хозобслуживанием — работают в столовой, прачечной, парикмахерской и убирают в административных зданиях. Дарья Чульцова говорит, что в женской колонии работа прачки и уборщицы считается престижной, потому что там больше свободы перемещения — заключенные не прикреплены к фабрике.