Поддержать команду Зеркала
Беларусы на войне
  1. А вы знали, что в начале войны СССР даже пытался наступать сам? Вот почему 22 июня 1941-го для Красной армии произошла катастрофа
  2. Сикорский: Польша рассматривает возможность закрытия оставшихся двух пунктов пропуска на границе с Беларусью
  3. Украинский Генштаб сообщает о тяжелых боях на востоке страны. Аналитики предупреждают, что именно там Россия может наступать летом
  4. На госТВ отчитались о задержании брестчанина и двух россиян — утверждается, что они готовили теракты на российской железной дороге
  5. Путин назвал возможное поражение России в Украине «концом государственности» и намекнул на ядерный ответ — что стоит за угрозой
  6. Попал под санкции, но купается в роскоши. Чем владеет один из «кошельков» Лукашенко и его семья (впечатлительным лучше не смотреть)
  7. ВМС Украины подтвердили спутниковыми снимками уничтожение базы запуска дронов в российском Ейске
  8. «Есть за что». Удивительное дело: министр спорта Беларуси покритиковал соревнования в России, где у наших атлетов ведра медалей
  9. С 1 июля заработает очередное изменение на автомобильном рынке
Чытаць па-беларуску


Вот уже четвертый день мы пытаемся выяснить информацию о том, где будут размещаться наемники ЧВК Вагнера, которые могут оказаться в Беларуси. Все это время в редакцию «Зеркала» присылают множество сообщений по этой теме, зачастую — лживых. Во время проверки одной из зацепок наша журналистка под видом обычной гражданки позвонила в отдел архитектуры и строительства Осиповичского райисполкома. Трубку подняла чиновница, с которой вышел неожиданный диалог. Вам стоит его прочесть.

Боец частной военной компании "Вагнер" показывает победный знак на улице возле штаба Южного военного округа в городе Ростов-на-Дону, Россия, 24 июня 2023 года. Фото: Reuters
Боец ЧВК Вагнера возле штаба Южного военного округа Ростове-на-Дону, 24 июня 2023 года. Фото: Reuters

— Хотела бы вот что уточнить. Мама моя на даче в деревне Цель. Позвонила взволнованная. Говорит, ремонт идет в части старой. Ходят слухи, что там какая-то часть с российскими военными будет.

— Будет часть в Цели.

— Какая часть? Ее же еще в 2018-м году убрали оттуда? Что, опять назад вернут?

— ЧВК Вагнера.

— Вы думаете, что она там будет?

— Что значит «думаете»? В интернете написано. Я говорю то, что я читала в интернете. Я предполагаю, что да.

— Слухи такие ходят, но может, вы что-то более официальное скажете?

— Понимаете, вы у меня спрашиваете такую официальную информацию, которую я, например, не знаю. Я вам говорю то, что я читал в интернете.

— А у кого узнать? Просто все начинают волноваться, потому что там [в Цели] не так много людей. И еще ЧВК Вагнера…

— И что? И что, выгоним ЧВК Вагнера? (смеется).

— Слушайте, это люди, которые сидели за убийство, за тяжкие преступления. Не очень-то хотелось таких соседей, я вам честно скажу. Поэтому мама разволновалась и звонит. Вот видела, что там красят, плитку укладывают. Вот она и волнуется. Я ее понимаю. Мне бы тоже волнительно было и страшно. Так у кого узнать по поводу, кто там будет?

— Председателю райисполкома попробуйте в приемную позвонить. Знаете, я просто не могу понять. Вот вы волнуетесь. И что? И дальше что? Если там делается, вы же понимаете, что это все делается в соответствии с поручениями, указаниями и всем остальным. Так? Решениями какими-то, правильно? Что вы волнуетесь? Что ваше волнение решит?

— Мне интересно, почему нам не сообщают, мы все-таки жители.

— Почему не сообщают? В интернете информация, я ж вам говорю, размещена. Каким образом вам должны это сообщать? Расскажите. Вот как вы считаете?

— По телевизору почему об этом не говорят?

— Это вопрос к СМИ. В интернете такая информация есть.

— Что будет ЧВК Вагнера в Осиповичах? Дело в том, что я доверяю официальным СМИ, а там такого не было. И вот я удивлена.

— Я могу вам сказать только, что я в интернете это читала, что да, будет размещаться ЧВК Вагнера. Да, даже сегодня наш президент рассказывал, что ЧВК Вагнера будет в Беларуси, что мы должны брать от них опыт и все остальное (это было вчера, 27 июня. — Прим. ред.).

— Он и про часть сказал, что какую-то там предоставит, но точно же не говорил где [ее разместят].

— Попробуйте позвонить в приемную [председателя райисполкома]. Я просто точно так же, как и вы, слышала. Более подробно вам не могу сказать. А в сельский совет вы не хотите позвонить?

— Они ничего не знают. Говорят, что не в курсе.

— Ну хорошо, все замечательно, Господи. Значит, не знают и не надо (смеется). А вы не волнуйтесь. Вот что от вашего волнения поменяется, расскажите?

— Слушайте, может, дачу уже надо продавать?

— Чего дачу продавать?

— Потому что туда приедут эти ребята-уголовники.

— Так знаете, сколько женихов приедет! (смеется).

— Спасибо, не надо. Пожалуйста, без таких женихов.

— Наоборот, вы будете под охраной такой. Ничего не страшно.

— То, что я слышала о ЧВК Вагнера — такой охраны нужно бояться. Я вам серьезно говорю.

— Ну, не знаю. Говорят, много чего, говорят, и кур доят. Тем не менее это же военизированная часть. Даже если это и ЧВК Вагнера. Это же не просто так, как говорится. Все серьезно подчиняются приказам и всему остальному. Поэтому мне кажется, у страха глаза велики.

— Я читала, как некоторые возвращались из Украины и убивали людей.

— Я думаю, не может такого быть. Я точно так же смотрела, что [во время мятежа] все было чинно, благородно: и транспорт ходил исправно, и все муниципальные службы работали в России. И не думаю, что если бы был такой разбой, то их бы спокойно взяли бы на нашу территорию. Вот это я уверена. Это называется нагнетать обстановку.

— Но если бы у нас [так как в России] выпустили заключенных из Глубокской колонии, которые сейчас сидят по 20−25 лет за расчленение, вот как бы вы заговорили? Я бы лично очень волновалась.

— Но скажите мне, пожалуйста, а вот у вас информация, что там такие служат? Достоверная?

— Из того, что Пригожин набирал их в колониях, и об этом говорили даже центральные российские каналы, я делаю вывод, что да.

— В общем, ладно. Не будем с вами вступать в полемику. Понимаете, это называется «вы казалі, я казала». Я вам рассказала, что слышала я, вы мне рассказали, что слышали вы. Все остались при своем.

— То есть мы пока не знаем, будут они у нас или нет?

— Нет, пока нет. Подготовка тем не менее, я так понимаю, идет.