Недавно мы публиковали текст о том, почему отношения между преподавателем и студенткой (впрочем, как и между преподавательницей и студентом) не могут быть равноправными, даже если в них отсутствуют явные признаки домогательств. Тем не менее такие романы все-таки случаются. Чем они заканчиваются? И почему люди поддаются порыву, зная о своем положении? Читатели «Зеркала», которые оказывались в таких отношениях, рассказали, как все было у них.
Все имена в тексте изменены.
«Было страшно признаться самой себе, что у меня есть чувства»
Сейчас Ирине около 40 лет (точный возраст она назвать отказалась). В начале 2010-х белоруска работала в одном из государственных колледжей Минска, куда ее пригласили вести новый для учебного заведения предмет.
— В том колледже в основном обучались мальчики. Мои занятия были на курсе, когда им по 17−18 лет. Мне же было немного за 20, — вспоминает собеседница. — Когда осенью я начала преподавать, у нас было по несколько занятий в неделю. Ни на кого из группы особенно внимания не обращала. Наоборот, строила из себя такую строгую «преподшу», мол, сейчас вы все будете меня слушаться.
Помимо основных занятий по предмету Ирины предусматривались и дополнительные. Она была уверена, что ходить на них никто не будет, и даже перед первым дополнительным занятием представляла, как сейчас будет полтора часа заниматься своими делами. Но не тут-то было.
— Один студент все-таки дошел — тот самый, — смеется Ирина. — Причем стал ходить на мои дополнительные занятия постоянно. Дима был такой воспитанный, интеллигентный. У меня даже мысли не было, что у него ко мне что-то воспылало.
Так, по рассказам собеседницы, прошли следующие несколько месяцев: Дмитрий исправно посещал дополнительные занятия, а Ирина их вела, ни о чем не подозревая. Но ближе к Новому году студент спросил у преподавательницы, можно ли ему пройтись с ней до дома. Та согласилась, снова не увидев здесь ничего подозрительного.
— Не помню уже, как он узнал, где я живу. Наверное, как-то обмолвилась на занятиях, что мне до работы идти не очень далеко. Пока мы шли, он каким-то образом выманил у меня номер телефона. И тут уже я начала понимать: «Может, он интересуется мной, а не предметом?» — рассказывает собеседница. — Мне тоже нравилось с ним общаться, потому что он был с чувством юмора и очень толковый. Но любые мысли о возможной романтике я отбрасывала — все-таки парню еще 17.
Впрочем, это препятствие довольно быстро самоустранилось: зимой Дмитрию исполнилось 18 лет. Со своей преподавательницей он уже вовсю общался по телефону, регулярно обсуждая любые темы, кроме тех, что напрямую касались учебы.
— Как-то так мы и сблизились — стало понятно, что между нами что-то назревает. Он начал звать меня в кино, мы гуляли… У меня прямо ноги подкашивались. Мне полностью снесло голову, причем от платонической любви, — вспоминает Ирина. — Мы ведь, когда гуляли, даже за ручки не держались. Было страшно признаться самой себе, что у меня есть чувства. А когда однажды, во время прогулки, он меня поцеловал, думала, сейчас сознание потеряю. Помню это как сейчас: ноги были ватные и ощущение, что вот оно счастье — дальше уже можно и не жить.
Несмотря на счастливые моменты, Ирину постоянно терзали сомнения. Во-первых, она всегда считала себя хорошо выглядящей и неглупой, но Дмитрий казался ей слишком красивым и умным для нее. По словам собеседницы, покорил он тем, что «разруливал вопросы, как взрослый мужчина» и «уважал семейные ценности», чего не делали даже ее ровесники, а тут — 18-летний парень. Во-вторых, все-таки смущал возраст Дмитрия: хотя до наступления его совершеннолетия Ирина с ним лишь общалась (без физического контакта), страх все равно присутствовал.
— Не хватало еще срок получить за свои чувства. На занятиях мы старались быть с каменными лицами. А когда ехали до колледжа в одном транспорте, делали вид, что встретились там случайно, — вспоминает собеседница. — Что касается оценок, то мне повезло: у него объективно были хорошие успехи по моему предмету и «подрисовывать» ничего не приходилось. Вообще, вся группа была смышленой: по-моему, было всего два троечника.
Ирина говорит, что у нее есть несколько знакомых коллег, у которых тоже сложились отношения с учениками после их выпуска — они в браке уже долгие годы. По мнению собеседницы, отношения между преподавателями и студентами могут быть, ведь «это тоже люди». Но добавляет, что «если это, конечно, не те случаи, где учительница совращает детей и присылает им свои голые фотографии».
— Уверена, что о нас с Димой до сих пор никто ничего не подозревает, потому что я в этом колледже потом еще много лет работала, и если бы в нашем коллективе кто-то что-то бы узнал, до меня уже дошли бы слухи, — говорит Ирина. — В общем, до конца того учебного года как-то нам удалось продержаться.
Когда начались летние каникулы, Ирина уехала в длительный отпуск. Хотя они с Дмитрием поддерживали переписку, по возвращении с отдыха собеседница «решила взяться за ум».
— Зачем мне дурить голову 18-летнему парню? Вряд ли это к чему-то привело бы, все-таки у нас разница в возрасте, — рассуждает Ирина. — Да и в том учебном году у Димы было больше практики и меньше занятий в колледже, поэтому удалось свести на нет наши пересечения. Все как-то само собой рассосалось, но до сих пор остается ярким событием в моей жизни. Сейчас я не слежу за тем, что происходит с Димой, но знаю, что вскоре после окончания колледжа он женился. Мне кажется, он хороший семьянин.
«Сотрудницы деканата ей тогда говорили, мол, Маша, открой глаза!»
История Ильи тоже завертелась в 2010-х. Забегая вперед, скажем — и до сих пор не закончилась.
— Мне было 20 лет, и я учился на втором или третьем курсе в частном вузе. Точно уже не помню, — рассказывает Илья. — И как раз тогда в нашем деканате появилась новая молодая сотрудница. Как оказалось, моя ровесница. В деканате же мне приходилось бывать довольно часто, потому что я был старостой группы и регулярно тягался туда с журналами.
Илья говорит, что по жизни он человек позитивный и всегда всем улыбается. Но Мария, та самая сотрудница деканата, подумала, что такое отношение в ее сторону — это своеобразный флирт.
— А потом оказалось, что ей нужно было помочь с переводом на английский язык. Я его знал хорошо и не отказался — так мы немного ближе пообщались. Здесь надо сказать, что на тот момент у меня была девушка, и обычно я это не скрывал. Но ей почему-то наврал, что мы уже расстались, — признается Илья. — Как я потом узнал, все сотрудницы деканата ей тогда говорили, мол, Маша, открой глаза! Зачем тебе этот парень? Вскоре после помощи с английским она нашла меня «ВКонтакте» и написала.
По воспоминаниям Ильи, сблизили молодых людей общие музыкальные вкусы — сначала они разговаривали на эту тему. Ни о каких отношениях наш собеседник даже не думал, хотя со своей девушкой к тому моменту расстался. Говорит, что для него такое общение было скорее шуткой.
— Ну потому что серьезно? Сотрудница деканата? — смеется Илья. — Мы с моим университетским приятелем, с которым, кстати, до сих пор дружим, много приколов изобрели на эту тему. Один из них был о том, что я на ней в итоге и женюсь. Как говорится, достебались.
Тогда это все казалось шуткой, потому что, как объясняет Илья, в университетские времена он не относился к их общению серьезно. Сотрудницы деканата видели, что между их коллегой и студентом есть химия — бывало, обсуждали. Но, по словам собеседника, до руководства такую информацию не доносили.
— А я, кроме друга, ни с кем и не делился. Мои отношения — не самая интересная тема для обсуждения с одногруппниками. Сплетни, конечно, ходили. Но я в этом плане тефлоновый: меня совершенно ничего не трогает, — объясняет Илья. — Ее, как оказалось, тоже. Да и если подумать: мы же одногодки, что в этом такого? Лично к моему учебному процессу она отношения не имела — только распечатывала расписание.
По-настоящему задумываться о том, что между ними «что-то есть», наш собеседник начал, когда закончил вуз и уехал работать за границу.
— Оказалось, она ждала, пока я вернусь, так как для нее это было само собой разумеющимся. А для меня — нет. Я вообще несколько по-скотски себя с ней вел. Например, мог внезапно сказать, что завтра улетаю работать на полгода и мы все это время не увидимся, — признается мужчина. — По-настоящему ценить Машу начал только после 2020-го, когда несколько раз отсидел «сутки». Пока нас не били и не заливали всякими химикатами, было время подумать. Вот я и подумал, что, наверное, раз мы так давно не можем друг без друга, надо с этим что-то делать. Сделал — предложение.
Сейчас Илья и Мария в браке, а их отношения в сумме длятся больше 10 лет. Правда, съехались возлюбленные лишь незадолго до официального оформления отношений.
— Как человек все еще молодой, я в принципе не очень поддерживаю всякие правила. Тем более те, которые никому не мешают, — уточняет Илья. — Ситуация, которая сложилась у нас с Машей, для меня допустима. Хуже, если такие истории случаются в школе, потому что я знаю и о таких. А когда людям по 20 лет и это по их желанию — не вижу проблемы. Другой вопрос, если бы это было, скажем так, альтернативной формой получения оценки на экзамене.
Поблагодарить за статью