Поддержать команду Зеркала
Беларусы на войне
  1. Лукашенко опять пожаловался на беларусов. Что на этот раз
  2. Пропаганда пыталась очернить Польшу — но, похоже, тем самым признала, что в Беларуси есть концлагеря и «фабрика смерти». Вот в чем дело
  3. Украинские пограничники отреагировали на «предупреждение» беларусских: «Лучше бы они предупредили свою главную провокацию»
  4. Путин хочет создать коалицию стран, которую будет позиционировать как альтернативу НАТО. Вот на кого, кроме Северной Кореи, он рассчитывает
  5. КГБ теперь требует переводить «компенсации» за донаты одному государственному центру. Рассказываем, что за он и куда идут деньги
  6. «К сыновьям Лукашенко три раза в день подбегает кто-то с палкой, бьет и убегает». Поговорили с необычным «решалой» проблем в Беларуси
  7. Прослушивали, похищали рукописи, избили, заставили эмигрировать и поливают грязью сейчас. Как власти издевались над Василем Быковым
  8. В Минобре всерьез взялись за стихийные очереди для проставления апостиля
  9. Глава Минфина так рассказал в парламенте о ситуации с госдолгом, что «возбудил» Гайдукевича — депутат придумал, как не возвращать займы
  10. Похоже, Лукашенко уже начал свою предвыборную кампанию. Перед каждыми выборами он делает одно и то же — вспоминаем, что именно
  11. В Минске за час вылилась четверть месячной нормы дождей. Что натворила пролетевшая над Беларусью буря
  12. «Честно? Всю Украину надо забирать». Поговорили с экс-вагнеровцем, который после мятежа Пригожина жил в Беларуси и вернулся на войну


С раннего детства Татьяну регулярно избивал отец. Ни соседи, ни органы опеки в эту ситуацию никак не вмешивались, хотя догадывались о происходящем. В 18 лет, уехав учиться в другой город, белоруска вздохнула с облегчением. Уже через год она познакомилась с Николаем, с которым у них начались отношения. Последующие восемь лет «семейной жизни» стали для нее сущим адом — ее партнер оказался таким же, как и отец. «Зеркало» рассказывает историю Татьяны c ее слов.

Изображение носит иллюстративный характер. Фото: unsplash.com / Sasha Freemind
Изображение носит иллюстративный характер. Фото: unsplash.com / Sasha Freemind

Имя собеседницы изменено в целях ее безопасности.

«Прекрасно знал, что пойти мне некуда»

Всю свою жизнь 34-летняя Татьяна описывает как «круговорот насилия». По ее признанию, воспоминания о своем детстве до сих пор вызывают у нее ужас, чувство стыда и непонимание, как можно было так обходиться с собственными детьми.

— Нас с братьями часто наказывали. Например, лишали полноценной еды, оставляя в рационе только жиденькие супы и каши на воде. Сладостей мы не видели вовсе, — рассказывает собеседница. — Отец часто выгонял нас не одетыми на мороз, сильно избивал, обзывал по-всякому, постоянно кричал, не щадил ни маму, ни нас. Соседям по деревне, где мы жили, было на это плевать.

Когда Татьяне было 9 лет, ее мать трагически погибла. Чтобы не оставлять детей с пьющим отцом, их (в том числе и нашу собеседницу) забрали в интернат. Летом того года девочка первый раз поехала по программе обмена в Италию, где смогла увидеть, как бывает в семьях «у нормальных людей».

После возвращения Татьяны отец понял, что может получать на детей пенсию по потере кормильца, поэтому все же добился, чтобы их вернули домой. Он второй раз женился и заверил администрацию интерната, что сможет позаботиться о детях. Но в дальнейшем насилие со стороны отца продолжалось.

— Мы считались «чернобыльцами», поэтому у меня была возможность хотя бы ненадолго уезжать из этого кошмара в санаторий или летний лагерь. В 11 лет я второй раз поехала по обмену в заграничную семью, только уже в Германию. Там было замечательно: ко мне бережно относились, даже по врачам водили, в отличие от моей семьи, — вспоминает собеседница.

В 18 лет Татьяна поступила в колледж, чтобы учиться на повара, и уехала из родительского дома в областной город. А уже через год, в общей компании друзей, она познакомилась с Николаем. Как вспоминает женщина, ухаживать за ней пытались многие, но по-настоящему ее саму потянуло именно к нему.

— Меня привлекло то, что он был громкий, наглый, уверенный в себе, — вспоминает Татьяна. — После нескольких месяцев знакомства я переехала к нему. Коля на пять лет меня старше, поэтому уже имел работу и возможность жить отдельно от родителей.

Изображение носит иллюстративный характер. Фото: «Зеркало»
Изображение носит иллюстративный характер. Фото: «Зеркало»

По словам женщины, когда только начинались отношения с Николаем, у нее были свои интересы, большой круг приятелей и приятельниц. Но постепенно, под его давлением, ей пришлось отказаться сначала от всех друзей-парней, а после — и от подруг. А когда Николай поругался с родной тетей Татьяны, то запретил обращаться даже с ней.

— В итоге я осталась с ним один на один, и проблемы начались сразу. Коля постоянно оскорблял меня, выпивал, поднимал руку. История с насилием повторялась так же, как и в детстве, — вспоминает Татьяна. — Каждый раз, когда я пробовала сказать, что мне плохо с ним, Коля только отвечал: «Солнышко, если тебе что-то не нравится, собирай манатки и у*****й отсюда». При этом он прекрасно знал, что пойти мне некуда.

Более высокие шансы оказаться в отношениях, где присутствует насилие, есть не только у беременных или женщин с детьми, а также тех, кто эмоционально и материально зависит от партнера. Другие факторы, увеличивающие риски, это отсутствие у человека поддержки в виде близких людей и пережитое насилие в детском возрасте — так, как было у Татьяны.

За восемь лет сожительства с Николаем у Татьяны родилось двое детей: сын и дочка. Собеседница говорит, что дети никак не удерживали мужчину от пьянства и применения насилия.

— Что первый, что второй ребенок появился, когда я была грани и хотела уходить от Коли. Рожала, потому что против абортов: это убеждение переняла от мамы, которая для меня святое, — признается Татьяна. — Теперь я понимаю, что бывший знал мою позицию, поэтому, чтобы остановить меня, специально делал так, чтобы я с большой вероятностью беременела.

В первый раз тогда еще 22-летняя Татьяна родила сына, а в 25 у женщины появилась дочь. Вторая беременность, по словам собеседницы, давалась ей тяжелее первой. Николай все больше выпивал, вел себя агрессивно, «забывал», что Татьяна в положении и пару раз даже бил ее по животу, угрожая здоровью. Также у мужчины обострились приступы ревности — он запрещал Татьяне выходить из дома без него.

— А когда дочка появилась на свет, все стало еще хуже, хотя, казалось бы, куда уже. Коля мог резко начать орать так, что пугались не то что дети, но и я. Мог резко начать кидаться первым, что попадет под руку, — вспоминает собеседница. — А один раз, когда у меня на руках была дочь, в приступе агрессии он начал бить меня по голове. Я пробовала увернуться, стараясь закрыть собой дочь, но не смогла — и он ударил малышку в голову. Сразу после этого отскочил — видимо, понял, что сделал, — и убежал из дома.

Физическое насилие — это не обязательно прямые удары или избиение другого человека. Согласно определениям международных организаций, в это понятие включаются в том числе и броски предмета, который может нанести вред, в сторону человека, и угрозы оружием, ножом.

«Зато у детей крыша над головой есть»

Вскоре после того случая Татьяна попала с детьми в больницу. Женщина говорит, что там мало рассказывала про себя, ведь «кроме насилия, рассказать было особо не о чем». Но в один из дней соседка по палате призналась, что ушла от мужа-тирана. Тогда Татьяна не выдержала и открылась другим женщинам в надежде, что они поймут и ее.

— Они сразу стали меня поддерживать в желании уйти, говорили не бояться и просто начать действовать. Это был первый раз в моей жизни, когда я услышала слова поддержки, — признается Татьяна. — Раньше о своем желании уйти от Коли я говорила только тете, но она женщина советской закалки, и ее реакция была такая: «А как другие живут? В реанимации ты еще не лежала, тебя не избивали до полусмерти. Зато у детей крыша над головой есть».

Изображение носит иллюстративный характер. Фото: pexels.com / MART PRODUCTION
Изображение носит иллюстративный характер. Фото: pexels.com / MART PRODUCTION

После выписки из больницы Татьяна сняла квартиру, но расстаться со своим партнером у нее не получилось.

— Когда я сказала, что ухожу, он начал умолять, простить, обещал, что все будет по-другому. И я не смогла отказать, — вспоминает собеседница. — Мы переехали на съемное жилье вместе, но в голове я держала мысль, что уже со своей территории мне будет проще его выгнать. Ведь эту квартиру снимала именно я — за деньги с пособий, а он к тому времени совсем не работал.

Еще одной каплей в чаше терпения Татьяны стал эпизод с воровством. Однажды до конца месяца у семьи оставалось 200 рублей, и Николай с сыном собирался поехать за город, в гости к своим родителям. Когда Татьяна проводила их, при пересчете сбережений оказалось, что оттуда пропали 100 рублей.

— Я сразу начала звонить Коле, ведь в гостях у нас никого не было и все подозрения упали на него. Он отпирался, кричал, обзывал меня всякими словами, но вернулся домой, — вспоминает Татьяна. — Начал швырять в меня вещи, чтобы я проверила свои же карманы — денег там, конечно, не оказалось. Тогда я подумала, что можно поискать их где-то в подъезде. Так и получилось: под ковриком соседей лежало 100 рублей, на что он спокойно сказал: «Ну да, это я взял».

Татьяна говорит, что внутри у нее в тот момент все кипело от ненависти, но она из последних сил спокойно попросила Николая больше так не делать и поехать к родителям, только уже без сына. Перед уходом мужчины ей удалось тайком вытянуть ключи от квартиры из его кармана.

— Он согласился поехать и, чтобы не вскрылась пропажа ключей, я быстро выскочила за ним в подъезд, будто поцеловать на прощание, и захлопнула входную дверь. У родителей он пробыл всю неделю: пил и ничего не замечал, — вспоминает Татьяна.

Когда Николай вернулся в город, то понял, что домой его не пустят. Тогда он стал кричать под окнами, бесконечно звонить в домофон и на телефон, отправлять слезные сообщения. Но изменить мнение женщины уже ничего не помогло.

— Я понимала, что не хочу с ним жить. Он мне принес столько боли, что и не рассказать, — признается Татьяна. — Целый месяц он меня терроризировал, умолял принять его назад. Тогда я поставила условия, что он должен сходить к психиатру и найти работу. К моему удивлению, за следующий месяц он все сделал. Психиатр подтвердил, что нужно лечиться от приступов агрессии и перепадов настроения, выписал Коле несколько видов препаратов и взял его под наблюдение.

Татьяна добавляет, что, несмотря на это, тут же пожалела о своем решении. Проплакав всю ночь, она поняла, что уже все равно будет ненавидеть своего партнера, как бы тот ни рассказывал, что изменился.

— Вместе с таблетками он вскоре снова начал пить алкоголь. Все вернулось: его психи, крики, мебель разлеталась во все стороны. Хуже всего, что я не могла сказать ему уходить, ведь он выполнил мои условия, — вспоминает собеседница. — Через три недели после его возвращения у дочки поднялась температура до 40 градусов. Я сразу позвонила Коле на работу, хотела, чтобы он отвез сына к бабушке. Проходит час после конца смены, два — его нет. Вернулся он в два часа ночи пьяным. Это стало последней каплей.

Изображение носит иллюстративный характер. Фото: Pixabay.com
Изображение носит иллюстративный характер. Фото: Pixabay.com

В ту ночь Татьяна не впустила его в квартиру, хотя Николай угрожал ей и пытался выломать дверь. Он вернулся жить к родителям и почему-то забыл о существовании своей партнерши и детей. Следующий год Татьяна жила в квартире одна — то время она называет лучшим «в отношениях» с Николаем.

«Говорил, что зарежет и мой труп никто не найдет»

Идиллия закончилась, когда однажды хозяйка квартиры, где жила Татьяна, позвонила ей и попросила освободить жилплощадь до завтра.

— У нее умер сын, и его тело для прощания хотели привезти в ту квартиру, — объясняет собеседница. — Я начала обзванивать всех: тетя категорически отказалась нас принять, подруг у меня не было — пришлось обратиться к бывшему.

Татьяна поселилась в квартире, где жили родители Николая. Хоть женщине выделили отдельную комнату, это не помогло почувствовать себя в безопасности. Она подала документы на очередь на заселение в общежитие.

— Прожить в их квартире я с детьми успела месяц. В очередной вечер Коля напился и начал меня оскорблять, выгонять на улицу. Его родители, услышав это, оделись и под предлогом «мы в магазин» просто ушли. Они никогда не защищали меня от своего сына, наоборот, занимали его сторону. Что тогда было: он меня и душил, и ножом угрожал, и говорил, что зарежет и мой труп никто не найдет, — перечисляет Татьяна. — Когда его родители вернулись, я в слезах пошла укладывать детей спать, а Коля побежал жаловаться своей маме на меня. Вместо сочувствия наутро свекровь приказала убираться из ее дома.

По данным 2018 года каждая вторая женщина хотя бы раз подвергалась тому или иному виду насилия, каждая третья сталкивалась с побоями, угрозами смерти, попытками удушения и другими способами нанести физический вред. С этими данными соглашается даже МВД. Впрочем, до милиции каждый год доходит лишь часть тех, кто пострадал от домашнего насилия.

Первым делом Татьяна решила позвонить Марии — хозяйке квартиры, которую снимала ранее. Женщины договорились встретиться.

— Она увидела, что на мне лица нет, и начала расспрашивать, что случилось. Я не стала скрывать, что происходит, тем более она знала семью бывшего и не любила их, — рассказывает собеседница. — Мария сразу сказала, что мне нужно с детьми ехать в кризисный центр «Радислава» (9 марта 2022 года его ликвидировал Мингорсуд. — Прим. ред.) и пробовать закрепиться в Минске. В тот же день я позвонила туда и договорилась, что завтра буду у них.

На следующее утро Татьяна, взяв детей, отправилась в столицу. В кризисном центре женщина с детьми прожила два месяца. За этот срок Татьяна смогла найти детский сад для дочери, отдать сына в школу, выйти на работу на полный день и снять жилье. Собеседница говорит, что все было хорошо: психологи даже восхищались ее стойкостью и позитивным взглядом на новую жизнь. Но все снова изменилось в 2020 году.

«Прямым текстом угрожали, что заберут детей»

После выборов 9 августа Татьяна выходила на митинги. По ее признанию, потому что не могла оставаться в стороне от происходящего.

— Меня задерживали несколько раз и отпускали, так как дома были несовершеннолетние дети, — говорит она. — После второго задержания нашу семью поставили на учет как находящуюся в социально опасном положении. В комиссии из органов опеки прямым текстом угрожали, что заберут у меня детей.

Про переезд Татьяна никогда не думала. Собеседница говорит, что всегда видела свое будущее только в Беларуси, среди «своих людей». Но, когда 2021 году ситуация с органами опеки ухудшилась, женщина решилась написать семье из Германии, у которых жила в детстве. Они были в курсе ситуации в Беларуси, поэтому сразу предложили женщине приехать и подаваться на политическое убежище.

— Когда все документы были готовы, я с тяжелым сердцем собрала детей, вещи и выехала. К счастью, на границе не возникло проблем, нас сразу выпустили, — вспоминает Татьяна. — Скоро будет полтора года, как я в эмиграции, но могу сказать, что до сих пор не привыкла и очень хочу домой.

За время жизни в Минске Татьяна не раз участвовала в психологических тренингах кризисного центра «Радислава» для пострадавших от домашнего насилия. Она хотела показать позитивный пример женщинам, которые только начинают жить без регулярной тирании со стороны партнера.

Татьяне, как ей кажется, удалось не озлобиться и сохранить в себе человечность. Но ценой, которую она заплатила за годы жизни в повторяющемся насилии, стала низкая самооценка, панические атаки и даже собственное имя. Пять лет назад женщина поменяла его, чтобы о прошлом вспоминать как можно реже.

По словам Татьяны, она согласилась поделиться своей историей, чтобы женщины, которые находятся в такой же ситуации, в какой была она, нашли силы сделать первый шаг вырваться из разрушительных отношений.

— Если с вами рядом мужчина, который постоянно причиняет вам боль и страдания, — бегите от него, не ждите, что он изменится, этого не произойдет, — убеждена Татьяна. — Он будет делать все, чтобы вернуть вас обратно, будет якобы меняться в лучшую сторону, но как только вы вернетесь — все начнется снова. Чем раньше вы уйдете от агрессора, тем быстрее начнете жить своей жизнью, не тратя ее на страх и зависимость от чужого настроения. Вы достойны быть счастливой и жить своими желаниями.

Благодарим линию для пострадавших от домашнего насилия oliviahelp.org за помощь в подготовке этого текста.

Если ваша история похожа на историю Татьяны, вы можете обратиться в oliviahelp.org. Опытные психологи и юристы окажут необходимую помощь белорускам, оказавшимся в кризисной ситуации в нашей стране или за границей. Это бесплатно и анонимно.