Поддержать команду Зеркала
Белорусы на войне
  1. «Порванный паспорт Колесниковой мне ближе, чем отъезд». Ольга Бритикова — о протестах на «Нафтане» и своих 75 сутках за фразу «Нет войне»
  2. «Никакого плена — подорвем себя гранатами». Поговорили с украинками, которые пошли на фронт защищать свою страну
  3. Ночью РФ нанесла ракетный удар по Львовской области, утром — обстреляла Черниговщину и Ахтырку. Восемьдесят третий день войны
  4. За два дня сдались в плен 959 украинских военных с «Азовстали». Главное из сводок штабов на 84-й день войны
  5. «Раньше нас никто не слушал — послушайте сейчас». Рассказываем, что такое гиперзвуковое оружие и почему оно может изменить войны
  6. Лукашенко и Путин провели «краткую беседу» в Москве. Обсудили совместное ракетостроение и строительство белорусского порта
  7. Более 250 раненых украинских военных с «Азовстали» вывезли в самопровозглашенную ДНР. Их планируют обменять на военнопленных РФ
  8. В МНС рассказали, готовиться ли белорусам к очередным налоговым новшествам
  9. Зась рассказал об отношении к войне в Украине лидеров стран ОДКБ
  10. Снять не больше 1500 долларов в месяц по всем счетам. Банки вводят очередные новшества
  11. «Продолжает сохраняться угроза нанесения с территории Беларуси ракетно-авиационных ударов». Главное из сводок штабов на 83-й день войны
  12. Первый суд над российским солдатом, обстрел мирной колонны и видео с защитниками «Азовстали». Восемьдесят четвертый день войны
  13. Казни, пытки током, 350 человек в тесном подвале. Что военные РФ делали с жителями севера Украины — отчет правозащитников
  14. Правительство разрешило торговле поднять цены на детское питание
  15. Почти всех довоенных руководителей белорусского КГБ расстреляли. Объясняем, чем опасно драконовское законодательство
  16. «Я один из тех, кто раздражал Золотову больше всего». TUT.BY нет уже год — вот шесть историй, которые объяснят, почему он был великим
  17. Азаренок назвал советского военачальника эсэсовцем. Разбираем претензии пропагандистов к книгоиздателю Янушкевичу
  18. За покушение на терроризм — исключительная мера наказания. Лукашенко подписал «расстрельные» поправки
  19. Бойцы с «Азовстали» сложили оружие. Что ждет их в плену? Рассказываем, как это работает по законам и на практике
  20. Белорусы почувствовали проблемы в экономике: в четырех областях впервые за последние 5 лет упали реальные доходы населения


Вечером 5 января стало известно, что в Могилеве покончил с собой 43-летний политзаключенный Дмитрий Дудойть. Он был осужден на два года «химии» за комментарий в «Одноклассниках» в адрес начальника Ганцевичского РОВД Виталия Кулешова. Вчера днем мужчина шел из поликлиники, но по дороге спрыгнул с моста и разбился. Ему было 43 года. Zerkalo.io поговорило с близкими Дмитрия о том, каким он был человеком. В целях безопасности имена героев материала изменены.

Фото: ok.ru
Фото: ok.ru

— Это был один из самых-самых лучших людей во всем белом свете, — со слезами рассказывает близкая подруга Дмитрия Татьяна. — И друзья его очень любили и ценили. Это был человек с большой буквы. Он на дороге каждого подвозил, причем не за деньги, абсолютно безвозмездно. Помогал, мог отдать последние пять рублей.

Дмитрий жил в Сморгони. С первой женой он развелся года три-четыре назад — от первого брака у мужчины родился сын, в этом году молодой человек поступил в ВУЗ. Политзаключенный был строителем, работал сам на себя.

— Сын приезжал к нему, проводил у него практически целое лето, — рассказывает товарищ Дмитрия Евгений. — Трудились вместе — Дима брал его с собой, давал заработать немного денег. В работе он старался сделать или хорошо, или никак. Если чего-то не знает, почитает и разберется, а если видел, что не сделает — просто не начинал.

Мать Дмитрия одна вырастила двух сыновей — у политзаключенного был старший брат. И хоть женщине больше 70 лет, она до сих пор она довольно активная, «все бегает, дачу содержит», рассказывает Татьяна. С мамой у мужчины всегда были прекрасные отношения, продолжает женщина, обращался он к ней «мамулечка», «мамочка».

Оба собеседника называют Дмитрия очень добрым и отзывчивым человеком. «Никому никогда не сделал ничего плохого», — говорит Евгений.

 — Немножко безалаберный, как и все мы, но идеальных людей в принципе не бывает, — продолжает друг Дудойтя. — Таких хороших людей, как Дима, можно по пальцам пересчитать. И комментарий этот он написал, потому что его действительно потрясло то, что там делалось. Потом на суде извинялся, просил, чтобы только не «закрывали» его — он очень боялся, что будет далеко от дома. С Людмилой, с которой он жил, у них такая идиллия была, и он не хотел ее одну оставлять, очень переживал.

С любимой женщиной, Людмилой, вспоминает Татьяна, Дмитрий действительно жил очень хорошо — они вместе с 2018 года, и за все время ни разу не поссорились. Просто потому, что «с ним невозможно поругаться, это на самом деле очень добрый человек». Правда, Дмитрий с Людмилой так и не поженились — не видели большого смысла в штампе в паспорте. Думали узаконить отношения перед «химией», чтобы было проще видится и передавать передачи, но не успели.

— Я не верю, что он сам это сделал. Не понимаю, как он мог это сделать — перед отъездом он говорил, что очень сильно хочет жить, особенно сейчас.

На «химию» в ИУОТ-43 в Могилеве политзаключенный поехал чуть больше недели назад, 29 декабря. Туда его отвозил брат, вспоминает Евгений.

— В день перед отъездом мы с ним разговаривали, пытались успокоить. Говорили, что два года может и не придется [находиться на «химии»], что может что-то изменится, убедили, что все будет хорошо. Он уезжал и уже улыбался — да, немного страшновато, неизвестно ж, куда едет, но пойти на самоубийство… Не верю, что он сам просто так решил прыгнуть.

​ Фото: ok.ru ​
​ Фото: ok.ru ​

Дмитрий был очень «домашним» человеком, любил Людмилу, маму, и отъезд из дома дался ему очень тяжело, рассказывает Татьяна. Да и в Могилеве ему было сложно:

— Уже находясь на «химии» он говорил, что ему очень плохо. Мы все думали, что адаптируется, привыкнет, пойдет на работу, и ему будет проще. Но нет…

К тому же отбывать «химию» мужчина ехал с травмой — 3 сентября он порвал связку на левом коленном суставе. Перед судом близкие собирали все справки, пытались доказать, что Дмитрий передвигается с костылями и не может выполнять физическую работу. С этим костылем и документами пришли в суд, вспоминает Татьяна — но «это никто не принял во внимание, никто нас не слушал».

Дмитрий был очень добрым человеком, но отношения с людьми в ИУОТ у него не складывались — прямо мужчина ничего не рассказывал, но мог обронить, что «сто человек, и никто не здоровается».

— Вчера утром еще с ним общались, — сквозь слезы говорит Татьяна.

Сегодня вечером тело мужчины должны привезти из Могилева в Сморгонь, рассказывают близкие. Похороны Дмитрия Дудойтя должны состоятся завтра, 7 января.