Поддержать команду Зеркала
Белорусы на войне
  1. «Обращение к Мартиросяну — это как говорить со стеной с буквой Z». Экс-резидент Comedy Club Таир Мамедов о войне, Беларуси и США
  2. Зеленский предлагает высылать всех россиян на родину. Похожее уже происходило во время Второй мировой — в лагеря попадали даже евреи
  3. «Они хотят крови». В Минобороны эмоционально прокомментировали неофициальные версии инцидента на аэродроме «Зябровка»
  4. Лукашенко поручил наказать литовцев за «отжим» доли в порту Клайпеды
  5. Лукашенко предложили поднять цены на молочку, он запретил
  6. Проблемы РФ с экспортом оружия и добровольческий батальон в Орловской области. Главное из сводок штабов на 169-й день войны
  7. Почему Россия потеряла так много самолетов на крымском аэродроме в Саках? Разбираемся (спойлер: дело не только в украинском оружии)
  8. Залечь на дно в Мексике, штурмовать границу и попасть в «обезьянник» в США. Невероятная история бегства отчаянной белоруски
  9. Сто шестьдесят девятый день войны в Украине. Рассказываем, что происходит
  10. Произошло возгорание. В Минобороны Беларуси прокомментировали «хлопки» на аэродроме «Зябровка»
  11. Головченко: Вся собственность недружественных государств в Беларуси известна, она подсчитана
  12. «Авария — «это только вопрос времени». Совбез ООН провел экстренное заседание в связи с обстрелами Запорожской АЭС
  13. Сгоревший двигатель, учения, карма. Как объясняют взрывы на зябровском аэродроме в Беларуси и Украине (и что там могло произойти)
  14. На суде по делу о «захвате власти» дал показания Роман Протасевич
  15. «Кабинет делает ставку на силовое противостояние». Артем Шрайбман отвечает на вопросы читателей «Зеркала»
  16. Попытки скрыть военные преступления в Буче и «огромные потери» ВСУ. Главное из сводок штабов на 170-й день войны
  17. Сто семидесятый день войны в Украине. Рассказываем, что происходит
  18. Воздушные массы «черноморского происхождения» придержат жару на пару дней. Все о погоде в Беларуси в выходные
  19. От бывших соратников до новых политиков. Собрали список (очень длинный) людей, которых Зенон Позняк считает агентами спецслужб
  20. Белорусские грибы-убийцы. Рассказываем о пяти самых опасных, которые стоит обходить стороной
  21. В каких белорусских водоемах не стоит купаться? Публикуем список таких мест — их уже 35
  22. В Беларуси с 9 августа 2020 года возбудили 11 тысяч «протестных» уголовных дел
  23. В Минске ГУБОПиК задержал маму певицы Риты Дакоты. Сама артистка это не комментирует
  24. В Беларуси заведения закрывают после доносов пропагандистов. Рассказываем, как сложились судьбы доносчиков и их жертв в СССР


Россия заняла Херсон в начале марта. Но за последние четыре дня в нем очень многое изменилось: военнослужащие РФ взяли под контроль местный горсовет, назначили новых руководителей города и области, анонсировали переход на рубли и решили забрать у местных фермеров урожай, чтобы вывезти его в Россию. На фоне столь серьезных событий мы поговорили Дианой, которая с самого начала вторжения остается в Херсоне, ходит на митинги в поддержку Украины и не собирается уезжать.

«Сняли блокировку и сказали: «Ну все, теперь телефон наш»

Диане 23 года, она родилась и выросла в Херсоне. Здесь у девушки родители, бабушки и дедушки, а также муж, без которого она не готова покидать ни родной город, ни страну.

— Опасно ли выходить сейчас из дома, гулять по городу вдвоем или компанией?

— Мне кажется, коллективное чувство херсонцев — будто жизнь остановилась 24-го февраля. Сначала считала количество дней в оккупации, потом перестала. Я живу в центре, здесь жизнь есть точно. По городу гуляет много людей: группами, с собаками, на велосипеде, кто-то сидит в кофейнях, которые продолжают работу. В какой-то момент даже может показаться, что продолжается нормальная жизнь. Возможно, это связано с тем, что многие жители потеряли работу и теперь могут выходить на тот же рынок за овощами в любое время.

Недавно впятером с коллегами решили встретиться на кофе — тоже не было никаких вопросов. Конечно, меры предосторожности предпринимаем: на машины с «Z» не заглядываемся, «Слава Украине» в общественных местах не кричим. Хотя, конечно, хочется, но надо сдерживаться: все уже поняли, что им все равно: в воздух стрелять или в человека.

Когда выхожу на улицу, телефон оставляю дома. Россияне установили много блокпостов по городу, там их могут проверить. Моя знакомая выезжала из Херсона (кстати, на выезде семь-девять блокпостов), у нее проверили телефон, нашли фото военной техники и не выпустили из города. Потому свой телефон на улицу не беру: контент там «ой-ой». Такого лучше не видеть, иначе не только телефон заберут, а и меня (улыбается)! Такие новые правила: учимся жить без гаджетов.

— Многие ваши знакомые уехали из Херсона?

— Больше половины моих коллег. Мэр дал статистику, что 40% населения покинуло город. Мы тоже периодически с мужем эту тему поднимаем, но он не хочет уезжать. День на 60-й войны у меня произошла истерика. Я села на кровать и начала рыдать, сказала: «Мы уезжаем!» — «Я не поеду». — «Значит, я поеду сама». Но, в итоге, осталась.

— Вам страшно?

— Переживаю за безопасность свою и мужа: периодически появляются вбросы, что всех, кто ходил на митинги, вычислят, найдут и за всеми придут. Да и непонятно, в какой город Украины ехать. Без мужа за границу не поеду. Думали уехать в Одессу, но на выходных туда «прилетело». Думаешь: «Ну что же, уже и не Одесса!»

Фото: предоставлено собеседницей
Диана во время одного из митингов в Херсоне. Фото: предоставлено собеседницей

«После взрыва увидела мужа на полу. Подумала: «Ну, все»»

— В среду, 27 апреля, сообщали о сильных взрывах в Херсоне. Вы их слышали?

— Это было уже во время комендантского часа. За несколько минут до взрыва были какие-то отдаленные звуки. Я сидела за ноутбуком в комнате, а когда их услышала, на всякий случай пошла переждать в коридоре. Муж как раз в тот момент ушел на балкон посмотреть, что происходит. Дальше был такой мощный взрыв, какого не слышала никогда в жизни. Я испугалась так, что невольно даже сгруппировалась. Смотрю в сторону комнаты — муж лежит на полу. Думаю: «Ну, все» (смеется). Простите, у меня часто нервный смех от происходящего. Потом он начал ползти ко мне. Минуты три мы просто обнимались и гладили друг друга. Когда нас чуть отпустило, он сказал, что его сильно оглушило или контузило.

— Что ваш муж успел увидеть?

— Он сказал, что видел взрыв в небе над областной радой. Спросила: «Видел дым вокруг крыши или в небе?» Он сказал, что именно в небе. Дальше уже пошли фотографии из эпицентра, начали присылать осколки ракет, которые лежали в районе жилых домов. Целостную картинку того, что это было, сложить не удалось: бы ли это «прилет» или сработала российская ПВО на свою ракету. Ударной волной выбило стекла в главпочтамте, мэрии, пострадала пиццерия: там были панорамные окна. Не понимаю как, но наши окна остались целыми.

— В этот же день, но днем, митинг в городе разогнали светошумовыми гранатами. Мы рассказывали о протестах в Херсоне. За месяц российские военные начали действовать жестче?

— Последний митинг, на который мы приходили, был в конце марта. Тогда нас быстро разогнали. С тех пор россияне начали действовать жестче и не бездействовать, как раньше, а разгонять нас выстрелами, светошумовыми и газовыми гранатами. На протесты начали собираться меньше, вчерашний тоже особенно не анонсировали в местных пабликах.

Во время митинга в эту среду, 27 апреля, отец как раз был на рынке. Это две минуты ходьбы от площади Свободы, где он проходил. Папа видел, как одна газовая граната прилетела в павильоны на рынке. Все покупатели, продавцы бросили товар и убежали в место, где можно переждать. Отец сказал: «Стало интересно, что это. Пошел посмотреть, подышал, понял, поплакал, покашлял и ушел» (улыбается).

Один из митингов в Херсоне. В видео присутствует ненормативная лексика.

—  Известно, что в Херсоне люди пропадают без вести. Вам страшно?

— Все, кого воровали россияне, — активисты и яркие личности в городе, они на слуху. Те, кто возвращается оттуда, особенно не говорит на эту тему. Ощущение, что и за тобой придут, не отпускает. Я себя успокаиваю так: за мной придут в последнюю очередь, а пока будут идти, ВСУ нас уже спасет (улыбается). Всем страшно: многие меняют в социальных сетях аватарки, фамилии. Как говорится, умом Россию не понять, и действительно не знаешь, какой логикой они будут руководствоваться и за кем придут следующим.

—  Обсуждают ли херсонцы предстоящий референдум? Сначала поступала информация, что он состоится 27 апреля, потом — в середине мая.

— Украинская власть сказала, что если будет референдум, то они выходят из мирных переговоров. Через несколько дней россияне вошли в местную Раду, объявили губернатора и мэра. Мне кажется, своей цели они достигли. Я думаю, референдума не будет. Так думают и мои знакомые херсонцы.

«Недавно купили туалетную бумагу… Такая радость!»

— Я стараюсь относиться ко всему с позитивом, шутить, но на самом деле жизнь на оккупированной территории приносит много неудобств. Здесь уже не жизнь, а выживание. В магазины завозят русские продукты, что-то свое искать стало гораздо сложнее. Украинские товары и гуманитарная помощь к нам не доезжают, а та «гуманитарка», которая все же попадает в город, потом продается в наших же магазинах. Это я узнала от надежного источника, которому полностью доверяю.

— Хватает ли еды в магазинах?

— В небольших магазинах у дома, которые держат частники, если и можно купить какие-то украинские товары, то только через оплату картой, а российские по безналу не купишь: наши ведь продают официально, а их — по договоренности на словах. На рынках проблем с овощами нет, но тоже непонятно, чьи они: на них ведь не написано. А вот по яйцам, например, понятно. Видела ростовские. Очереди в магазинах есть всегда, но купить еще что-то можно. Мясо если есть, то очень дорогое, и купить его — квест.

Из-за взрывов и обстрелов Диана живет преимущественно в коридоре. Фото собеседницы
Из-за взрывов и обстрелов Диана живет преимущественно в коридоре. Фото собеседницы

— Какие продукты еще в дефиците?

— Много трудностей бытового плана. У нас много магазинов украинских сетей бытовой химии и косметики, таких как, например, «Ева». Сейчас там распродажа товаров. Они все продают и закрываются, потому что новых поставок нет. Им предлагают сотрудничество с Россией, но они отказываются. Сейчас в эти магазины огромные очереди, чтобы купить последний тональный крем от своего производителя. Я такая же (улыбается). Непонятно, на сколько это затянется и будут ли завозить к нам украинский товар, или уже только российский. Я понимаю, что такие вещи, как тональный крем, кажутся смешными и нелепыми в той ситуации, в которой мы находимся, но на самом деле от этого вообще не смешно.

Из бытовой химии, например, нигде нет мыла. Недавно мы купили туалетную бумагу… Такая радость, конечно (улыбается). Вышло десять гривен за рулон, хотя раньше такую бумагу можно было купить за две. Но, конечно, от такого продукта не отказаться, поэтому радуемся и по десять.

Я долго прожила в иллюзии, что подобная ситуация с товарами по всей Украине, но моя знакомая выбралась из Херсона и сказала, что в магазинах есть преимущественно все. Я была в шоке, говорю: «Что?» Оказалось, есть места в Украине, где яйца по-прежнему стоят 25 гривен, а не как у нас по 70! Так что Пасха, как понимаете, была только для миллионеров (улыбается).

— Отличаются ли цены украинских и российских товаров?

— Российские товары более доступны. Например, украинские яйца стоят 70 гривен, а российские — 40. Людей завлекают покупать русские товары, ведь многие жители работы лишились. В то же время знакомый из Новотроицкого, поселка в Херсонской области, который находится близко к границе с Крымом, говорит, что, если товар в России стоит рублей 700 (10 долларов — Прим.Ред.), то у них его продают по 700 гривен (23 доллара — Прим. Ред.), и все в магазинах российское. В селах, которые находятся ближе к Крыму, безвыходность: до Херсона не все доезжает, а до границы с Крымом вообще ехать и ехать, так что люди покупают что есть и по той цене, которую предлагают.

— Новая администрация заявляет, что с первого мая вводит российский рубль. Сейчас он где-то используется?

— Относительно российских рублей часто слышу такие новости, но в самом Херсоне ни я, ни моих близкие и знакомые такого не встречали. Везде рассчитаться можно только в гривнах. С моим знакомым даже произошла такая ситуация: он уезжал через Крым и ему нужно было купить рубли, чтобы ехать туда не с пустыми карманами. Он три дня ходил по обменникам и людям, где можно поменять. В итоге нашел какого-то менялу, который посчитал по совсем невыгодному курсу, но хотя бы что-то.

А вот за наличкой в гривнах стоят огромные очереди. Достать ее — еще один квест. Даже месяц назад это было сложно, а сейчас… Знакомая побежала к банкомату сразу после комендантского часа, в 6 утра. Добралась до банкомата только в час дня, остальное время провела в очереди, и то сняла только 5000 гривен — чуть больше 165 долларов.

— С какими еще сложностями вы сталкиваетесь?

 — Вот, например, вчера была ситуация. Комендантский час у нас с 20 вечера, а россияне объявили, что до 22 часов можно гулять. И ты не понимаешь, что делать. Логично подчиняться российской власти, раз они здесь ходят, но ты не можешь игнорировать правила Украины — по итогу сам в себе не можешь разобраться. Морально падаем духом все по очереди, но стараемся друг друга поддерживать.

Жить на оккупированной территории очень тяжело. Прислушиваешься к любому шороху в подъезде, любому движению и звуку на улице, но вера в то, что ВСУ придет, чтобы освободить нас, есть.

— Около двух месяцев Херсон находится в оккупации. Есть ли у вас чувство, что о вас забыли, и опасения, что спасать вас не придут?

— У меня обиды на ВСУ, президента и чувства, что нас забыли, нет. Наоборот, если бы была возможность помочь хоть чем-нибудь тем украинским военным, которые стоят на подступах к Херсону, пошла бы помогать. Да, я понимаю, что быстрого освобождения не будет, и готова ждать, сколько скажут ВСУ. Все мои знакомые в этом уверены, просто вопрос времени. Надеюсь, что буду когда-нибудь показывать вам парад победы в Херсоне. Тогда буду готова снимать видео во всех расширениях и пришлю вам все наши счастливые фотографии. Это будет очень счастливый день, я в этом уверена. Я постоянно думаю о защитниках и уже выбираю платье, в котором пойду встречать всех наших военных! О макияже пока не думала, но, кстати, надо сегодня подумать (улыбается)!