Поддержать команду Зеркала
Белорусы на войне
  1. Силовики задержали минчанина за отрицание геноцида белорусского народа
  2. Британская разведка назвала среднесуточное количество российских потерь в Украине. Результат ужасающий для Кремля
  3. В Москве третий день несут цветы к могиле Навального — у кладбища все воскресенье стояла очередь
  4. Паспортистка сорвала отпуск семье минчан — МВД пришлось заплатить больше 8000 рублей. Что произошло
  5. Местами дождь и мокрый снег. Какой будет погода на следующей неделе
  6. «Ни один фильм ужасов не может передать картину, которая открылась нашим глазам». Как в Минске автобус сгорел вместе с пассажирами
  7. За полмесяца боев Россия потеряла уже 15 самолетов, но это ее не смущает. Объясняем почему
  8. Чиновники вводят очередные изменения по «тунеядству». Что придумали на этот раз
  9. «Нас просто списали». Поговорили с директором компании, обслуживающей экраны, на которых появилось обращение Тихановской
  10. В разных городах Беларуси заметили северное сияние
  11. «Говорят: „Спасите“, а ты понимаешь: перед тобой труп». Поговорили с медиком из полка Калиновского о том, как на фронте спасают раненых


После захвата российскими войсками Херсона и Херсонской области местные жители еще долго открыто выходили на большие демонстрации и протестовали против оккупации. Украинская служба Би-би-си исследовала электоральные настроения Херсонщины и пришла к выводу, что эта область всегда была лидером украинских демократических и проевропейских настроений во всем регионе, а пророссийские взгляды там никогда не имели значительной поддержки.

Участница демонстрации держит плакат: "Херсон - это Украина". Германия, 24 сентября 2022 года. Фото: Reuters
Участница демонстрации держит плакат: «Херсон — это Украина». Германия, 24 сентября 2022 года. Фото: Reuters

Украинский историк и журналист Роман Кабачий подробно разобрал исторические и культурные причины феномена украинского патриотизма на Херсонщине.

Исторический фактор

1778 год по сей день считается официальной датой основания Херсона. И хотя с ней, как и с другими датами, касающимися крупных городов на юге, «не все так однозначно», именно в этом году Российская империя закрепилась в междуречье Днепра и Южного Буга.

Через несколько лет будет завоеван Крым, основана Таврическая губерния на левом берегу Днепра, а Херсонщиной долгое время будут считать необъятные степи на правом берегу и в Причерноморье, которые достигали территорий вокруг нынешних Кропивницкого, Тирасполя и Одессы.

Это и была Херсонская губерния с центром в Херсоне.

Именно «в широкие херсонские степи» отправляет своего героя Миколу Джерю писатель Иван Нечуй-Левицкий из самого центра Украины — с Черкащины. Это не случайно: украинцев из ближайших губерний использовали в качестве «подручного материала» для заселения края. Так формировалась Черноморская Украина.

Украинцы приезжали не в пустынное «дикое поле». До прихода империи здесь существовала сеть паланок (территориальных общин) и зимовников (хуторов, своего рода фермерских хозяйств) Запорожских Сечей. Две из этих паланок находились в начале XVIII века на территории нынешней Херсонщины: Каменская на правом берегу и Олешковская на левом.

Казацкий крест на кладбище при въезде в город Берислав. Фото: Роман Кабачий для Би-би-си
Казацкий крест на кладбище при въезде в город Берислав. Фото: Роман Кабачий для Би-би-си

Несмотря на то, что левобережная часть входила в Таврическую губернию, Херсон, как последний крупный город на Днепре перед его впадением в Черное море, притягивал к себе как хозяйственный и культурный центр и жителей левого берега. Например, в Олешках, будучи в опале за свои проукраинские взгляды, жил основатель краеведческого музея Виктор Гошкевич, и на работу в Херсон он добирался через реку.

На левом берегу, в Чаплинке, основанной турбаевскими повстанцами, которые выступили против крепостного права в конце XVIII века, родился драматург Николай Кулиш, годы юности которого связаны уже с Херсоном.

Губернский статус, который Херсон имел весь XIX век и до 1917 года, делал город культурным центром региона — в отличие от промышленного Николаева и торговой Одессы. На театральной сцене Херсона, наряду с Елисаветградом (сейчас — Кропивницкий), ставили свои спектакли корифеи украинского театра.

Через правобережье в Херсон приходили и литературные веяния. Сердцем украинской жизни в городе стала так называемая Старая Громада, которая получила во времена украинской революции формальное название «Украинская хата». Во главе ее стоял писатель Николай Чернявский, к которому приезжали в свое время общественный деятель и писатель Михаил Коцюбинский, политический деятель Владимир Винниченко и другие известные люди.

Сцена из спектакля "Мина Мазайло" в Херсонском облдрамтеатре им. Николая Кулиша в постановке Андрея Мая. Фото: Роман Кабачий для Би-би-си
Сцена из спектакля «Мина Мазайло» в Херсонском облдрамтеатре им. Николая Кулиша в постановке Андрея Мая. Фото: Роман Кабачий для Би-би-си

«Украинский дом» организовал весной 1917 года несколько тысячных митингов в поддержку Центральной Рады. Тогда же в городе появилась община Автокефальной церкви, которая просуществовала до 1924 года и был основан хор по образу капеллы «Мысль» Нестора Городовенко, которым руководил Игнат Сытник.

Некоторую ментальную границу, которая проходила между правым и левым берегом нынешней Херсонщины, отмечали уже в годы украинизации представители большевистской ЧК-ГПУ-НКВД.

Они писали, что если в Каховке и Скадовске раздаются призывы к восстановлению монархии и «единой и неделимой», то в Бериславе и Херсоне хотят свободной Украины и гетманщины.

Об этом свидетельствуют документы государственного архива Херсонской области. Херсон был тогда центром Херсонского округа и подчиняющаяся ему территория впервые «перебралась» на левый берег в 1923—1930 годах.

В 1944 году возникла Херсонская область в ее современных границах с большей частью территории на левом берегу.

Этнический фактор

Если говорить, например, о многонациональности Донбасса, то она формировалась на основе промышленной целесообразности и принципах «плавильного котла». На юге же она опиралась на развитие причерноморской торговли и индивидуального частного хозяйства, в том числе колоний.

Заселение юга представителями разных народов формировало как национальную терпимость, так и новую систему ценностей, в основе которой лежали рыночно-экономические отношения и личная свобода каждого. Украинский элемент в этом процессе сыграл ключевую роль.

Многонациональный характер Херсонщины можно было бы сравнить с Бессарабией. Однако, если последняя окончательно вошла в УССР в 1944 году в своем многообразии и таковой уже осталась, то Херсонщина к тому моменту практически стала мононациональной.

Польский костел в селе Правдино (историческое название Цареводар) сейчас находится на линии фронта на подступах к Херсону. Фото: Роман Кабачий для Би-би-си
Польский костел в селе Правдино (историческое название Цареводар) сейчас находится на линии фронта на подступах к Херсону. Фото: Роман Кабачий для Би-би-си

До этого на территории области были польские, чешские, русские, молдавские, немецкие, еврейские деревни и шведская колония в нынешнем селе Змиевка. Многие деревни носили тюркские (ногайские) названия со времен, когда в этих степях жили ногайцы, вытесненные затем царизмом в Крым.

В межвоенный период было два национальных района в правобережной части — немецкий с центром в Высокополье (Кронау) и еврейский в Калининдорфе (Калининское). В самом Херсоне в то время было три основных общины: украинцы и русские — по 36% и евреи — 25%.

Все это многообразие народов исчезло из-за предвоенных репрессий в отношении отдельных народов, депортации причерноморских немцев вглубь СССР летом 1941 года, а также истребления нацистами евреев.

В 1944 году было проведено тотальное переименование, которое стерло любые намеки на былое национальное разнообразие: уничтожен тюркский колорит в названиях края, вычищены немецкие и еврейские названия, даже польским Яновкам пришлось стать Ивановками.

В городах набирала обороты русификация, в селе же, наоборот, доминирующий украинский элемент начал поглощать русский, польский, молдавский. Случилось это не без «помощи» советской политики перемешивания народов и отдельных групп. В 1944—1951 годах в Херсонскую область прибыли эшелоны с украинцами из Польши, сначала лемками и холмщаками (жители местностей близ нынешней границы Украины с Польшей и Словакией), а в 1951 году — с бойками (карпатскими украинцами).

Если первые смогли в большинстве бежать на Западную Украину, то вторые осели навсегда. Однако все они «открывали глаза» украинским колхозникам на возможность свободно выражать свои взгляды, быть верущим и т.д.

Один из переселенцев, Адам Фемяк, открыто провозглашал: «Если бы людям дали свободу, как об этом говорится в Положении о выборах, то ни один коммунист не был бы избран, поскольку они всем опостылели. Коммунистам, конечно, рай, а остальным — умирай».

В последующие годы практика переселения или вербовки в херсонские степи жителей западных и центральных областей УССР продолжилась.

Однако не исчезло одно: уважение к иному.

Хозяйственный фактор

Херсонский писатель Антон Санченко отмечал, что в регионе существует «мощное фермерское движение и дух собственности и защиты своей земли». Однако он не упоминает о корнях этого явления, которое на самом деле касается не всех херсонских районов.

С одной стороны, история нам говорит о функционировании здесь хуторов-зимовников. Память о большинстве из них живет и на современных картах — в названиях нынешних сел. Когда большевики свернули НЭП и начали коллективизацию, степняки сетовали: «Вот если бы сюда Махно, мы все бы пошли в повстанческие отряды». Речь здесь скорее о северных регионах Херсонщины, где выращивают зерновые.

А районы непосредственно к северу от Херсона — Белозерка, Каховка, и на юг — Голая Пристань, Алёшки, Скадовск, Каланчак — базируются на интенсивном земледелии: овощеводстве, виноградарстве, бахчеводстве.

Переселенные в регион Олешек холмщаки этого не хотели понимать, отказывались от огородов и требовали «отселения из песков». Возможно, зря.

В советское время эти формы хозяйства приносили крестьянам живые деньги, и не только от простой поездки на базар: в села приезжали заготовители и закупали большие партии продукции.

Все это привело к тому, что после развала колхозной системы херсонские крестьяне не сдали свои паи в новые формы коллективной собственности (паи достигали 8 га на человека), а стали хозяйствовать сами.

Символом этой «овощной свободы» стал оптовый рынок в Великих Копанях.

Давно известная Чернобаевка

Задолго до того, как Чернобаевка стала известной по всей Украине, в Херсонской области ее знали по двум причинам: из-за местного колхоза-миллионера (что означало зажиточность) и Чернобаевского народного хора. Чернобаевцы показывали, что стыдиться своего украинства не стоит.

В 2004 году единственной «оранжевой дырой» среди избирательных округов в юго-восточных областях был округ 186, в состав которого входили Белозерский район, в том числе Чернобаевка, и Комсомольский район Херсона.

Виктор Ющенко победил тогда и в других пригородных сельских районах — Голая Пристань, Скадовск, Цюрупинск (Алёшки) — но не в целых округах.

Патриотический стенд в городе Берислав в 2012 году. Фото: Роман Кабачий для Би-би-си
Патриотический стенд в городе Берислав в 2012 году. Фото: Роман Кабачий для Би-би-си

Когда же в условиях свободного развития культуры стало возможным говорить не только о народных хорах, Украина узнала, что Херсонщина известна как одна из родин украинского футуризма (братья Давид и Николай Бурлюки), что в Алёшках жила художница-наивистка уровня Марии Примаченко — Полина Райко, что театральная традиция, идущая от корифеев и многолетней деятельности в Херсоне Всеволода Мейерхольда, переросла в одну из известных в Украине площадок театр-док и ежегодного фестиваля «Мельпомена Таврии». А в последние два года (2020 и 2021) в Херсоне гремел «ГогольФест».

«В последние годы культурный Херсон был интересен именно тем, что начали появляться очень разные альтернативы, когда человек мог найти для себя события на любой вкус, и не только посмотреть, но и принять участие, — говорит Елена Афанасьева, директор центра молодежных инициатив „Тотем“. — Когда я посмотрела, какие афиши сейчас вешают по Херсону оккупанты, то это же откат на 20−30 лет назад».

Елена убеждена, что заинтересованность культурными событиями, возможность выбирать — это уже признак европейского цивилизационного выбора.

Что дальше

Вернутся ли уехавшие херсонцы в родной город и область после освобождения, или им легче будет говорить «я из Херсона», чем жить в нем?

Как повлияет невозвращение активной части херсонцев на электоральные предпочтения региона? Сергей Данилов из Центра ближневосточных исследований, многие годы занимавшийся общественно-политической ситуацией в южных районах Херсонщины, считает ситуацию сложной.

«Это зависит от того, будет ли куда возвращаться — если община, ее инфраструктура разрушены, как в селе Станислав или Александровке, то вряд ли. В большие города, такие как Херсон или Скадовск, точно будут возвращаться, а вот в Чаплинку или Каланчак — это уже вопрос», — размышляет Данилов.

Патриотический стенд в городе Берислав в 2012 году. Фото: Роман Кабачий для Би-би-си. Фото: Роман Кабачий для Би-би-си
Патриотический стенд в городе Берислав в 2012 году. Фото: Роман Кабачий для Би-би-си. Фото: Роман Кабачий для Би-би-си

Афанасьева сетует, что из каждых десяти знакомых ей по культурным инициативам херсонцев уехало девять: «Уехали наиболее активные, нашли жилье за границей, устроили детей. И я боюсь, что когда освободят Херсон, в культурном смысле там будет пустыня».

В отношении тех, кто остался, Елена отмечает, что среди них есть и коллаборанты, но есть и такие, кто не меняет своей точки зрения и при этом готов тут оставаться — например, художник, который принял участие в проекте Елены анонимно.

«От того, что он говорит, у меня мурашки идут по коже: «Когда говорят, что Херсон — это Украина, то в нем кто-нибудь из этой Украины должен оставаться. Я решил, что этим оставшимся буду я», — пересказывает Елена слова этого художника.

Цитаты из исторических источников, приведенные в статье, взяты из исследований Романа Кабачия.