Поддержать команду Зеркала
Беларусы на войне
Налоги в пользу Зеркала
  1. В Березовском районе сгорел дом, в котором жила многодетная семья. Погибли четверо детей в возрасте от 2 месяцев до 6 лет
  2. «Повлиять на ситуацию не можем, поэтому готовы и ждем». Связались с беларусами в Израиле — как они провели ночь во время иранской атаки
  3. Снарядов не хватает, украинцам приходится отбиваться стрелковым оружием. США не помогают Украине — и вот к чему это приводит
  4. Самая большая взятка для Лукашенко? Новое расследование BELPOL о строительстве резиденции политика на Минском море
  5. Лукашенко уже 17 дней не может назначить главу своей администрации. Вот почему это странно
  6. 58 человек погибли, судьбы многих выживших оказались сломаны. Вспоминаем, как почти 40 лет назад под Минском разбился самолет
  7. Чиновникам дали задания, как мотивировать беларусов работать дольше и не увольняться. Бюджетников и уехавших тоже касается
  8. Иран прокомментировал итоги атаки на Израиль и рассказал о своих дальнейших планах
  9. «Вся эта ситуация — большое горе». Поговорили с сестрой пророссийской активистки Мирсалимовой, уехавшей из-за «уголовки» за политику
  10. Понимал, что болезнь смертельная, но верил в жизнь. Умер экс-боец ПКК Александр Царук — он вернулся с войны и узнал, что у него рак
  11. «24 часа от Минска до аэропорта в Варшаве». Автобусный коллапс на границе с Польшей продолжается


Авторы журналистского расследования, проведенного польским телеканалом TVN24, утверждают, что в 1960−70-е годы краковский архиепископ Кароль Войтыла, будущий папа Иоанн Павел II, знал о случаях педофилии среди священников его епархии и, более того, предпринимал меры для того, чтобы скрыть их, выводя педофилов из-под удара, пишет Русская служба Би-би-си.

Папа римский Иоанн Павел II в Мюнхене, Германия, 1980 год. Фото: Wikimedia Commons
Папа римский Иоанн Павел II в Мюнхене, Германия, 1980 год. Фото: Wikimedia Commons

Отношение к фигуре Иоанна Павла II в Польше близко к сакральному — впрочем, в 2014 году он и так был вполне официально канонизирован. Скончавшийся в 2005 году «папа-поляк» и по сей день остается не только одним из объединяющих польскую нацию символов, но и считается здесь одним из величайших гуманистов планеты ХХ века.

До сих пор педофильские скандалы в католической церкви не касались Иоанна Павла II напрямую: согласно общепринятой точке зрения, папа не знал о конкретных сексуальных преступлениях тех священников, с которыми непосредственно работал и контактировал, и вообще последовательно трудился над искоренением этого явления в церкви.

Обнародование нового расследования уже заставило некоторых представителей церкви открыто выступить за коренное переосмысление фигуры Иоанна Павла II. В то же время консервативные круги церкви продолжают рассматривать подобные публикации в качестве атаки на церковь и одного из элементов «борьбы добра со злом», где журналистам отводится роль несомненных пособников зла.

О чем шла речь в расследовании

Расследование под названием «Францисканская 3» (требуется подписка) — это адрес краковской курии, резиденции местного епископа, кафедру которого в 1964–1978 году до избрания папой Иоанном Павлом II занимал Кароль Войтыла, — вышло в эфир польского канала TVN24 в понедельник вечером.

Его автор, журналист Марцин Гутовский, утверждает, что работа над материалом заняла два с половиной года. Выводы этого расследования, построенного на работе с рассекреченными документами коммунистических спецслужб и разговорах с участниками и свидетелями событий полувековой давности, ввергли польское общество в шок.

Гутовский утверждает, что на протяжении 1960−70-х годов Войтыла скрывал информацию о сексуальных преступлениях против детей со стороны священников его епархии. Вместо того чтобы налагать на таких священников канонические прещения (наказание), он переводил их в новые приходы или содействовал выезду за границу.

Расследование концентрируется на нескольких таких случаях, хотя его автор оговаривается, что из-за закрытости церковных архивов он не может исключать, что в его поле внимания попала лишь малая часть подобных примеров.

В 1972 году архиепископ Войтыла обратился к венскому епископу с просьбой принять в своей епархии отца Болеслава Садуся. В Австрии Садусь, хороший знакомый Войтылы, должен был заниматься научной работой — изучать «влияние технической цивилизации на детскую психику». В сопроводительном письме Войтыла не упомянул о настоящей причине перевода священника, говорится в расследовании TVN24. А она, утверждается в рассекреченных актах коммунистических спецслужб, состояла в том, что на своих предыдущих местах службы — а менял он их в среднем раз в полтора года — священник приставал к мальчикам. Доходило до того, говорится в одном из таких документов, что разъяренные матери просто останавливали Садуся на улицах Кракова и угрожали ему местью.

Один из собеседников автора расследования рассказал, что летом 1973 года лично рассказывал архиепископу Войтыле о сексуальных преступлениях другого священника краковской епархии — Евгениуша Сургента. «Епископ Войтыла попросил, чтобы я об этом никуда не сообщал, что он сам этим займется», — говорит этот человек, пожелавший сохранить анонимность.

Впрочем, в том же году Сургент был задержан и осужден за педофилию. В ходе процесса он признал свою вину, объясняя, что таким образом «искал способ забыться от ежедневных забот».

Автор репортажа поехал в село Ляховице, в один из приходов, в которых служил Сургент. Там этого священника до сих пор помнят. «Что он к мальчикам приставал — это не было секретом», — услышал журналист от местных старожилов. Один из его собеседников (лицо этого мужчины в расследовании не показали) рассказал, что, когда ему было 15 лет, однажды ночью он еле убежал от Сургента, который пытался его «облапать».

После полутора лет отсидки (священника освободили по амнистии) Сургент был переведен в кошалинскую епархию на севере Польши. Он продолжал осуществлять служение до смерти в 2008 году.

Другой священник одного из сельских приходов краковской епархии, Юзеф Лоранц, в конце 60-х развращал учениц младших классов начальной школы, то есть 6−11 летних девочек, прямо на своих уроках религии. «Жалко, что я ему тогда в ту его сутану не наблевала», — вспоминает в расследовании «Францисканская 3» анонимная собеседница журналиста, одна из более чем десятка жертв педофила. После того как в краковскую курию обратились мамы жертв Лоранца, архиепископ Войтыла отозвал священника с сельского прихода и отправил его в монастырь. Уже там Лоранцем заинтересовались правоохранители.

Его задержали и осудили на два года лишения свободы за педофилию. После того как священник вышел на свободу, Кароль Войтыла написал ему письмо, в котором проинформировал, что каноническое наказание на него не будет наложено, так как его уже наказала светская власть.

Более того, вскоре Лоранцу разрешили вернуться к служению. Авторы расследования с недоумением констатируют: впоследствии осужденный педофил стал священником при больнице, а это, по их мнению, подвергало опасности пациентов.

Уже на следующий день после показа расследования его автор Марцин Гутовский рассказал газете Gazeta Wyborcza, что на его адрес начали поступать письма от монахов и священников, которые благодарят его за работу и сообщают о других преступлениях людей в сутанах, о которых знали, но которые замалчивали церковные власти.

«Вышли с нами на связь и другие жертвы (священников), в том числе тех, о которых мы рассказали в нашем материале», — сказал журналист, не исключив, что займется подготовкой следующей части своего расследования.

Человек и памятник

Для того чтобы понять, какой эффект озвученные в расследовании обвинения произвели на польское общество, нужно понимать, что Иоанн Павел II в Польше — это не просто умерший почти двадцать лет назад религиозный деятель.

До недавнего времени именно его фигура была своеобразным «общим знаменателем», сводившим воедино разорванное социальными, экономическими и политическими противоречиями польское общество.

Либеральные СМИ уже не первый год утверждают, что некритичное почитание Иоанна Павла II на его родине имеет все признаки культа личности. Один пример: священник Тадеуш Исакович-Залесский в эфире TVN24 утверждал, что только в родном для почившего папы Кракове расположено 26 памятников ему. В масштабах страны это количество может составлять многие сотни, если не тысячи.

Иоанн Павел II для многих поляков стал национальным символом их страны, святым в прямом смысле этого слова — после канонизации в 2014 году. Любая же критика его прижизненных действий приравнивается к атаке на доминирующую в стране католическую церковь, на устои общества, на Польшу как таковую.

С другой стороны, в Польше — в стране, где недавно были фактически запрещены аборты, в которой государственные СМИ часто выполняют функцию провластной пропаганды, в которой власть и консервативные церковные круги, по мнению многих экспертов, действуют в одной связке, — критика католической церкви и ее символа, самой выдающейся фигуры ХХ века, папы Иоанна Павла II является самым очевидным способом протеста против самой общественно-политической системы, сложившейся в Польше.

Тем более сейчас, в ситуации, когда журналистский материал ставит под обоснованное сомнение имидж папы относительно сексуальных скандалов в католической церкви, старательно выстраиваемый его сторонниками на протяжении годов, а то и десятилетий. Согласно этому нарративу, Иоанн Павел II был бескомпромиссным борцом с педофилией в церковной среде: именно во время его понтификата было принято новое правило, обязывающее сообщать о каждом подобном случае в Апостольскую столицу. И до поры до времени поколебать такую версию действительности не удавалось — хотя и нельзя сказать, что вопросов по этому поводу не возникало.

Другое дело — сейчас, когда в руках у журналистов оказались очень сильные материалы, свидетельствующие о том, что Иоанн Павел II — пусть даже до того, как он стал Иоанном Павлом II — мягко говоря, не предпринимал максимума усилий для борьбы с проблемой педофилии в церкви.

Добро и зло

Возможно, поэтому первой реакцией на расследование TVN24 — канала, не скрывающего свою оппозиционность к нынешней власти, — стал шквал комментариев от либеральных и просто оппозиционных активистов.

«Войтыла сам переводил педофилов с прихода в приход. Это мерзко. Поражает как мерзость этого человека, так и всей этой черной дыры под названием католическая церковь», — написала в твиттере варшавская феминистка Божена Пшилуская.

«Памятники Иоанну Павлу II — демонтировать. Это не так уж и трудно», — написал профсоюзный активист Петр Шумлевич.

Напротив, расследование раскритиковали представители действующей польской власти.

Премьер-министр Польши Матеуш Моравецкий заявил, что поляки как нация «многим обязаны Иоанну Павлу II. Быть может, обязаны всем».

«Сегодня война продолжается не только за нашей восточной границей. К сожалению, есть круги, пытающиеся начать не военную, а цивилизационную войну у нас, в Польше», — оценил он эффект от этого расследования в своем твиттере.

Сам Моравецкий, а также ряд других представителей власти разместили в «шапках» своих страниц в соцсетях фотографии Иоанна Павла II. А депутат парламента от польской партии власти «Право и справедливость» Рафал Бохенек заявил, что на текущей сессии Сейма парламентарии примут специальное постановление о «защите доброго имени Иоанна Павла II».

Как ни странно, нельзя назвать однозначной реакцию католической церкви на журналистское расследование.

С одной стороны, спикер конференции польского епископата опубликовал довольно обтекаемое заявление, из которого следовало, что оценка решений и действий Кароля Войтылы «требует дальнейших архивных исследований», а пока что никаких доказательств его причастности к сокрытию преступлений священников не имеется.

С другой — несколько видных представителей церковной верхушки разразились громкими заявлениями, мягко говоря, критичными относительно журналистского расследования.

«Иоанн Павел II до сих пор остается врагом для глашатаев идеологии гендера, сторонников абортов и эвтаназии, поэтому они пытаются его уничтожить», — заявил на богослужении в среду нынешний краковский архиепископ Марек Ендрашевский.

«Попытки расшатать авторитет Иоанна Павла II вписываются в контекст извечной битвы между добром и злом. Я убежден, что дьявол существует и использует людей, часто не подозревающих об этом, чтобы сеять беспокойство и сомнения. То, что сейчас происходит с Иоанном Павлом II, — это очередной пример этого. Он — мощный защитник людей перед Богом. Так стоит ли удивляться, что сатана нервничает, имея такого противника?» — заявил в интервью польскому Католическому информационному агентству KAI епископ гливицкий Станислав Одер, отвечавший в свое время за признание Иоанна Павла II святым.

На этом фоне фактически теряется голос еще одного участника процесса канонизации почившего папы, его товарища и студента, профессора богословия отца Адама Шостека, который принимал участие в дискуссии на канале TVN24 непосредственно после премьеры расследования.

«Нам нужно прийти к новому способу понимания несомненной святости Иоанна Павла II… Нужно переопределить его святость, не сводя ее к примитивной безгрешности и безграничному обожанию. Увидеть в нем живого человека, который ошибался, имел другие слабости. Он был великим паломником, который проповедовал Евангелие во всем мире, [но в то же время] меньше интересовался и был способен к управлению и своей епархией и целой церковью», — говорил он.

Шостек признал: найденные журналистами материалы свидетельствуют о том, что Кароль Войтыла еще до избрания папой знал о существовании проблем с педофилией в церкви. Но, продолжал он, это не отменяет того факта, что он боролся с ними после того, как стал понтификом.

«Он тоже до этого дозревал!» — восклицал он.

Поэтому, констатировал Шостек, нужно отказаться от попыток уместить фигуру Иоанна Павла II в заведомо узкие рамки, а констатировать, что в том числе благодаря ему отношение католической церкви к проблеме педофилии изменилось и продолжает меняться сейчас — в том числе, поворачиваясь лицом к жертвам сексуальных преступлений священников.

По-другому формулирует вывод своего расследования его автор Марцин Гутовский.

«Давайте перестанем повторять рассказы представителей церкви, церковной верхушки о том, что Иоанн Павел II чем-то отличался от епископов своего времени и не знал о таких преступлениях, а если бы знал, то наверняка реагировал бы по-другому. Нет. Кароль Войтыла знал и реагировал так же, как реагировали ему подобные», — говорит Гутовский в интервью Gazeta Wyborcza.

«Это не перечеркивает других его заслуг. Но прежде всего мы должны признать, что он знал. А только потом искать объяснения, почему это случилось и почему церковь забыла о жертвах», — резюмирует он.