Поддержать команду Зеркала
Белорусы на войне
  1. Из-за снегопада в Беларуси были обесточены 945 населенных пунктов
  2. Уже не McDonald's, но и не «Вкусно — и точка». Ребрендинг есть, названия нет
  3. ВСУ освободят Крым или россияне превратят его в крепость? Разбираемся, изучая опыт предыдущих попыток вторжения на полуостров
  4. Компания МТС объявила, что повышает стоимость некоторых услуг, вводит изменения по кешбэку и анонсировала новый способ расчета
  5. Чиновники хотят ввести много налоговых изменений, которые затронут почти каждого. Сделали подборку возможных правок по налогам
  6. Повышений пенсий, новшества для «тунеядцев», штрафы для водителей, подорожание сигарет. Изменения декабря
  7. Дезинформация, рост потерь и Россия боится возможного наступления ВСУ через Днепр. Главное из сводок на 278-й день войны
  8. «Сначала логотипы убрали, потом вернули, а сегодня снова сняли». Узнали, что происходит с «МакДональдсом» в Минске в эти выходные
  9. «Запланирована контрольная явка на пункты сбора». Военкоматы — о сверке данных военнообязанных и слухах о скрытой мобилизации
  10. Синоптики рассказали, какими будут последние дни осени и начало зимы
  11. Налаживал отношения с Западом, устраивал праздники вышиванки и оправдывал репрессии. Чем запомнится глава МИД Владимир Макей


Александр Лукашенко сегодня провел «Большой разговор» во Дворце независимости. В зале были сотрудники госСМИ, провластные блогеры, активисты и политологи, а также иностранные журналисты. Мероприятие продлилось 8 часов 15 минут, это самое продолжительное публичное выступление Лукашенко.

Если вы не готовы слушать полную версию, предлагаем краткое содержание в тысяче слов. Это не дословные цитаты, а очень сжатый пересказ.

Фото: Reuters

Я не занимался предвыборной кампанией потому, что боролся с коронавирусом. Мы все правильно сделали с пандемией, не остановили экономику, не вводили комендантский час и порядочно относились к людям. Нас за это «били», критиковали. Но специалисты ВОЗ негласно признавали, что опыт Беларуси нужно перенять на Западе.

Мы эти выборы выиграли. Если вы хотите, чтобы я сказал, что не 80% — хорошо, я согласен, только отцепитесь. Может, кто-то где-то четверть процента, полпроцента добавил, глядя на соседа. Хорошо, не 80%, давайте запишем 75%. Если мне еще придется баллотироваться — я буду более серьезно участвовать, вы больше 10% не получите. Возможно, на каких-то участках победила Тихановская, а на каких-то —Лукашенко. Бюллетени можем подарить, везите их в Америку.

Основа протестов — «обезумевшие люди». На пике в Минске на улицы выходило 46 700 человек, их собрали со всей страны ради картинки. Это десятая часть тех, кто не согласен с властями. С первых выборов я неприемлем для 10% людей, это националистически настроенные люди с фашиствующим ядром. Несогласные со мной были и в Администрации президента, с некоторыми по два часа разговаривал, сейчас они все поняли.

Я был очень обижен на людей. Мне казалось, что их гораздо больше, что «очумевших» очень много. Это я сейчас понимаю, какие там технологии и сколько там было людей. Я думал: почему люди меня не слушают? Объяснял это тем, что пандемия многих затронула. Мне уже было все равно, президент я или нет, мне это осточертело. Я не себя защищал, а вас. Понимал, что не должен сдаться, тем более что мне было на кого опереться.

В Беларуси никогда не было и не будет репрессий, мне это не нужно. Я принял правила игры бандитов, которыми руководили американские спецслужбы. Протесты не были мирными, туда заранее принесли заточки, ножи и прочую взрывчатку. Заезжали с тыла и ломали омоновцев и прочих. Первые три дня наши ребята животами выдавливали людей с улиц. Потом я дал приказ поставить всех на место без стрельбы. Если бы мы проявили слабину, нас бы исполосовали, началась бы мировая война.

Пытки на Окрестина — это фейк, это неправда. Если кто-то был с синяками, они получили на улице, когда ринулись на внутренние войска и ОМОН. Окрестина — не санаторий. На Окрестина попало много бывших осужденных, у них патологическая ненависть к милиционерам. Они сразу ринулись бить милиционеров, а те их «мочканули». Дайте мне хоть одну фотографию, мы сейчас их найдем и спросим, кто бил и где бил. Некоторые люди попали под замес случайно, перед ними мы извинились. Западу глубоко наплевать, кого тут избили. Пытки выдумали журналисты, чтобы Лукашенко доставить в Гаагу. Би-би-си — фейковая компания.

Фото: Reuters

Мысль, что Виталия Шишова убили белорусские спецслужбы, — глупость. Всех не перевешаешь. Его поддерживали спецслужбы Украины, Украина должна расследовать этот случай.

Я сегодня не рад, что Роман Протасевич оказался в Беларуси. Мне бы было проще, чтобы он был в Польше или Литве, эти страны его заказали. Не дай бог он погибнет — крыть нечем, преступление на территории Беларуси.

Кристиной Тимановской управляли извне, она сама бы это не сделала. Ни одного человека из спецслужб Беларуси в Японии не было, мы не практикуем этого. МОК «накатил» и рекомендовал включить в национальную сборную семерых человек с БЧБ-шным прошлым. Их нельзя было включать, их вообще не видно там было.

В конце 2021 года, думаю, мы примем эти 28 союзных программ по интеграции с Россией. Но как можно интегрироваться, если у вас цены на природный газ в два-три раза ниже, чем в Беларуси? Мы никогда не были против теснейшего союза с Россией. Беларусь пытаются оттолкнуть от интеграции, от отдельных лиц идут намеки. Интеграция Беларуси и России возможна только без потери государственного суверенитета, наднациональных органов в Союзном государстве не будет.

Мы остались вдвоем — Беларусь и Россия. Если бы оппоненты власти далеко забрались, я ввел бы российскую армию, ни один мускул бы не дрогнул. Беларусь ведет диалог с Россией о поставке ЗРС С-400, уверен, что мы эти комплексы получим. Размещать в Беларуси российскую военную базу невыгодно ни России, ни Беларуси. Но если понадобится — все Вооруженные силы России будут здесь.

Беларусь и Литва всегда жили мирно, но сейчас промелькнул «грязный луч». Литва не имеет права ставить Беларуси условия. Я не делал недружественных шагов в отношении Литвы, не прятал в Беларуси литовских боевиков или оппозиционеров. Мы никому не угрожаем миграцией. Вы нас ставите в те условия, мы вынуждены реагировать, как умеем.

Санкции Запада могут иметь обратный эффект. Если Литва остановит транзит калийных удобрений, Беларусь перенаправит потоки в другие порты на территории России. Великобритания может подавиться своими санкциями. Мы тысячу лет не знали этой Великобритании и знать не хотим, вы прихвостни американцев. Меня пытаются запугать или подвести к международному трибуналу. Бесполезно меня пугать, я все равно когда-то умру.

Украина перешла красную черту, Зеленский побежал за Западом. Оружие идет в Беларусь в основном с Украины, мы видим, кто из силовиков и официальных органов власти в Украине это организовывает. Сейчас мы закрыли намертво эту границу. Беларусь не будет вводить санкции против Украины. Если бы Минск хотел поставить Киев на колени, то вместе с Россией прекратил бы поставлять ей горюче-смазочные материалы. Я однажды рискну и переступлю границу без оружия, и у меня будет не 40% украинцев, а минимум 90%. И мы Украину вернем.

Я признаю Крым, когда последний олигарх в России начнет поставлять туда продукцию. Представители ЛНР были в Минске и допросили Протасевича, остались удовлетворены разговором. К концу года все переселенцы из Донбасса должны получить белорусское гражданство.

Воскресенский должен заложить голову за тех, кто просит о помиловании. Мы договорились об этом в СИЗО. В списке около 100 человек: «заблудившиеся», банкиры и бывший директор могилевской филармонии.

Я сам принял решение посетить СИЗО КГБ, Вакульчик чуть в обморок не упал. Я думал, что мне придется решать с ними вопрос, у меня должны были быть основания для помилования. Честно говоря, мне как-то жаль их стало. Есть у меня такая слабость, несмотря на мои героические подвиги.

Мы должны честно провести референдум по Конституции, все сделаем демократично. В проект новой конституции можно добавить приоритет национального законодательства над международным. О нейтралитете Беларуси там писать не нужно, его фактически нет.

Не надо гадать, когда уйдет Лукашенко. Очень скоро. После него будет президентом тот, кого белорусский народ изберет. У нас человек 15−20, которые могут вырасти в президенты, они все на виду.

17 сентября — святой праздник. Если бы не было 17 сентября 1939 года, не было бы самой Беларуси. Спасибо Иосифу Сталину, надо ему где-то памятник за это поставить.

У нас такой закон: если показался с экстремистской символикой — мало не покажется. Мы будем наращивать эти усилия. Независимые СМИ все изворотили, искромсали государство, такие организации будут зачищены.

Не знаю, какие полторы тысячи айтишников уехали, у нас постоянный прирост в ИТ-парке. С теми, кто уехал, до нитки разберемся, будем персонально по каждому разбираться. Основатель EPAM Аркадий Добкин перечислял деньги на протестные акции, это уже установлено. Деньги дали — перечислили, а они тут делили. Мы не будем зажимать айтишников, но мы должны видеть все финансовые потоки, об этом мы изначально договаривались.

Мы наведем порядок в образовании, установим стандарт, которому должны все соответствовать. В вузах не будем больше растить противников нашего государства. Но обязательно молодые люди должны иметь свою точку зрения.

Я рад, что все так закончилось. Это была хорошая ревизия нашего общества. Меня радует, что не было массового предательства в силовых структурах и госорганах. Некоторые под плинтусом сидят до сих пор. Но мы их достанем, никто из предателей в госструктурах работать не будет. Могли бы государственные структуры и органы быть поактивнее. Мне пришлось каждый день сидеть и управлять определенными моментами.