Поддержать команду Zerkalo.io
  1. Снова антирекорд. Минздрав опубликовал свежие данные по коронавирусу
  2. Помните характеристики с места работы для чиновников? В них есть пункт об «антигосударственных проявлениях»
  3. Минских таксистов и курьеров обязали привиться с 1 ноября. Но это неточно
  4. Чиновники хотят еще больше оптимизировать число работников. Из-за этого прогнозируют рост безработицы
  5. В Беларуси всем привитым через полгода-год могут провести ревакцинацию
  6. В Беларуси отвергли причастность «Белавиа» к организации перевозок нелегалов в Европу
  7. В национальный календарь прививок внесен COVID-19
  8. Власти ожидают сокращение населения и возьмутся за «безвозвратный» отток кадров за рубеж
  9. В Беларуси все-таки не будут приостанавливать оказание плановой медпомощи. Но есть нюанс
  10. Что с китайской вакциной в Беларуси? Пациенты ищут, медики ждут новую партию
  11. Сколько денег в этом году «влили» в ФСЗН, на что их потратили и какая ситуация с выплатой пенсий
  12. Боровляны могут стать городом, а Лукашенко привьется белорусской вакциной. Коротко о его визите в больницу
  13. Беларусь пропустит «Евровидение» в 2022 году. Нашей страны нет в списке участников
  14. В Беларуси по-прежнему нехватка медработников. Где их больше всего требуется и какие зарплаты готовы платить
  15. В Минздраве предположили, что COVID-19 может тормозить опухолевый рост и даже излечивать онкопациентов
  16. Рождественский турнир по хоккею отменили. Уже второй раз подряд
  17. «Умерла мама, а через пару дней — папа». Белорусы рассказали, как потеряли из-за COVID-19 сразу нескольких близких
  18. ГПК в ответ на ноту МИД Литвы: белорусские пограничники границу не нарушали, это были гражданские лица
  19. Вероятность заражения вирусом снижается до 1,5%. Рассказываем, почему медики настаивают на ношении масок
  20. «У нас сейчас в приемном по 300 человек в день». Медики — о «коронавирусных» заявлениях Лукашенко


16 августа во время встречи с вице-премьером Беларуси Александр Лукашенко заявил, что «из услуг, которые государство оказывает, половина ваша — транспортного комплекса, $2,5 млрд. Это огромные масштабы, огромные суммы, мы транзитная страна», и потребовал обеспечить «нормальное функционирование транспортной отрасли», даже несмотря на санкции. Он отметил, что в этой области может быть сбой, но он «должен уже закончиться». Так ли это на самом деле? Вместе с экономистом Beroc Львом Львовским Zerkalo.io разобралось, насколько сильно в стране может просесть транспортный экспорт, когда на самом деле закончится сбой и какие проблемы он создает для нашей экономики.

Фото: GoranH, pixabay.com
Фото: GoranH, pixabay.com

Почему речь идет именно о транспортном экспорте? Он приносит нам так много денег?

Если говорить коротко, да. Лев Львовский поясняет: вся внешняя торговля складывается из товаров и услуг. И хотя Беларусь продает много товаров, но покупаем мы еще больше — из-за этого по этой позиции у нас почти всегда есть отрицательное сальдо. А вот с услугами, в том числе транспортными, ситуация иная: там сальдо положительное. Они составляют почти 10% всего белорусского экспорта.

— То, что мы транзитная страна, так же верно, как то, что Россия — страна нефтяная. Это преимущество было дано нам изначально. Мы в том числе являемся частью современного «великого пути» из Европы в Китай и Россию, и наоборот. Именно поэтому Лукашенко говорил о важности транспортной отрасли. Это подтверждают цифры. Например, в первом квартале 2021 года экспорт услуг составил 2,2 миллиарда, из них транспортные услуги — $ 960 млн, — рассказывает экономист.

О каком «сбое» говорит Лукашенко и почему он вспомнил об этом именно сейчас?

По мнению Львовского, белорусские власти понимают: есть большая вероятность, что прибыль в сфере транспортных услуг будет уменьшаться. И для этого есть две причины. Первую, считает экономист, продуцирует сам Лукашенко.

—  Он говорит, что мы можем перекрыть транзит. В последний раз, когда он сказал об этом, на заявления отреагировали и Китай, и Россия. И вот в чем дело: Китай мало интересуют права человека в Беларуси и кто выиграл здесь выборы. Ему нужно, чтобы транспортные пути в Европу были стабильными, на них все работало без сбоев и не прерывалось из-за желания власти какой-то страны. А роль Беларуси при транспортировке китайских товаров очень важна, — объясняет экономист.

Вторая причина связана непосредственно с санкциями. Львовский вспоминает заявление литовской стороны о прекращении с декабря транзита белорусского калия. Из-за этого много обсуждается его перевалка через Россию. А этот вариант значительно усложняет экспортные связи.

— К этому добавляются и отдельные санкции, которые касаются нашего авиасообщения. Они больше технические, чем политические, — рассуждает Львовский. —  В день посадки самолета Ryanair страны поняли, что они больше не могут доверять белорусским диспетчерам, а значит, летать через территорию Беларуси небезопасно. Получается, никакие средства за отмененные перелеты мы не получаем, да и изменений ситуации в этом направлении в ближайшее время не предвидится.

Насколько проблемы в транспортной сфере серьезны?

Экономист предлагает сравнивать нынешние цифры не с прошлым годом, а с 2019-м. 2020 год был кризисным из-за пандемии, а значит, давать объективную картину по экспорту «в мирное время» он не может.

—  Судя по данным Нацбанка, экспорт транспортных услуг уменьшился ненамного. Но здесь важно понимать: эти цифры попадают в статистику с опозданием. Ситуация меняется на глазах. Из-за сильного сокращения авиасообщения и из-за санкций, которые налагаются на Беларусь, вскоре может пострадать китайский экспорт. Страна будет активно рассматривать другие альтернативные пути, потому что пожелает уменьшить риски для своих товаров. Речь идет не обязательно о полном прекращении транзита через Беларусь: возможно, Китаю захочется перенаправить какую-то его часть через более стабильные страны.

Впрочем, пока цифры по транспортному экспорту за первый квартал 2021 года не сообщают о сильной «просадке». По одним позициям он вырос, по другим снизился.

—  Если говорить суммарно о первом квартале 2021 года, за это время мы наэкспортировали транспортных услуг на $ 960 миллионов. Из них железнодорожный транспорт составляет $ 230 млн, а в первом квартале 2019 года прибыль достигала около $ 265 млн. Автомобильный транспорт в этом году дал нам $ 380 млн, а в первом квартале 2019 г. — $ 330 млн. Сильно снизился доход от воздушного транспорта. Сейчас мы видим число в $ 70 млн, а два года назад оно было в районе $ 88 млн. Аналогичная ситуация и с трубопроводным транспортом: $ 130 млн в 2021 году против $ 165 млн в 2019-м, — приводит цифры Львовский.

Но даже несмотря на то, что показатели в этой сфере сейчас нормальные, из-за санкций ситуация может быстро поменяться.

—  Я не думаю, что мы потеряем все эти $ 960 млн, но какое-то значимое сокращение вполне может быть. Это будет зависеть и от интенсивности санкций, и от того, как будут реагировать на них белорусские власти. Еще один сложный вопрос, как другие страны будут относиться к нашему авиасообщению. Я не думаю, что разъяснение от белорусского МИДа может переубедить вернуться к предыдущему уровню взаимоотношений.

Впрочем, самая большая угроза для нашего транспортного экспорта состоит в другом.

Китай перестал видеть в Беларуси ту самую стабильность. Мы уже не выглядим страной, которая стабильно поставляет экспортные услуги. Беларусь может внезапно закрыть какую-то границу, а наши поезда будут остановлены из-за повышенного количества нелегального экспорта табачной промышленности. В таком случае мы вряд ли сможем успокоить сомнения китайских партнеров, — добавляет экономист.

А что в случае сильной просадки прибыли могут сделать белорусские власти?

По мнению экономиста, корень потенциального ухудшения положения в транспортных услугах — это санкции. А причина санкций — в политическом кризисе.

— Санкции налагаются не для того, чтобы наказать какую-то страну. Это часть диалога на повышенных тонах, во время которого западные страны призывают Александра Лукашенко к урегулированию политических вопросов. Действительно улучшит ситуацию с экспортом решение властей пойти навстречу — как минимум начать отпускать политических заключенных. Но пока таких действий мы не видим, — заключает экономист.