Поддержать команду Зеркала
Белорусы на войне
  1. Мобилизованные россияне все чаще отказываются воевать, РФ занимается реструктуризацией армии. Главное из сводок
  2. СМИ Зимбабве выдвинули версию, зачем Лукашенко приезжал в их страну
  3. Большой госдолг, рост расходов на национальную оборону и инфляция выше прогнозируемой. Изучили бюджет на 2023 год
  4. «Наша Ніва»: Телеграм-канал силовиков, где публикуют «покаянные» видео задержанных, случайно выдал своих админов
  5. Первое сообщение об уничтожении NASAMS, как идет наступление под Донецком, Путин снова переоценил свою армию. Главное из сводок
  6. Чешский был на грани исчезновения, иврит — фактически мертв. Рассказываем, как погибали языки разных народов и как их спасали
  7. В Латвии скандал из-за ограждения на границе с Беларусью. Несколько чиновников пойдут под суд — в чем их обвиняют
  8. Выпускник БГУИР выиграл более 3 млн долларов на престижном турнире по покеру
  9. В Беларуси пересмотрели «завышенные» требования к годности призывников. Теперь десантником можно стать при весе до 100 кг


6 сентября Александр Лукашенко заявил, что в преддверии Дня народного единства 17 сентября следует обсудить целесообразность амнистии для осужденных, но «только в отношении тех, кто реально этого заслуживает». Политический аналитик Артем Шрайбман порассуждал в своем телеграм-канале, что могло сподвигнуть Лукашенко поднять этот вопрос.

Артем Шрайбман
Артем Шрайбман

Шрайбман подчеркнул, что делать какие-либо выводы по поводу амнистии пока рано. Она может оказаться пшиком, затронуть только мизерную часть политзаключенных или означать не освобождение, а какое-то сокращение срока или перевод на более легкую форму наказания.

«Кроме того, очевидно, что своих политических противников (Бабарико, Колесникову, Знака, Тихановского, Статкевича и других) Лукашенко оставит сидеть», — считает эксперт.

Шрайбман подчеркнул, что Лукашенко анонсировал шаг, который идет в диссонанс со всей вербальной активностью его силовиков и пропагандистов до сих пор. Поэтому, чтобы не сильно расстраивать «ястребов», он сразу же «сбалансировал» решение об амнистии другими репрессивными инициативами: лишением гражданства политэмигрантов и реестром носителей «карты поляка».

«Но ведь мог не делать этого совсем. А значит, посчитал, что есть какой-то другой интерес, который бы это оправдывал», — отмечает Шрайбман.

По мнению аналитика, адресата у амнистии может быть два. Первый — это народ (чтобы показать милосердие и кого-то успокоить), второй — Запад (чтобы улучшить отношения, снять санкции).

«Первое объяснение кажется абсолютно нелогичным. Нет ни одного признака, что Лукашенко считает нужным идти на уступки обществу или как-то разрядить обстановку в стране через амнистию. Иначе решение было бы более комплексным, параллельно репрессии бы сворачивались, а не продолжали нарастать. Остается второе. Лукашенко что-то нужно от Запада. Я бы сказал, что, если амнистия, как все того и ждут, будет ограниченной и не приведет к освобождению самых известных политзаключенных, то никакой серьезной разморозки не будет», — подчеркивает Шрайбман.

Эксперт напомнил, что за снятие любых санкций в ЕС должен быть консенсус. И даже если бы Венгрия или Италия могли бы закинуть такую идею после частичной амнистии, Польша и Литва бы ее сразу заблокировали.

«А вероятнее всего, никто даже и не поставит это на голосование сейчас, пока Минск соучаствует в войне. Но Лукашенко все равно хочет протестировать этот вопрос, рискуя оставить силовиков недовольными. А значит, уровень боли от санкций таков, что Минск, как и несколько раз прежде в своей истории, решает пойти на уступку без того, чтобы Запад моргнул первым. Если амнистия не окажется полной бутафорией и на свободу реально выйдут сотни людей, это будет очень сочный привет всем, кто говорит, что санкции никогда и ничего не добиваются от белорусской власти», — резюмирует Шрайбман.