Поддержать команду Зеркала
Белорусы на войне
  1. Какую игру ведет Лукашенко, подготовка к мобилизации в Крыму, число убитых и сдавшихся в плен. Главное из сводок на 282-й день войны
  2. Генштаб ВСУ: Россия отводит воинские подразделения из пунктов в Запорожской области. Рассказываем, что это может значить
  3. Глава ОНТ предложил главе ЦИК назначать президента на ВНС, чтобы не допустить к власти «Зеленских, котлет и Наусед». Тот не против
  4. Посольство: информация о белорусе, получившем в Челябинске повестку о мобилизации, вероятно, фейковая
  5. Вступительная кампания в вузы в 2023 году пройдет по новым правилам (и с характеристикой)
  6. Дело TUT.BY передали в суд. Дата первого заседания пока неизвестна
  7. «Чувствует себя нормально». Мария Колесникова остается в больнице до понедельника
  8. Бразилия сыграет с Южной Кореей, Англия против Сенегала и другие пары. Определились все участники 1/8 финала футбольного ЧМ
  9. «Предупреждают, что за мной уже выехали». Поговорили с Валерием Сахащиком об угрозах, полке Калиновского и плане «Перамога»
  10. Подоляк озвучил потери украинской армии в войне с Россией. Ранее это называли закрытой информацией
  11. В США при странных обстоятельствах погибла белоруска, ее муж, свекровь, двое дочерей и собака
  12. Атаки и контратаки на Донбассе, зачем России Бахмут и нужны ли Путину переговоры. Главное из сводок на 283-й день войны
  13. В Беларуси утвердили планы йодной профилактики на случай аварии на Белорусской, Смоленской или Ровенской АЭС
  14. Как изменился Мариуполь на снимках из космоса: больше могил, снос домов, экран вокруг драмтеатра
  15. Возможная мобилизация, визы и политзаключенные. Объединенный переходный кабинет подвел промежуточные итоги и ответил на вопросы журналистов
  16. В Миорах силовики задержали не меньше 13 человек. Среди них — «Человек года Витебщины» и его сын
  17. Военкоматы просят военнообязанных явиться в комиссариат без повесток. Обязательно идти?
  18. «Как остановить пожар в Европе?» В ОБСЕ зачитали последнюю речь Макея
  19. «Коллега еще чувствует себя неважно». Попытались узнать, что известно о белорусах, заболевших менингитом на складах Ozon в Подмосковье


Светлана Щербань из Гостомеля уже месяц ищет своего мужа Геннадия. Военный в отставке, он остался в городе, чтобы ухаживать за раненой соседкой. Последний раз мужчина созванивался с женой 16 марта, после этого связь оборвалась. Светлана верит, что муж жив, но считает, что его вывезли в Беларусь. Рассказываем, что произошло и почему женщина так думает.

Разрушенный аэродром в Гостомеле. Фото: Reuters
Обломки самого большого самолета в мире «Мрия» в разрушенном аэродроме в Гостомеле. Фото: Reuters

«Муж показал белорусский паспорт: ему разрешили ходить по Буче с белым флажком»

Светлана и Геннадий Щербань прожили вместе 35 лет. Мужчине сейчас 54 года. Он родился и вырос в Украине, окончил военное училище в Новосибирске. В 1990-м году семья приехала в Беларусь, здесь Геннадий проходил службу. Они получили белорусское гражданство, тут же у пары родилось трое детей. Перед выходом на пенсию Геннадий работал в военных частях в Новогрудке и Малорите.

— Муж прослужил 15 лет, последнее время — в учебной роте батальона связи, был замполитом по воспитательной работе, — рассказывает она. — На пенсию ушел в звании майора. Мы жили в Новогрудке.

В 2017 году семье пришлось уехать в Украину: у Геннадия болели родители. Когда их не стало, Геннадий и Светлана решили остаться в Украине. Здесь же оформили и вид на жительство.

Геннадий Щербань. Фото предоставлены его супругой
Геннадий Щербань. Фото предоставлены его супругой

Всё это время до начала войны семья жила на окраине Гостомеля совсем недалеко от Бучи. Светлана с младшим 16-летним сыном успела выехать оттуда 9 марта, до прихода российских военных.

— Тогда был зеленый коридор, у нас получилось. Старший сын пытался выехать сам с соседями на следующий день, но их машину обстреляли, — говорит Светлана. — Жене нашего соседа попали в голову. У еще одной соседки, Раи, в результате этого обстрела повредило позвоночник. Они как-то смогли добраться до какого-то дома в Буче и пересиживали пять дней. Там во дворе мой сын и хоронил эту девушку. Потом они смогли привезти Раю к ней домой. Она была нетранспортабельна, и мой муж остался с ней. Соседи, как услышали, что он остается, отдали ему свои ключи, чтобы он кормил их животных — собак и котов.

По словам Светланы, российские солдаты заехали в Гостомель 9 марта, а технику завезли где-то 12-го. Разместились прямо во дворах и жили в домах. Геннадий выходил из дома, ходил по поселку, чтобы покормить соседских питомцев. Связи в Гостомеле почти не было. Мужчина нашел одну точку, откуда мог отправить сообщение жене, а иногда и поговорить минуту-полторы. Больше не удавалось, да и вокруг раздавались выстрелы.

— Он показал солдатам белорусский паспорт. Вроде, ему разрешили ходить по Буче с белым флажком, — объясняет Светлана. — Я точно знаю, что он с военными спокойно говорил, не конфликтовал. Об этом мы сразу с ним договорились: если вдруг что придут к нам домой — никого трогаем, все по-хорошему.

«Гена подошел, началась возня — и всё, забрали куда-то»

Последний раз пропавший созванивался с женой 16 марта, рассказывал о поведении российских солдат.

— Говорил: «Ты не представляешь, что тут делается. Они зверствуют, мародерят». Хотя это больше на вандализм похоже: в домах брали что хотели, разбивали окна, выгоняли машины из гаражей, рисовали на них свою букву «V», разбивали стекла, выдергивали бензобак и резали колеса — это прямо классика, по всему поселку так, — говорит женщина. — Вот он все это описывает, а у него проблемы со слухом, поэтому говорит он громко. Я еще просила его: не надо, не говори про это, я все понимаю. И тут к нему подошли, забрали телефон. Я знаю, что он вернулся домой — связался потом со мной через еще одного нашего соседа-пенсионера, который тоже остался.

Разрушения в Буче после выхода российской армии. Фото: Reuters
Разрушения в Буче после выхода российской армии. Фото: Reuters

На следующий день Светлана тоже ждала звонка или сообщения от супруга. Он уже перебрался жить к обездвиженной соседке Рае, чтобы ухаживать за ней, даже перенес туда вещи.

— Надолго не уходил — знал, что она очень боится оставаться одна, эти бесконечные взрывы не прекращались… — объяснят жена пропавшего. — Рая рассказывала, что он во дворе рубил дрова, был в кофте, кроксах, когда военные постучали в калитку. Гена подошел, началась возня — и всё, забрали куда-то. Видно, ударили его, потому что кепка слетела и лежала возле калитки. Потом военные пришли в дом с обыском. Рая спросила, где Гена. Они: «Не переживайте, вечером вернется». Понятное дело, он не пришел. На следующей день военные снова пришли, Рая опять спросила. Ответили, что его «через два-три дня привезут». И больше никакой информации. Никто после этого ничего не слышал.

Светлана приезжала в Бучу и Гостомель второго апреля, через день после его того, как населенные пункты перешли под контроль украинских войск и все увидели, что там происходило. Женщина искала мужа.

— Мы тогда обошли дома, где россияне жили, думали: вдруг они привязали Гену в подвале где-нибудь и оставили. Спускались туда, звали его, все смотрели — нигде не нашли, — эмоционально рассказывает она. — Тут вообще была полная разруха: солдаты во время оккупации на танке или БТР заезжали во дворы, ломали заборы. Нашу знакомую и еще несколько 70-летних женщин вывели из домов, поставили в шеренгу и прямо перед ними расстреляли 14-летнего мальчика. Представляете, что они там делали? Когда все начиналось, мы боялись «прилета» снаряда в дома, выстрелов, думали, где бы в подвале спрятаться. Но никому в голову не приходило, что будут такое делать с людьми. Мы до сих пор каждый день не перестаем удивляться тому, что произошло в Буче и Гостомеле.

Дом Геннадия и Светланы практически не пострадал: его лишь зацепило осколком. Но внутри всё было перевернуто. Обыскивали, предполагает Светлана.

— Муж окончил десантный факультет в России, они собирались в Бресте на день ВДВ. За организацию такой встречи в 2011 году у него было благодарственное письмо, — описывает супруга пропавшего. — Вот его достали из чемоданчика с нашими документами и, видно, сфотографировали, потому что оно лежало отдельно. И форма Гены висела. Там белорусский шеврон, погоны майора, какие-то юбилейные знаки.

— Ну, они перевернули дом, вывезли вещи, может, искали золото и деньги, но ничего ценного у нас на тот момент не было. Забрали контейнер с одеждой — даже такую, что и не стоило бы брать, там и нижнее белье лежало. Посуду, тарелки забрали (может, чтобы готовить), продукты, но это все ерунда. В дом можно вернуться, да и машина наша стоит целая, на удивление, только из бардачка все вытащили. Поэтому я надеюсь, что они ничего с мужем не сделали плохого, — надеется Светлана.

«Проходила информация, что 21 марта людей вывозили в Беларусь»

Собеседница размещала посты о поиске мужа в украинских телеграм-каналах, в соцсетях — никто не откликнулся. Искала его и среди погибших.

— Я передавала данные о нем, во что он был одет, приметы. Мне присылали фото погибших. Было два ужасных случая, когда там были похожие на него люди. Но это точно не он: у мужа довольно большой шрам после операции на почке. Также перед самой войной у него отвалился зуб, а еще один — раньше, он не успел его сделать. То есть у него спереди сверху нет двух зубов, справа от центральных. Это вот такие приметы явные. Ну и последний раз военные ездили смотреть [тела найденных местных жителей] - сказали: «Успокойтесь, это не он». Слава богу, такой информации, что он погиб, нет. Ну, и у нас тут, где мы жили, не было расстрелов. Если бы что, уже бы нашли. Вот через километр-два от нас — там уже жуть, и в Буче. Я все время просматриваю фотографии всех трупов.

Светлана говорит, что проверяла даже тела из братских могил. Ее мужа там не нашли. Женщина написала заявление на розыск и отдала экспертам зубную щетку мужа и тот самый зуб, который отвалился. Но пока нет информации о том, где Геннадий и что с ним.

Тела людей, которых достали из братской могилы в Буче. Фото: facebook.com/bucharada.gov.ua
Тела людей, которых достали из братской могилы в Буче. Фото: facebook.com/bucharada.gov.ua

Женщина предполагает, что ее мужа могли увезти из Украины, так как у него белорусское гражданство. Так она аргументирует свои мысли:

— Телефон у него забрали, документов при нем не было — они его в той же кофте и кроксах и забрали, даже куртку ему не взяли. Но ведь почему-то их интересовало то, что он военный. Российские солдаты полностью заняли нашу военную часть в Гостомеле, там была военная форма. Говорят, они там могли переодеть мужчин в военнослужащих — думаю, чтобы потом поменять на [украинских] военнопленных: на гражданских же не поменяешь по закону. Кого-то надо было брать, а украинских военных в Буче и Гостомеле, когда там стояли россияне, не было. Я очень надеюсь, что они его как белоруса пожалели. Только где он?

— Проходила информация, что 21 марта людей вывозили в Беларусь. Мы познакомились с женщиной, у нее муж 10 марта пропал, когда вывозил людей из Гостомеля. Ей как раз 21-го был звонок с незнакомого номера — единственное, что она услышала в трубке: «Это Леша». И всё оборвалось. Связь была плохой, но она узнала его голос. Когда стали пробивать, откуда был звонок, где телефон, выяснилось, это было у границы с Беларусью или уже на границе. Где ее муж, куда их везли? Она ничего не знает. До сих пор о нем ничего неизвестно. Но тут же через границу в стороне Чернобыля у россиян не было никаких препятствий…

Если все же Геннадий попал в Беларусь, Светлана не понимает, почему он не выходит на связь. Волнуется за его здоровье, допускает, что из-за проблем с сердцем мог попасть в больницу.

— Он обычно таблетки принимал сердечные, от давления, а теперь не знаю, как он, — волнуется Светлана. — Мне бы узнать, какая именно часть тут у нас стояла, какое подразделение… Я просила знакомых, которые у нас в Беларуси остались, но многие из военнослужащих рассказывают, что за такие поиски ими сразу начинают интересоваться. Не знаю, насколько это правда, но понимаю, что это может быть. А больше мне в Беларуси не к кому обратиться. Но я знаю, что, если бы его отпустили, ему есть куда там пойти, в том же в Гомеле. Он знает дочкин инстаграм, знает, где он живет, точно помнит свой номер телефона. В 21-м веке пробить информацию и связаться с родными ведь несложно. Думаю, кто-то бы ему помог выйти на связь… Но говорят, что им не дают общаться.

«Я на 90% уверена, что Гена живой»

11 апреля Светлана вернулась домой окончательно. Говорит, не могла больше находится в Киеве, куда эвакуировалась.

— Я сейчас здесь, приехала навести порядок: тут же поразмораживались холодильники, морозилки, вонь стоит жуткая. Все перевернуто в доме — спокойно и уверенно рассказывает женщина. — Я звучу бодро знаете почему? Я уехала, чтобы ни с кем не разговаривать, потому что все постоянно спрашивают о муже. Мне уже настолько эмоционально плохо было там, что я решила приехать домой и убирать все здесь, отмывать, вычищать. Ночевать хожу к соседке Рае.

— Этот поиск через белорусские СМИ мне дает большую надежду — вы просто даже не представляете какую, — плачет женщина. —  Я так верю, что мне кто-то поможет, поэтому я за вас цепляюсь, как могу… Помогите мне, пожалуйста, его найти. Понимаете, если его не находят в этих плохих списках (погибших. — Прим. Ред.) — это уже хорошо. У нас говорят, что куда только не вывозили людей из Украины. Я даже про Сибирь слышала. Даже что там нашим начинают выдавать российские паспорта. Я на 90% уверена, что с Геной все в порядке. Ну как в порядке — что он живой. Есть у меня последнее время сомнения, конечно, но я стараюсь отгонять эти мысли. Они ведь не тронули машину, в доме ничего не разбили, даже окна целые.

Геннадий Щербань. Фото предоставлены его супругой
Геннадий Щербань. Фото предоставлены его супругой

Полное имя супруга Светланы — Геннадий Алексеевич Щербань. Его дата рождения — 29.02.1968.

— Может, кто-то его видел. Он среднего роста, около 173 см. Может быть небритым, на щеке справа есть шрам. Телосложение ближе к спортивному, ну, животик у него немного был. Когда его забрали, был в кроксах, темных спортивных штанах и серой флисовой кофте, — говорит жена пропавшего.

Если вы что-то слышали об этом человеке или видели его, свяжитесь, пожалуйста, с нашей редакцией. Написать нам можно в Instagram, в Telegram — в наш аккаунт для обратной связи @zerkalo_editor и на почту [email protected]

Также просим вас сообщить, если вам что-то известно о других случаях, когда людей из Украины могли привезти в Беларусь.