Уроженка Барановичей Анна Щерба была призеркой чемпионатов Европы по плаванию, выступала на Олимпиаде за Беларусь и Францию. С начала 2000-х она практически постоянно жила в Европе, а сейчас обосновалась во Франции, где проводит уроки по плаванию и воспитывает четырех дочерей. Блог «Люди» узнал у Щербы, как она совмещает работу и материнские обязанности, чем ей помогают муж и государство, а также почему пары не стремятся иметь много детей — не только в Беларуси, но и в Евросоюзе. Мы перепечатываем этот текст.
«Мнение других нас не волновало»
Анна Щерба и ее муж Ян (он француз) живут в Сен-Дизье — городке, расположенном примерно в 250 километрах от Парижа. У супругов четыре дочери: Элайе 14 лет, близнецам Нике и Настасье по 11, а младшей, Тессе, совсем недавно исполнилось шесть.
— С Яном мы вместе почти 20 лет. Не было такого, чтобы планировали большую семью. Оно как-то само вышло, — признается Щерба. — После рождения Элайи я думала, что это первый и последний ребенок. Прошло время, и захотелось второго. Тут был сюрприз в виде близняшек — и мы сразу перескочили с одной на трех девочек. Потом решили, что у нас больше не будет детей. Но все же захотелось еще мальчика, а то, блин, одни девочки в семье (смеется. — Прим. «Люди»). А родилась Тесса. На этом точно все.
По словам Щербы, больше всего сомнений было перед решением зачать Тессу.
— Все-таки мне было 38 лет, а мужу 40. Обсуждали, потянем ли финансово, хватит ли моральных и физических сил. Мнение других нас не волновало: неважно, кто и что подумает. Главное, во-первых, чего хотим мы. Во-вторых, потянем ли. Решили, что нам это по силам, — и вот, появился четвертый ребенок.
Щерба говорит, что иногда все же задумывается, правильный ли был сделан выбор — иметь четырех детей. По ее словам, сомнения бывают — особенно «не в лучшем моральном состоянии».
— Вся обстановка в мире и во Франции тоже не добавляет настроения. Нет, у меня было желание иметь детей. Это, наверное, на физиологическом уровне. А когда встречаешь человека, с которым видишь возможность построить семью, желание стать мамой только усиливается. Знаете, у моей тети умер сын, когда ему было 11 лет, а мне на тот момент — 12. Я переживала смерть двоюродного брата долгие годы. И всегда боялась, что есть риск потерять ребенка и повторить судьбу тети. Поэтому хотела минимум двоих детей.
«Порой говорю детям, что не рожала их, чтобы обслуживать»
Щерба работает преподавательницей по плаванию в муниципальной школе. Нагрузка — 37 часов в неделю, график ненормированный. Раз в месяц беларуске нужно работать и в выходные. А ее муж Ян — тренер по плаванию в частном клубе.
— Если бы не было четкого планирования, то мы бы ничего не успевали, — рассказывает собеседница. — Обычно Ян завозит старшую рано утром на тренировку: Элайя профессионально занимается плаванием. Я готовлю завтрак остальным и еду на работу. Школа у детей начинается в 8.30. Близнецы отводят на занятия младшую, а потом идут сами на уроки. В школе они могут обедать и оставаться в продленке (естественно, это платно), а иногда их забирает муж — и тогда дети едят дома. После школы развозим их в секции. Старшая и младшая плавают, а близнецы, кроме спорта, поют и танцуют.
Семья Щербы живет в частном доме — здесь для каждого находится работа. Так что не все ложится на плечи Анны: и муж, и дети принимают участие в организации быта.
— Если я готовлю, то девочки накрывают на стол, загружают тарелки в посудомойку, пылесосят и убирают вместе с мужем. Стирка обычно на мне. Муж не разбирается или делает вид, что не понимает, при какой температуре лучше стирать. А вот подстричь газон — это на нем. У нас еще две собаки, с ними в основном тоже возится супруг.
Своим детям Щерба внушает мысль, что они должны быть максимально автономными. Руководствуется при этом в первую очередь своим опытом.
— Порой говорю детям, что не рожала их, чтобы обслуживать. Я в 19 лет уехала из Беларуси выступать за клуб во Франции и с тех пор фактически жила за границей, рассчитывая только на себя. Поэтому приучаю девочек быть самостоятельными. Надо уметь делать хотя бы элементарное и не бояться трудностей. А то им только дай волю — будут целый день сидеть в телефонах и планшетах.
Элайю супруги порой оставляют в качестве няни для младших детей, чтобы, например, сходить в ресторан. Для старшей дочери это финансовый стимул — родители награждают ее небольшим «гонораром» за эту работу.
— Когда дети были маленькими, то без помощи нянь не могли обойтись. Это дорого, но моя мама живет в Беларуси — в последние годы она не приезжает во Францию из-за всех проблем с визами и очередей на границе. К тому же первые трое детей родились в Канаде, где мы работали тренерами и жили несколько лет. То есть и родители мужа были очень далеко, а не в паре часов езды, как сегодня, — описывает собеседница. — Младших тоже стараемся поощрять, чтобы они хорошо вели себя с Элайей в отсутствие родителей. В таких ситуациях наши дети обычно не сдают друг друга — даже если что-то не поделили.
«Пугает, в каком мире будут жить мои девочки»
Щерба говорит, что хорошо понимает тех, кто не хочет иметь детей или останавливается на одном ребенке.
— В моем окружении есть француженки, у кого и трое, и четверо, и даже пятеро детей. Но это скорее исключение. Коллеги, которым по 20−30 лет, в основном говорят, что им достаточно одного. Прежде всего из-за финансов. Начиная с пандемии коронавируса во Франции все сильно подорожало. Любая война, мировой конфликт — цены быстро растут. Если раньше, когда родились близнецы, я могла позволить себе работать на полставки, и нам этого хватало вместе с зарплатой мужа, то сейчас мы должны работать вдвоем, чтобы содержать семью и платить кредит за дом.
Происходящее во Франции беларуске не нравится — в частности, поведение мигрантов. Анна опасается даже начала гражданской войны.
— Пугает, в каком мире будут жить мои девочки. Если перенести нынешнюю ситуацию лет на 20 назад, то я бы точно столько не рожала. Франция уже далеко не та, что была, когда я впервые здесь оказалась. Я сама эмигрантка. Но работаю, плачу налоги, уважаю страну, в которой живу. А многие, к сожалению, не только приезжают и сидят на пособиях, но и очень плохо себя ведут, качают права. Сужу об этом хотя бы по своей школе… Правительство почему-то ничего с этим не делает.
«За четырех детей ежемесячно получаем 810 евро»
Во Франции за выплату социальных пособий отвечает организация под названием Caisse d’Allocations Familiales. Размер финансовой поддержки зависит от количества детей и дохода семьи.
— За четырех детей ежемесячно со всеми надбавками мы получаем 810 евро (около 2690 рублей; здесь и далее по курсу Нацбанка Беларуси на 8 мая 2026. — Прим. «Зеркала») — то есть примерно 200 евро (примерно 670 рублей) на каждого ребенка, — рассказывает Анна. — Также есть выплаты на детей с шести лет для подготовки к школе. Деньги перечисляют раз в год в августе, суммы варьируются в зависимости от возраста ребенка. На трех человек у нас было в прошлом году около 1800 евро (почти 6000 рублей) — за Тессу пока еще не получали. Мы считали, что в среднем собрать рюкзак стоит 200 евро, если нужно купить одежду или обувь — еще столько же. Денег не хватает на весь учебный год, но хоть что-то.
Кроме того, во Франции существуют единоразовые выплаты за рождение ребенка. Когда появилась Тесса, то беларуске перечислили примерно 800 евро (около 2650 рублей).
— Еще один бонус — на данном этапе, воспитывая четырех детей, мы с мужем освобождены от уплаты подоходного налога. Здесь опять же все зависит от дохода родителей и сколько человек находятся на их обеспечении, — отмечает собеседница.
По воспоминаниям Щербы, в Канаде, где родились три дочери (семья жила там с 2009-го по 2015-й), декретный отпуск был год. А во Франции ей надо было выходить на работу уже через четыре месяца.
— Мне было очень сложно отдавать Тессу в сад в таком возрасте, поэтому так вышло, что еще на два месяца взяла больничный. Хотя я не из тех мам, кто может долго сидеть дома, — замечает собеседница. — Мне нужно движение, спорт, чем-то заниматься. Муж порой спокойно оставался дома с детьми, когда они были совсем маленькими.
Для многодетных семей во Франции также предусмотрены и различные скидочные карты. Но семья решила отказаться от этих бонусов.
— Например, есть скидки на проезд в поездах. Но у нас минибус на девять человек — проще потратиться на бензин, чем купить шесть билетов, — говорит Щерба.
«Могу сорваться, когда сильно устаю»
Щерба не скрывает, что они с мужем делят пополам оплату текущих расходов на семью. Спортсменка привыкла быть независимой.
— Если мы оба работаем полный день, то не понимаю, почему муж должен меня содержать. Конечно, мы проходили разные моменты. Бывало, что большинство расходов ложилось на мужа, иногда — на меня. Да и, повторюсь, жизнь постоянно дорожает. Среди знакомых, наверное, нет мам, которые бы постоянно находились дома с детьми, а работали только мужья.
Щерба считает, что она неидеальная мать. Но, когда у тебя четверо детей, такой быть практически невозможно: столько дочек — это далеко «не всегда праздник дома».
— Девочки могут сцепиться друг с другом по любому поводу. Тем более сейчас такой период, что у близнецов начинается подростковый возраст, а старшая уже давно в этом состоянии. Я могу сорваться, когда сильно устаю на работе или не выспалась. Даже матом, бывает, ругаюсь, — откровенничает Щерба. — В семье говорим на французском, но дети знают некоторые русские слова. И если слышат их, то хорошо понимают, что маму лучше не злить. Муж с дочерьми более мягок. Но и его терпение не безгранично.
Моменты семейного счастья беларуска ценит особенно сильно.
— Можем без слов обняться с детьми и так лежать какое-то время. В отпуске обычно тоже нет разногласий. На море или океане все расслаблены, нет спешки и стресса. Конечно, бывает и гордость за детей. Например, Элайя уже показывает хорошие результаты в плавании. В общем, всякое случается, и я стараюсь ценить то, что есть.
Поблагодарить за статью