Поддержать команду Зеркала
Белорусы на войне
  1. В Министерстве образования рассказали, какие вузы недобрали студентов, и назвали топ специальностей по проходным баллам
  2. «Украинские диверсанты» на курской АЭС, ракеты из Беларуси, взрывы в Крыму. Сто семьдесят четвертый день войны в Украине
  3. «Что у вас на обед? Ягненок с кровью?» Пропагандисты атаковали евродипломатов во время суда над Ивашиным: цитаты
  4. Украине поставили САУ Zuzana 2 — оружия такого уровня у России нет. Рассказываем, как его смогла разработать небольшая Словакия
  5. В России подорвали шесть опор ЛЭП Курской АЭС
  6. Суд по делу о «захвате власти» закрыли, чтобы допросить внедренного к «заговорщикам» силовика — подполковника генерального штаба
  7. Лукашенко после «разноса» мотовелозавода за провал по локализации поручил назначить нового директора
  8. «Важные истории» узнали имена российских солдат, причастных к убийствам жителей Киевской области и позвонили им. Один признался
  9. В 2022-м белорусов массово задерживают за акции протеста в 2020-м — вероятно, в этом помогает программа Kipod. Поговорили с ее разработчиками
  10. Неудачная попытка штурма под Николаевом, раскол в российских силах. Главное из сводок штабов на 174-й день войны
  11. «Жуликов здесь хватает». Лукашенко пожаловался на «нерасторопных чиновников» и бардак с долгостроями в Минске
  12. Лукашенко отменил платное бронирование времени пересечения границы
  13. В Минздраве рассказали о росте заболеваемости коронавирусом и оценили опасность «омикрон-ниндзя»
  14. Уничтожение «наемников и националистов», российские группировки в Украине, штурм Песков опять отбит. Главное из сводок штабов
  15. «Формирование гражданственности, патриотизма». Какие новые учебники получат школьники и что в них изменится
  16. Украина продляет мобилизацию, видео взрыва в курортной Затоке, арест российских активов на 5 млн долларов: 173-й день войны
  17. Главное — поддерживать власть. После 2020-го на высоких должностях в Беларуси оказалось немало неожиданных людей — рассказываем
  18. Два года назад в Минске прошли два митинга: в поддержку Лукашенко и за честные выборы. Сравниваем их масштаб на двух фото
  19. В среду — оранжевый уровень опасности. Снова +31°С и местами грозы
  20. Суд по делу о «захвате власти»: Зенкович записывал ZOOM-конференции «заговорщиков» для «военных коллег» и «партизан»


3 августа стало известно о задержании двух белорусов, которые несколько лет живут в Польше. Оба они приехали на родину в гости к родственникам. Еще раньше силовики задержали сотрудницу EPAM — она вернулась из Литвы в Беларусь. В обоих случаях не было информации об уголовных делах в отношении этих людей или даже о том, что они сидели «сутки». Почему силовики задерживают людей, которые возвращаются в страну спустя два года после президентских выборов? Поговорили об этом с экс-начальником 3-го управления ГУБОПиК, представителем инициативы BYPOL Александром Азаровым.

Фото носит иллюстративный характер

Почему участились новости о задержании белорусов, которые вернулись домой?

По мнению Азарова, такие ситуации случались и раньше. Задержания людей, которые участвовали в протестах и через некоторое время решили вернуться в Беларусь, вполне укладываются в работу «правоохранительных органов».

— Силовики ведут дела оперативного учета по протестам. Когда дело заводится, в его рамках отрабатываются тысячи людей, которые могут быть причастны к участию в них, — объясняет представитель BYPOL. — Собираются фото- и видеоматериалы по всем акциям, а через Kipod, принадлежащий компании Synesis, устанавливаются конкретные люди. Когда этот материал собирается, начинается проверка, где они находились в тот момент. Пробивается местонахождение телефона.

— Собираются сведения, что человек действительно был на улице. Устанавливается, где он сейчас, пересекал ли границу. Силовики могут провести еще и «оперативную установку» — опросить соседей, которые подтвердят, что человек уехал и его уже долгое время не видели. Соответственно, на такого человека собирается материал, он ставится на контроль пересечения границы. Сроков этого контроля нет: сначала три месяца, а затем его могут продлевать. Именно поэтому силовики могут ждать год или два. А когда человек пересекает границу Беларуси, материал на него быстро собирается. Сведения заносятся в единую книгу регистрации преступлений — и тогда вернувшегося на родину едут задерживать.

Азаров добавляет, что в протестах участвовали сотни тысяч людей. И для того, чтобы установить большинство из них, требуется время. Именно по этой причине белорусы, которые сейчас оказались задержаны, ранее смогли спокойно выехать из страны.

— Силовики работают в накопительном режиме: они продолжают устанавливать участников постепенно. Преступность в Беларуси растет, но ею никто не занимается, потому что основная задача сейчас — это подавить в стране любые протесты. Этот процесс не останавливается.

Почему тех, кто вернулся, пропускают в Беларусь, а не задерживают сразу на границе?

— Это связано с удобством силовиков, — поясняет представитель BYPOL. — Представим, что человек пересекает границу в нерабочее время, ночью или утром. Сотрудник погранслужбы сообщает об этом оперативнику. Что ему делать? Да, он мог бы приехать, но он уже находится дома, отдыхает с женой. Ему нужно собраться, голодным ехать на границу, брать служебную машину. В общем, проблем выше крыши.

А приехавший человек никуда не денется: он же не будет прятаться в лесу, а вернется к себе домой. В таком случае оперативник спокойно встанет утром, соберет материал, зарегистрирует его, пойдет к прокурору получать санкцию на обыск или осмотр жилища. На следующий день запланирует задержание с обыском. После этого уже приедет к человеку домой.

Снимок носит иллюстративный характер

Если на меня не заведено уголовное дело и я не проходил по «протестной» статье, могу ли я оказаться в какой-то базе, которая даст право меня задержать?

Александр Азаров добавляет, что у силовиков существует «База беспорядков». В нее заносятся все люди, которые привлекались по административным и уголовным статьям.

— При этом те граждане, которые проходят по делам оперативного учета, не находятся ни в каких базах. Их могут поставить на учет во внутреннюю базу МВД, но и это не обязательно — с ней много проблем. В таком случае для каждого человека, который проходит по делу, нужно заполнять кучу документов. Поэтому чаще все происходит так: силовик определяет сто человек, которых нужно задержать. Раскладывает распечатки, которые подтверждают их участие в протестах, и ждет людей домой. Когда те возвращается, все эти документы вынимаются из оперативного учета и регистрируются. Работник условного МВД получает санкцию — и идет работать.

При этом Азаров добавляет, что для распознавания лиц силовики продолжают использовать ту же систему Kipod. По его словам, эта система установлена на каждом рабочем компьютере в МВД и Следственном комитете:

— Многие люди рассказывали нам, что напрямую при них сотрудники милиции проверяли в этой системе фотографии и устанавливали их личности. Нужно понимать, что в Kipod загружаются все фотографии с акции протеста: как снимки и видео журналистов, так и то, что снимали сами оперативники.

Почему силовики не заводят уголовные дела заранее, а ждут, когда человек вернется в страну?

По словам экс-сотрудника ГУБОПиК, милиция не заинтересована в том, чтобы объявлять в розыск человека и открывать «висяковое» дело.

— Если оно приостановлено, это считается плохим показателем в работе. Когда человек в розыске, он это знает. В отношении него возбуждается уголовное дело, опрашиваются его родственники, уточняется местоположение. Родственники подтверждают, что человек за границей. Соответственно, он в курсе и назад точно не вернется, — поясняет Азаров. — Если же дело не возбуждается, то человек остается в неведении. Все происходит негласно. Он думает, что находится в безопасности, — и спокойно приезжает в Беларусь. Тогда-то его и задерживают.

Фото носит иллюстративный характер

Я участвовал в протестах, но за мной не числятся ни уголовное дело, ни «протестная» административка. Стоит ли мне готовиться к задержанию?

По словам Александра Азарова, перестраховаться от такого сценария сложно:

— От этого не убережешься. Человек не может знать, находится он на учете или нет. Он должен понимать: если он реально протестовал и знает это, при этом его фотографий публично нигде не было, все равно остается риск, что силовики как-то смогут доказать его участие. Кроме этого, человека могут задержать и за комментарий. А если он что-то комментировал в соцсетях и при этом еще и участвовал в протестах, большой риск задержания остается, даже если по базам человек чист.