Поддержать команду Зеркала
Беларусы на войне
Налоги в пользу Зеркала
  1. Лукашенко уже 17 дней не может назначить главу своей администрации. Вот почему это странно
  2. 58 человек погибли, судьбы многих выживших оказались сломаны. Вспоминаем, как почти 40 лет назад под Минском разбился самолет
  3. «Вся эта ситуация — большое горе». Поговорили с сестрой пророссийской активистки Мирсалимовой, уехавшей из-за «уголовки» за политику
  4. В Березовском районе сгорел дом, в котором жила многодетная семья. Погибли четверо детей в возрасте от 2 месяцев до 6 лет
  5. Чиновникам дали задания, как мотивировать беларусов работать дольше и не увольняться. Бюджетников и уехавших тоже касается
  6. Понимал, что болезнь смертельная, но верил в жизнь. Умер экс-боец ПКК Александр Царук — он вернулся с войны и узнал, что у него рак
  7. «Повлиять на ситуацию не можем, поэтому готовы и ждем». Связались с беларусами в Израиле — как они провели ночь во время иранской атаки
  8. Самая большая взятка для Лукашенко? Новое расследование BELPOL о строительстве резиденции политика на Минском море
  9. Иран прокомментировал итоги атаки на Израиль и рассказал о своих дальнейших планах
  10. Снарядов не хватает, украинцам приходится отбиваться стрелковым оружием. США не помогают Украине — и вот к чему это приводит
  11. «24 часа от Минска до аэропорта в Варшаве». Автобусный коллапс на границе с Польшей продолжается


Татьяна Гаргалык,

Не менее 14 белорусов погибли, сражаясь за Украину. Их тела — и даже прах — привезти в Беларусь невозможно. Что происходит с их телами, где упокоены добровольцы выясняло Deutsche Welle.

Фото: пресс-служба полка Калиновского
Фото: пресс-служба полка Калиновского

«Илью, по его желанию, кремировали. Прах сейчас находится у меня, когда закончится война, родители мужа хотели бы забрать его и похоронить на семейном кладбище. Хотя я знаю, что Илья хотел бы, чтобы его прах развеяли, но желание родителей также важно», — говорит Карина, жена 27-летнего белорусского добровольца Ильи Хренова (позывной «Литвин»). 3 марта в бою за Бучу Илья получил ранения, несовместимые с жизнью.

«Многие бойцы хотят, чтобы в случае гибели их кремировали»

В батальоне «Террор» (вышел из состава белорусского полка имени Кастуся Калиновского (ПКК) — Ред.) каждый боец при вступлении в сообщает, с кем связаться в случае ранения или гибели. Если есть пожелания, касающиеся процедуры захоронения, то их также указывают.

«Многие в случае смерти хотели бы, чтобы их кремировали, а прах развеяли или передали родным, если те находятся в Европе, — рассказали представители батальона DW. — Кто-то категорически против кремации, и так как для людей это важно, мы стараемся выполнить их волю. У нашего последнего погибшего невеста из Винницкой области, его похоронили там».

Илья Хренов ("Литвин") с женой Кариной. Фото из архива
Илья Хренов («Литвин») с женой Кариной. Фото из архива

В Украине был похоронен и боец белорусского полка «Пагоня». Похороны погибшего, которого в телеграм-канале полка называют «Жнецом», прошли 2 октября в городе Тальное (Черкасская область). «Здесь завещал похоронить себя наш боевой друг Жнец. Именно здесь похоронен его побратим, с которым они защищали независимость Украины в 2016 году», — сообщает «Пагоня».

Ирина, жена 31-летнего Алексея Скобли (позывной «Тур») также признается, что хотела похоронить тело мужа в Украине, но узнала от его сослуживцев, что Алексей в случае гибели завещал себя кремировать. В свою очередь, его родители попросили передать прах сына им, чтобы похоронить в Беларуси.

«Мы договорились встретиться в Польше. Трудно было самой собрать все необходимые документы (для транспортировки урны. — Ред.). Во Львове мне помог мужчина, занимающийся международными ритуальными услугами», — добавляет Ирина. Алексей Скобля воевал в подразделении Сил специальных операций ВСУ, погиб 13 марта в бою под Киевом.

Прах погибших невозможно передать в Беларусь

«Погибшие, у которых есть семьи в Украине, были похоронены здесь. Если родные в Беларуси или странах ЕС, то они чаще всего просят провести кремацию. Мы занимаемся всеми организационными вопросами», — рассказали DW в пресс-службе белорусского полка имени Кастуся Калиновского.

Алексей Скобля ("Тур") с женой Ириной. Фото из архива
Алексей Скобля («Тур») с женой Ириной. Фото из архива

По словам собеседников, если родственники погибшего живут в ЕС, передать им прах возможно — ПКК через посольство оформляет разрешение на вывоз урны, а вот семьи в Беларуси вынуждены оставлять урны на хранение в крематории.

«Человека, который будет ее везти, могут задержать „за соучастие“, потому что мы в РБ считаемся экстремистами, террористами, предателями родины. Прах оставляют на хранение до того времени, пока Беларусь не станет свободной и можно будет похоронить своих близких в родной земле», — говорят в ПКК.

Также в пресс-службе отмечают, что из-за преследования, которым в Беларуси подвергаются родственники добровольцев, полк не называет имена последних погибших.

«Еще у нас четверо бойцов, чьи тела мы не смогли забрать, потому что там до сих пор проходит линия фронта», — добавляют представители полка.

«Не знаю, когда смогу похоронить мужа»

«Я не знаю, когда смогу похоронить мужа. Его тело осталось на оккупированной территории. Я сделала ДНК-тест нашему ребенку, чтобы в дальнейшем можно было провести сравнение с ДНК останков погибших. Опознать тело, боюсь, будет невозможно», — говорит Елена Гергель, жена бойца ПКК Василя Парфенкова (позывной «Сябро»). Вероятно, он погиб 26 июня в бою под Лисичанском.

Василь Парфенков ("Сябро") с женой Еленой и детьми. Фото из архива
Василь Парфенков («Сябро») с женой Еленой и детьми. Фото из архива

Елена отмечает, что из-за огромного количества запросов, как от военных, так и от гражданского населения, тесты обрабатываются не менее трех месяцев с момента взятия.

Женщина говорит, что пока не знает, где похоронит мужа.

«У нас в районе есть кладбище с Аллеей героев — участком, на котором хоронят военных с 2014 года, но сейчас он практически занят, и каждый день там появляются новые могилы, — делится Елена. — Я знаю, что Василь хотел бы быть среди своих — на Лесном кладбище Киева. Там много его побратимов. Но пока остается только ждать».

В Беларуси родные Василя Парфенкова неоднократно подвергались давлению властей, у них проходили обыски, их задерживали и заставляли сниматься в так называемых «покаянных» видео. В апреле в провластных телеграм-каналах появилось видео с мамой бойца. Силовики заставили женщину сказать на камеру, что она презирает сына.

Несколько раз задерживали двоюродного брата Парфенкова Сергея Бондаренко. После очередного допроса в ГУБОПик Сергей попал в больницу. Оттуда мужчине удалось сбежать и выехать в Польшу.