Поддержать команду Зеркала
Белорусы на войне
  1. «Слушайте, вы такие вопросы задаете!» Интервью с Борисом Надеждиным, который хотел стать президентом России
  2. «Отработайте, и у вас получится». Спросили у экс-сенатора, как заработать на дом за 1,5 млн долларов (она продает такое жилье в Минске)
  3. Стала известна дата похорон Алексея Навального
  4. By_Help: Некоторых белорусов, ранее откупившихся за донаты, теперь обвиняют в «измене государству»
  5. Из свидетелей — в соучастники. Как так вышло, что три десятка советских рабочих шесть часов насиловали 19-летнюю девушку
  6. Уже через несколько дней силовики смогут мгновенно заблокировать едва ли не любой ваш денежный перевод. Рассказываем подробности
  7. Российская армия вернула себе инициативу на всем театре военных действий — что ей это дает. Главное из сводок
  8. «Врачи говорят готовиться к летальному исходу». Поговорили с парнем белоруски, которую изнасиловали в центре Варшавы
  9. Подозреваемого в изнасиловании белоруски полиция Варшавы перевозила в странном шлеме. Для чего он нужен?
  10. Сейчас воспринимаются как данность, но в СССР о них не могли и мечтать. Каких привычных для Запада вещей не было в Советском Союзе
  11. «То, что ты владелец, не дает абсолютно никаких прав». Поговорили с другом белорусов, квартиру которых в Барселоне захватили сквоттеры
  12. Армия РФ держит высокий темп наступления, чтобы не дать ВСУ закрепиться, Минобороны заявило о захвате еще одного села. Главное из сводок
  13. Непризнанное Приднестровье обратилось к России за помощью из-за «экономической блокады со стороны Молдовы»
  14. Замначальника погранзаставы «Мокраны» вылетел со службы из-за «проступка» и теперь немало должен. Его подвел бизнес
  15. Чиновники снова взялись за тех, кто выехал за границу. На этот раз — за семьи с детьми
  16. Новшества от мобильных операторов и банков, усиленный контроль силовиков, дедлайн по налогам. Что изменится в марте
  17. В Канаде рассказали о прорывной разработке, которую в Беларуси зарубили много лет назад. Как такое происходит, объяснил автор проекта
  18. Продавать с молотка арестованную квартиру Валерия Цепкало не будут. Вот почему


Неделю назад в Украине вынесли приговор главному инженеру брестского Дорожно-строительного треста № 4. Его обвинили в расхищении средств на одном из ремонтов дорог в Волынской области. 63-летнего руководителя осудили на 7 лет лишения свободы. Углубившись в судебные документы в украинских реестрах, «Зеркало» обнаружило, что процесс и приговор выглядят довольно странно: годом ранее мужчину оправдали, но после апелляции прокуратуры без каких-то существенных новых доказательств приговор сменили на обвинительный. А затем оказалось, что это дело — лишь верхушка айсберга судов, проблем и коррупционных схем, которые развернулись вокруг белорусских дорожников в Украине.

Главный инженер ДСТ №4 Бреста. Фото: газета "Дороги Беларуси"
Главный инженер ДСТ № 4 Бреста. Фото: газета «Дороги Беларуси»

Когда-то, до начала полномасштабной войны, между Беларусью и Украиной были активные экономические отношения. Да и политические тоже: украинские президенты не гнушались контактов с Александром Лукашенко. Так, весной 2017 года Минск посетил Петр Порошенко. Среди прочего в ходе визита он предложил Беларуси заняться ремонтом трасс в Украине. С этого и началась экспансия наших дорожников в соседней стране.

«В Украине наш холдинг представлен тремя дорожно-строительными трестами: ДСТ № 6 Гродно, ДСТ № 4 Бреста и ДСТ № 2 Гомеля. Кроме того, в помощь нашим трестам было создано совместное украинско-белорусское предприятие „Белавтодор-Украина“, которое уже делает первые шаги на украинском рынке», — рассказывал в сентябре 2017 года гендиректор «Белавтодора» Юрий Масюк в интервью украинской «Экономической правде». Позже на украинский рынок пришел и Строительно-монтажный трест № 8 Минска.

По словам Масюка, начинать в новой стране белорусам было непросто, возникало много препятствий при участии в тендерах, но все же удавалось пробиваться, уже за первые месяцы белорусские дорожники выиграли два аукциона на ремонт дорог. Дальше — больше. Особенно активным был именно брестский трест.

«В портфеле заказов ДСТ на текущий год договоры на сумму более $ 10 млн», — писали о нем госСМИ в мае 2019 года. Трест № 4 на тот момент начал или собирался начать работы на семи объектах в четырех регионах Украины, в том числе на участках трасс Одесса — Киев и Киев — Чоп (трасса до Львова и границы с Венгрией).

«Создали у заказчиков хорошее впечатление, активно участвуем в электронных аукционах по ремонту дорог, благодаря чему расширяем сотрудничество с регионами», — говорил тогда главный инженер брестского ДСТ-4 Александр Зарецкий. Именно он был назначен главой представительства этого предприятия в Украине и, соответственно, руководил работой на месте.

Александр Зарецкий — уроженец деревни Поросляны Пружанского района, окончил Брестский инженерно-строительный институт, начинал с мастера и прораба, дорос до главного инженера «Бреставтодора», работал и в СМТ-8 в Минске, а затем вернулся в Брест. В 2020-м получил почетную грамоту «Белавтодора» за «добросовестный труд, профессионализм, значительный личный вклад в развитие дорожной отрасли». Сейчас ему 63 года, его жена и двое детей — тоже работают в дорожном строительстве. Зарецкого характеризовали как грамотного и требовательного руководителя, поэтому ему и поручили работу в Украине.

Только в 2018—2020 годах брестский ДСТ-4 принял участие в 39 украинских тендерах, выиграл семь на текущий ремонт дорог и один — на капитальный. Также он участвовал в реализации контрактов гомельского и минского трестов как субподрядчик.

Скриншот газеты "Дороги Беларуси", 2020 год
Скриншот газеты «Дороги Беларуси», 2020 год

«Александр Иванович в прошлом году руководил укладкой асфальтобетонной смеси в Волынской, Ровенской, Киевской и Житомирской областях», — говорил про него гендиректор ДСТ-4 Игорь Шугаев в марте 2020 года.

Но вскоре к работе Зарецкого возникли вопросы у украинских правоохранительных органов, и уже через полгода, в сентябре 2020-го, он стал фигурантом уголовного дела — из-за тех самых дорог в Волынской области.

Никаких претензий

Летом 2018 года ДСТ-4 боролся за тендер на ремонт 3,2-километрового участка местной дороги между деревней Старая Гута и райцентром Старая Выжевка. Ремонта этой дороги жители ждали очень давно — порядка 15 лет, но местным властям все время что-то не удавалось, хотя были и торги, и проекты. ДСТ-4 тоже сначала не удалось выиграть тендер, несмотря на предложенную самую низкую цену, но компания обжаловала решение и осенью на новых торгах была признана победителем.

Договор на текущий ремонт дороги был подписан 10 октября 2018 года между ДСТ-4 и Департаментом регионального развития и жилищно-коммунального хозяйства Волынской областной госадминистрации (далее Волынская ОГА). Сумма тендера была почти 13,5 млн гривен — около 480 тыс. долларов (здесь и далее суммы переводятся по курсу на дату событий).

ДСТ-4 вел работы в партнерстве с «Белавтодор-Украина» на основании договора о совместной деятельности. Летом 2019 года трест обеспечивал рабочих и технику на покрытии дороги. К сентябрю асфальт уже был уложен. Финальные отчетные ведомости, акты выполненных работ были поданы заказчику в сентябре, тот все проверил и передал документы на оплату.

Ремонт дороги. Фото: "ДСТ №4 г. Бреста"
Ремонт дороги. Изображение носит иллюстративный характер. Фото: «ДСТ № 4 г. Бреста»

Брестский трест не только уложился в бюджет, но даже смог сэкономить деньги украинцев, и позже стороны подписали допсоглашение об уменьшении итоговой стоимости ремонта до 12,5 млн гривен — то есть почти на миллион (около 40 тыс. долларов).

В ноябре 2019-го дорога была сдана в эксплуатацию. У комиссии и заказчика не было никаких замечаний, все были довольны. Но позже что-то пошло не так.

Появление дела

4 мая 2020-го на дороге побывали сотрудники управления контрразведывательной защиты госинтересов в сфере экономической безопасности Службы безопасности Украины. Они составили рапорт о выявленном преступлении, в котором утверждается, что «подрядчик при исполнении работ использовал стройматериалы ненадлежащего качества, что обусловило появление шелушения и трещин асфальтного покрытия».

Уже 6 мая возбуждается уголовное дело по ст. 191 УК Украины о хищении путем злоупотребления служебными полномочиями (ч. 5 ст. 191 УК Украины) и служебном подлоге (ч. 1 ст. 366 УК). Причем изначально участники строительства подозревались в сговоре.

«Установлено, что должностные лица Представительства ОАО «ДСТ № 4 г. Брест» и ООО «СУБП «Белавтодор-Украина» по предварительному сговору с должностными лицами Департамента регионального развития Волынской ОГА в ходе выполнения работ по ремонту … путем внесения в первичную отчетную документацию недостоверных сведений о стоимости использованных материалов незаконно присвоили бюджетные средства на сумму 400 тыс. гривен», — говорилось в документах следствия. Это около 15 тыс. долларов.

Следствие проводит обыски в Волынской ОГА, на асфальтобетонном заводе «Рівнеавтошляхбуд» (он поставлял смесь для покрытия дороги) и в офисе «Белавтодор-Украина» в Киеве. Точнее, в последнем ничего не нашли — это был адрес массовой регистрации компаний. Тогда сами представители компании предложили поехать в фактический офис на ул. Липковского 45−810, где и нашлись все искомые документы. В этом же офисе зарегистрированы представительства четырех белорусских трестов, и впоследствии адрес всплывет еще не раз.

Однако в итоге таких обширных следственных действий обвинение почему-то предъявляют только одному человеку — главе представительства ДСТ-4 Александру Зарецкому. А сумма хищения вырастает более чем втрое.

В чем обвинили Зарецкого

По версии следствия, главный инженер ДСТ-4 решил похитить часть денег. С этой целью он якобы использовал для дорожного покрытия асфальтобетон более низкой марки (В вместо А), и его было на 71 тонну (около 3%) меньше, чем по документам.

Ремонт дороги. Фото: "ДСТ №4 г. Бреста"
Ремонт дороги. Изображение носит иллюстративный характер. Фото: «ДСТ № 4 г. Бреста»

Для хищения средств Зарецкий, утверждало следствие, внес по окончании ремонта дороги в сентябре 2019 года неправдивые сведения в акт приемки работ и справку об их стоимости. Согласно экспертизе, использованная смесь должна была стоить 5,56 млн гривен, а в документах прописали 6,92 млн (соответственно, 2454 и 2963 гривны за тонну).

Эти документы с подписью Зарецкого (подтверждена экспертизой) были переданы заказчику — департаменту Волынской ОГА. Тот документы подписал, составил платежное поручение и передал в казначейство области. Оттуда в октябре ДСТ-4 перечислили оставшиеся 8 млн гривен за работы.

Таким образом, по мнению следствия, Зарецкий совершил служебный подлог и путем злоупотребления служебными полномочиями, добившись оплаты за фактически не проведенные работы, присвоил разницу между заявленной и реальной стоимостью материалов. Она составила 1 млн 362 тыс. гривен — особо крупный размер. Тогда это было около 55 тыс. долларов, на момент приговора в 2023-м — около 37 тыс.

Дело тянулось два года. Еще летом 2020-го имущество Зарецкого (какое, не уточняется) было взято под арест.

Первое заседание было назначено Луцким горрайонным судом на 10 часов утра 24 февраля 2022 года. Очевидно, оно не состоялось: в это утро Россия напала на Украину. Суд в итоге начался только 28 апреля.

Луцкий горрайонный суд. Фото: court.gov.ua
Луцкий горрайонный суд. Фото: court.gov.ua

В новостях о приговоре на прошлой неделе белорусские СМИ писали, что Александр Зарецкий во время суда находится в Украине под подпиской о невыезде (из чего следует, что после обвинительного приговора он отправится за решетку на 7 лет).

Мы выяснили, что это не так. Подписку о невыезде с брестчанина не брали. Из всех мер пресечения к нему применили лишь залог в размере 227 тыс. гривен (около 8 тыс. долларов), который внесло некое юрлицо. Причем залог взяли только через полтора года после начала следствия — 7 октября 2021-го.

Поэтому к началу суда Зарецкого в Украине уже не было. Когда именно он выехал, неясно. Но, начиная с первого заседания, брестчанин участвовал в процессе по видеосвязи с разрешения судьи, как и его адвокат, который в первые месяцы войны был занят в территориальной обороне. При этом ни одного заседания Зарецкий не пропустил, чтобы не потерять залог.

Какие доводы и доказательства были представлены в суде

Документы, изъятые при обысках, подтвердили, что ДСТ-4 и «Белавтодор-Украина» обязаны были контролировать качество работ и характеристики используемых материалов на их соответствие договору, проекту, нормам. Непосредственным руководителем предприятия, выполняющего работы, был именно Зарецкий, он же подписывал финальные документы, значит, он несет ответственность за результат.

По документам у белорусских предприятий все закупленные материалы отвечали проекту и стандартам. Согласно накладным завода «Рівнеавтошляхбуд», на объект поставлялся асфальтобетон в количестве и качестве, соответствующем договору.

После укладки дороги в сентябре 2019-го по заказу Волынской ОГА были взяты образцы асфальта (керны) для лабораторного анализа. Согласно его результатам, смесь, использованная для покрытия, соответствует требованиям. Доказательств того, что Зарецкий мог повлиять на этот анализ, следствие не привело.

Вырезанный образец асфальта - керн. Фото: roadtm.com
Вырезанный образец асфальта — керн. Изображение носит иллюстративный характер. Фото: roadtm.com

После возбуждения дела, в сентябре 2020-го, девять кернов с дороги взяло уже следствие. Но почему-то их отправили сначала на испытания в киевскую организацию, а на судебные экспертизы — строительную и экономическую — керны попали только весной 2021 года. Причем проводила их частная компания ООО «Судебно-экспертное бюро Украины» с офисами в Киеве и Львове. Там эксперты отнесли смесь к типу В и определили ее рыночную стоимость (на этой оценке базировалась сумма ущерба).

Было установлено, что акты выполненных работ составлял не сам Зарецкий, а сотрудники ДСТ-4. Причем сформированный акт сначала передавали заказчику — Волынской ОГА, там сметный отдел перепроверял все данные, акт подписывался и только после этого возвращался на подпись Зарецкому. То есть он подписывал акты самым последним, после заказчиков, которые нарушений не нашли.

На суде выступили три свидетеля. Инженер технадзора со стороны заказчика сказал, что он на объекте лично проверял сертификат асфальтобетона и его температуру, осматривал смесь, подозрений у него ничего не вызывало, и лабораторный контроль он не проводил. Впоследствии дорога была без замечаний сдана в эксплуатацию.

Начальник лаборатории Службы автомобильных дорог рассказала, что смесь А от В можно отличить внешне в готовом виде, а в уложенном — только если вырезать образец. Что лежало на спорной дороге, она не сказала, хотя была при выемке кернов во время следствия. При этом женщина отметила, что технадзор заказчика обязан был проводить выборочный лабораторный контроль смеси перед укладкой.

Фото: "Укравтодор"
Выемка кернов. Изображение носит иллюстративный характер. Фото: «Укравтодор»

Об этом же говорил и директор «Белавтодор-Украина» Юрий Настенко. Он уверял, что смесь не могла быть более низкого класса, так как на объекте ее должен был контролировать и прораб, и техконтроль заказчика — последний имел право выбрать любую машину, приезжающую с завода, и взять пробу асфальтобетона. Заводу не было смысла так рисковать.

Кроме того, Настенко сообщил, что договор на закупку асфальтобетона у «Рівнеавтошляхбуд» подписывал он, а не Зарецкий. В соответствии с договором о совместной деятельности между ДСТ-4 и «Белавтодор-Украина», именно последнее закупало все материалы, нанимало субподрядчиков, поэтому оно и получало в итоге основную массу денег от выполнения тендера, из которых потом рассчитывалось с контрагентами. А ДСТ-4 полагалась оплата только за предоставление рабочей силы и техники на месте.

Действительно, согласно выписке со счета ДСТ-4 в украинском банке, в октябре после окончания ремонта трест получил от Волынской ОГА оставшиеся 8 млн гривен. И перевел их на счет ООО «Белавтодор-Украина». Чуть позже оно вернуло на счет ДСТ-4 деньги за фактически выполненные работы в июле-августе 2019-го — всего 328 тыс. гривен (13 тыс. долларов). А больше деньги никуда со счета треста не уходили и впоследствии не обналичивались.

Что сказал Зарецкий

Главный инженер ДСТ-4 не признал вину ни в хищении, ни в подлоге.

Он сам поставщика асфальтобетона не выбирал и договор не подписывал. Если материал некачественный, ответственность несет производитель, подчеркнул он. Но по документам все было в порядке, на каждую партию были накладные, протокол испытаний, количество и тип смеси соответствовали заявленным. На объекте при укладывании дорожного покрытия Зарецкого не было, так как это не входит в его обязанности: проверять доставленный асфальт и его температуру при укладке должны прорабы и технадзор заказчика.

Главный инженер подтвердил, что подписывал журнал входного контроля качества материалов, но все указанные в нем ведомости потом проверяются службами заказчика. Как и само покрытие после укладки. Только после всех этих этапов и на основании документов составляются акты выполненных работ, говорил руководитель, и он не мог бы самостоятельно внести никаких изменений в них, потому что они тоже проверяются заказчиком.

При этом Зарецкий был категоричен: мол, если бы в дорожном покрытии был асфальтобетон типа В, то дорога бы уже не использовалась по назначению, так как смесь этой категории попросту «не будет лежать» на такой трассе. А переложить ее стоило бы больше, чем вся вмененная сумма ущерба. При этом лаборатория заказчика проверяла уложенное покрытие в лаборатории и не выявила нарушений, напомнил он.

Фото: "Укравтодор"
Ремонт дороги в Украине. Изображение носит иллюстративный характер. Фото: «Укравтодор»

К какому выводу пришел суд?

Что доводы, приведенные стороной обвинения, не доказывают вину подсудимого ни в хищении, ни в подлоге. Вот какой была логика судьи.

  • Документального подтверждения махинаций не обнаружено.
  • Свидетелей, которые подтвердили бы хищение или подлог, не было. Выступавшие предоставили лишь общие сведения.
  • Не доказано, что Зарецкий знал об использовании несоответствующего асфальтобетона и о том, что в ведомостях были ложные сведения. Плюс он составлял их не сам, то есть должен был дать кому-то указание на внесение ложных данных, но этого тоже не доказано.
  • Совершить хищение средств единолично Зарецкий никак не мог, ведь он не имел доступа к деньгам, пока Волынская ОГА после всех проверок согласилась их перечислить. То есть он не был должностным лицом, в полномочиях которого было распоряжаться деньгами — наоборот, передачу средств обеспечили иные должностные лица (чиновники ОГА). Однако никому, кроме Зарецкого, никаких обвинений выдвинуто не было.
  • По мнению суда, стремясь совершить хищение, руководитель бы не оформлял официальную экономию средств (для хищения всегда наоборот завышают расходы). Судья назвал эту ситуацию «алогичной».
  • Нет доказательств, что деньги вообще ушли «налево» и попали в карманы Зарецкого.
  • Не доказано, что потерпевшая сторона — Департамент инфраструктуры Волынской ОГА — фактически понесла какие-то убытки. Департамент не имел к ДСТ-4 никаких претензий, не просил о возбуждении дела и даже отказывался от роли потерпевшего, но в итоге против его воли был включен в обвинительный акт.
  • По мнению суда, некоторые доказательства обвинения были получены с нарушением закона. Например, следствие взяло керны асфальта для исследования без санкции судьи. На этом основании суд признал почти все экспертизы кернов недопустимыми доказательствами и исключил из обвинения. Кроме судебно-экономической экспертизы, но, по мнению суда, она лишь оценивает стоимость разных смесей и не доказывает того, что дорога плохая и заказчик переплатил.

Таким образом, решил суд, следствие не смогло убедительно доказать, что Зарецкий, во-первых, вообще совершил правонарушение, во-вторых, действовал умышленно. Статьи о хищении и подлоге требуют наличия преступного умысла и целенаправленных действий. Без этого состава преступления нет (если руководитель допустил ущерб ненамеренно, по ошибке или недосмотру, могла бы идти речь о служебной халатности. — Прим. ред.).

«Суд не может оставить без внимания часть доказательств и обстоятельств только по той причине, что они противоречат версии обвинения. Наличие обстоятельств, которым версия обвинения не может дать разумного объяснения или которые свидетельствуют про возможность иной версии инкриминируемых событий, является основанием для разумного сомнения в доказанности вины лица», — говорится в приговоре и подчеркивается, что, согласно праву, вина должна быть доказана несомненно.

7 октября 2022 года Александр Зарецкий был оправдан Луцким горрайонным судом ввиду отсутствия состава преступления.

Но на этом тяжба не закончилась.

Второй круг

Прокуратура подала апелляцию, заявив, что решение суда было необоснованным и не учитывало все доказательства в их совокупности. Приговор был отменен, дело вернули на новое рассмотрение в тот же суд. Оно состоялось спустя год.

Почти никаких новых доказательств вины представлено не было. Но процесс пошел совсем иначе.

Что нового прозвучало в суде?

Гособвинение заявило, что по накладным завода «Рівнеавтошляхбуд» прослеживается поставка на объект смеси типа А и Б (но не В). При этом само предприятие может делать смеси всех трех типов, но производит, согласно документам, только А и В.

То есть, делается вывод, у дорожников «была фактическая возможность» закупить на этом заводе смесь типа В для спорной дороги. Доказательств того, что ее действительно закупали, приведено не было.

В журнале входного качества материалов, где стоят подписи Зарецкого, нашлась запись о поставке битума от фирмы, с которой у ДСТ-4 и «Белавтодор-Украина», по данным следствия, никаких деловых отношений не было. Это было принято за свидетельство недобросовестности начальства треста при ведении документации.

Фото: "Укравтодор"
Ремонт дороги в Украине. Изображение носит иллюстративный характер. Фото: «Укравтодор»

Инженер технадзора к предыдущим показаниям добавил, что сотрудники ДСТ-4 не делали лабораторную проверку асфальтобетона на месте перед укладкой, хотя по договору наличие технадзора не снимает с подрядчика обязанности все контролировать.

Директор «Белавтодор-Украина» Юрий Настенко тоже сказал, что главный инженер был обязан все проверять. К тому же, заявил он, Зарецкий хоть и не заключал договоры на поставку асфальта и щебня, но поставщиков с ним согласовывали.

Таким образом, по мнению обвинения, ДСТ-4 «проигнорировал свои договорные обязательства, что позволило скрыть использование более дешевого асфальтобетона и сделало невозможным надлежащий технадзор». Кто использовал неправильную смесь и кто скрывал — об этом обвинение не говорит ничего. И не приводит прямых доказательств, что это сделал Зарецкий. Но подчеркивает, что главный инженер несет за все личную ответственность как начальник.

Если первый суд анализировал доказательства и сопоставлял их между собой, то при повторном рассмотрении судья просто согласился со всеми доводами обвинения и заявил, что показания Зарецкого несостоятельны, выдуманы для избежания вины и опровергаются доказательствами. Как именно, он не объяснял, по крайней мере, в приговоре это не отражено.

Также вернулись все доказательства, которые ранее были признаны недопустимыми. Второй суд нашел в законодательстве новые ссылки, согласно которым следователь имел право взять образцы асфальта без санкции судьи, а значит, их экспертизы законны.

В итоге новый суд пришел к выводу, что вина главного инженера ДСТ-4 в хищении и подлоге полностью доказана.

Луцкий горрайонный суд. Фото: court.gov.ua
Луцкий горрайонный суд. Фото: court.gov.ua

Окончательный приговор?

По статье о хищении Александру Зарецкому назначили 7 лет лишения свободы с лишением права занимать определенные должности на три года и с конфискацией имущества. По статье о подлоге дали еще 2 года, но сразу сняли их ввиду истечения срока давности. К слову, прокурор просил для мужчины 10 лет колонии.

Также его обязали возместить Волынской ОГА ущерб в 1 млн 362 тыс. гривен (сейчас это около 36 тыс. долларов) и оплатить экспертизы на сумму 16 843 гривны.

Зарецкий еще может обжаловать приговор. Впрочем, вероятно, в украинскую колонию он и так не попадет — по крайней мере, пока что, если не будет выезжать за пределы Беларуси.

Не единственное дело

Разбирая дело главного инженера Дорожно-строительного треста № 4 Бреста, мы решили проверить другие судебные документы, связанные с предприятием. Изучая их, мы выходили на все новые и новые уголовные дела, которые вызывали еще больше вопросов к деятельности уже не только брестских, а всех белорусских дорожников в Украине. Оказалось, что они попросту погрязли в судах и за ними тянется солидный шлейф проблем и коррупционных схем.

Правда, не факт, что тут есть существенная вина руководства самих этих госпредприятий. По крайней мере, не только их. Похоже на то, что этот клубок запутал совсем другой человек, гражданин Украины, имя которого недавно гремело в новостях. Об этом читайте в следующем материале «Зеркала» 28 ноября.