Поддержать команду Зеркала
Беларусы на войне
Налоги в пользу Зеркала
  1. У Дворца независимости заметили людей в форме, скорые и МЧС. Узнали, что происходит
  2. Сможет ли армия РФ захватить Часов Яр к 9 мая и почему российское командование уверено в этом — анализ экспертов
  3. В двух беларусских театрах происходят массовые увольнения актеров и сотрудников
  4. Как обострение на Ближнем Востоке и новые санкции повлияют на курсы доллара и евро? Прогноз по валютам
  5. Почему в Пинске так много змей на набережной и откуда появились гадюки на грядках, объяснил ученый
  6. В Березовском районе сгорел дом, в котором жила многодетная семья. Погибли четверо детей в возрасте от двух месяцев до шести лет
  7. Эксперты предупредили беларусов, чтобы готовились к скачку цен. Недавно Лукашенко признался, что не знает, чем закончится эксперимент
  8. Иран прокомментировал итоги атаки на Израиль и рассказал о своих дальнейших планах
  9. Уровень цинизма зашкаливает: власти продолжают «отжимать» недвижимость осужденных по политическим статьям. На торги попали новые объекты
  10. В Бресте скоропостижно умер высокопоставленный силовик, который руководил разгоном протестов в Пинске. Ему было 47 лет
  11. СК начал спецпроизводство в отношении бизнесмена, который входил в топ-200 самых влиятельных предпринимателей
  12. Снарядов не хватает, украинцам приходится отбиваться стрелковым оружием. США не помогают Украине — и вот к чему это приводит
  13. Большой секрет Василевской. Власти старательно скрывают, в каком университете училась первая беларусская космонавтка, но мы это выяснили
  14. 58 человек погибли, судьбы многих выживших оказались сломаны. Вспоминаем, как почти 40 лет назад под Минском разбился самолет
  15. Самая большая взятка для Лукашенко? Новое расследование BELPOL о строительстве резиденции политика на Минском море
  16. Лукашенко уже 17 дней не может назначить главу своей администрации. Вот почему это странно
  17. «Он пошел против власти, а вы нет — вы хорошие». Монолог освободившегося из самой строгой колонии страны, где сидит Статкевич
  18. «24 часа от Минска до аэропорта в Варшаве». Автобусный коллапс на границе с Польшей продолжается
Чытаць па-беларуску


На днях издание Hrodna.life со ссылкой на собственный источник сообщило, что в женской колонии в Гомеле, где отбывают срок Мария Колесникова, Марина Золотова и другие женщины, осужденные по политическим делам, некоторых политзаключенных умышленно заражают чесоткой через других заключенных. При этом, по данным издания, сами местные медики называют это «аллергией». О том, как и зачем такое может происходить, «Зеркало» поговорило с бывшим тюремным медиком, правозащитником Василием Завадским.

Женская колония в Гомеле. Кадр из фильма «Дебют» Анастасии Мирошниченко
Женская колония в Гомеле. Кадр из фильма «Дебют» Анастасии Мирошниченко

Василий Завадский почти 25 лет отработал в пенитенциарной системе Беларуси. С 1998 по 2010 год возглавлял медицинскую службу Департамента исполнения наказаний МВД. А в 2017-м основал и руководил правозащитной организацией «ТаймАкт», которая занималась проблемами заключенных.

Василий Завадский говорит, что заражения чесоткой в колониях и СИЗО случаются. Однако мнение, что это делают сотрудники колонии намеренно, он называет чепухой. И объясняет, что, во-первых, это станет для местных медиков дополнительной работой, так как больных придется лечить им же. Во-вторых, чтобы заразить кого-то чесоткой, «надо постараться». Чесотка передается при тесном кожном контакте между людьми, через постельное белье или, например, через одежду больного, «причем нижнюю», которую должен поносить здоровый человек.

— Из тех данных, которые мы имеем в статье, я полностью исключаю преднамеренное заражение. Чтобы объективно поставить диагноз «чесотка», нужно найти клеща и подтвердить это под микроскопом в лаборатории. У человека, который находился в колонии, такое впечатление могло сложиться, но оно ошибочно, — говорит специалист. — В женской колонии люди работают на швейном производстве. Швейное производство — это пыль. Нередко из-за нее возникает аллергия, в результате которой между пальцами, на животе, где кожа самая уязвимая, может появляться высыпание, начинается зуд.

— Но ведь задержанные по политическим делам, сидевшие на Окрестина, рассказывали, что были случаи, когда им намеренно подсаживали людей со вшами.

— Это мне знакомо. И не только со вшами. Тогда как раз был ковид. Говорили, что людей специально подсаживали в камеру с больными коронавирусом. Но изоляторы — это другой контекст и болезни. Почему? Во-первых, во многих ИВС по стране нет медиков. Во-вторых, человек отсидел свои "сутки", освободился — и местным врачам не нужно дальше с ним работать. Медики не будут видеть последствий его болезни, например, экзем, а значит, и заниматься их лечением. Поэтому тут это никого не сдерживает.

В колониях и СИЗО другая ситуация. Если бы кого-то намеренно заражали, то медики сами себе добавляли бы работы, ведь даже если они не хотят кому-то из заключенных помогать, им придется это делать. К тому же чесотка — это не только про зуд. Если от ее не избавиться, со временем она превратится в гнойные заболевания, экземы. Запустив чесотку, заниматься лечением очень сложно. Кроме того, это может привести ко вспышке заболевания. Это еще один аргумент в пользу того, что в колонии не будут намеренно кого-то заражать.

— Сталкивались ли вы в работе с тем, что людей в колонии или СИЗО специально чем-то заражали?

— Я отработал в системе почти 25 лет и никогда с таким не сталкивался. В легендах было, что туберкулезом намеренно заражают. Но это ложь и абсолютно исключено. Между тем периодически вспышки болезней в колониях случаются. Чаще всего они связаны с кишечными заболеваниями. Случалось это в той же колонии № 4 в Гомеле. В 1990-х были распространены вспышки туберкулеза.

— Как должны действовать медики в колонии, если кто-то заболел той же чесоткой, и как они действуют на практике?

— Здесь все логично: они должны выявить больных, контакты и проводить лечение. Именно это и делается. Скажу так: вспышка любой болезни в колонии или СИЗО — это ЧП. Приезжают эпидемиологи, другие проверяющие. Пусть это и внутренние контролирующие органы, но всегда с начальника спрашивают, потому что, если такое возникает, значит, есть серьезные недоработки и упущения. Никто таких проблем себе не хочет. Помню, как я работал в Новосадах (там находится ИК № 14. — Прим. ред.), там была вспышка кишечной болезни. Целый десант специалистов приезжал. Когда я был уже в Департаменте исполнения наказаний МВД, сам в составе такого десанта ездил в одну из колоний. Никому эти проблемы не нужны.

— В таком случае зачем заражают людей, попадающих в изоляторы?

— На мой взгляд, основной аргумент, почему это делают с теми, кто попадает на короткий срок, — запугать. Чтобы люди боялись туда попадать и другим, так сказать, было неповадно. Все это для создания и поддержания атмосферы страха. Причем не только в ИВС, но и вообще в обществе. Кроме того, наверняка есть случаи, когда люди таким образом проявляют свой характер. У кого-то, например, может быть склонность к издевательствам.