Поддержать команду Зеркала
Беларусы на войне
Налоги в пользу Зеркала
  1. Взломан популярный беларусский портал Realt.by — в сеть утекли данные 900 тысяч пользователей
  2. СК завел уголовное дело на всех участников выборов в Координационный совет — им угрожают отъемом жилья
  3. Минск снова огрызнулся «недружественным» странам. Крайним, похоже, снова будет население нашей страны
  4. Три европейские страны признали Палестину как независимое государство. МИД Израиля отзывает послов
  5. «Нам не штрафы нужны и наказания». Лукашенко собрал совещание по работе контролирующих органов
  6. Политзаключенная Полина Шарендо-Панасюк не вышла из колонии в предполагаемую дату освобождения. Она в СИЗО Гомеля
  7. Силовики могут быстро получить доступ к вашему аккаунту в Telegram. Рассказываем о еще одной уязвимости
  8. В минский паб «Брюгге» на диджей-сет российского экс-комика «ЧБД» ворвались силовики. Вот что удалось узнать
  9. «Я не хотела выходить из колонии. Меня отрывали от шконки». Алана Гебремариам — о тюрьме, воле и о том, как освободить политзаключенных
  10. Власть грозит уехавшим беларусам арестом и конфискацией жилья. А это законно? Можно ли защитить собственность? Спросили у юристов
  11. Азарова лишили доступа к плану «Перамога». Тихановская прокомментировала «Зеркалу» рассылку с призывом голосовать на выборах в КС
  12. Эксперты рассказали, зачем Путин убирает сторонников Шойгу из Министерства обороны, а Медведев завел тему о нелегитимности Зеленского
  13. «Вся эта вакханалия…» МИД прокомментировал ввод дополнительных ограничений на поставки товаров из ЕС
  14. Новый скандал вокруг Фонда спортивной солидарности. Левченко, Герасименя и другие известные атлеты выразили вотум недоверия Опейкину
  15. Из-за контрсанкций Минска с прилавков магазинов вскоре должны исчезнуть некоторые товары. Рассказываем, чем лучше закупиться впрок
  16. Стали известны секретные планы военного командования РФ по наступлению на Харьковщине — своего не добились, но выгоду получили
  17. «Дед заслужил эту квартиру, потому что свое здоровье положил на войне». Что рассказали герои сюжета госТВ об изъятии жилья у эмигрантов


Александра Шакова,

44-летний Александр Фруман — израильтянин, родился в Беларуси. В 2020 году он приезжал в Минск, 9 августа попал на протесты, где его задержали. Александра избили и поместили на двое суток в изолятор в Жодино. После он уехал из Беларуси. В 2023-м мужчина пошел добровольцем в израильскую армию защищать страну от нападения боевиков. Фруман рассказал «Медиазоне» про 110 дней службы на израильско-ливанской границе и израильскую солидарность.

Фото из личного архива Александра Фрумана
Александр Фруман. Фото из личного архива героя

ХАМАС напал на Израиль 7 октября 2023 года. Группировки боевиков ворвались в страну с территории сектора Газа, более 1200 израильтян в результате этой атаки погибли, больше 3000 были ранены, сотни оказались в заложниках. Сейчас в Израиле жизнь вернулась в прежнее русло. Шок, по словам Александра, у жителей уже прошел. В первые месяцы после атаки в городах не работали торговые центры, из-за угроз ракетных атак запрещено было собираться большими группами.

Сейчас о нападении напоминают плакаты с фотографиями пленных, которые развешены в офисных зданиях, на улицах и площадях.

«Все хотят освобождения этих людей, не важно, к какому политическому движению люди себя относят — правым, левым, центристам. Но вот в вопросе того, какой ценой будут освобождены заложники, — израильское общество переживает раскол».

Прилетел с Кипра и «записался» в армию

«Когда началась война, я был на Кипре. Узнал, что случилось нападение, поменял билет и как мог — вылетел в Израиль. Я знал, что моя армейская профессия почти всегда востребована и что я буду нужен», — говорит Александр.

По военной профессии он водитель-боец эвакуационного подразделения. Если на поле боя кого-то ранили, задача Александра — забрать человека и отвезти туда, где его сможет забрать вертолет.

В армию обороны Фруман записался сам. Израильтянин рассказывает: в стране работает гражданский проект, который оповещает, каких специалистов не хватает в военных подразделениях. Пишут объявления в соцсетях и мессенджерах. Так Александр узнал, что нужны водители-бойцы, и подал свое «резюме».

«Обратилось 90 человек, отобрали 30, а попали на войну пятеро. Рассказывали, что обращались даже люди за 60. Но их брать было не вполне рационально, а у меня уже был опыт реальных боевых действий» (во время срочной службы Александр участвовал в боевых действиях на территории Газы).

«Позиционная война». 110 дней на границе

Александра направили охранять границу Израиля и Ливана. Страна опасалась повторения событий 7 октября и усиливала свои позиции на северной границе.

«Нашей задачей была охрана тех мест, где проще всего было прорваться боевикам „Хезболлы“».

Александр рассказывает, что страшно на войне «почему-то не было».

«Первое чувство — это гордость, что я часть армии, которая сражается за нашу страну. Страх всегда приходит, когда слышишь первый выстрел. До этого страха нет, хотя вообще бояться нормально. Даже, может быть, и лучше, ведь когда боишься, ты не делаешь глупостей».

Армия Израиля обменивалась ударами артиллерии с «Хезболлой».

«Это позиционная война, похожая ситуация в Херсонской области, когда с одной стороны украинские войска, с другой — оккупационные российские, и Днепр — граница. И вот у нас граница — это как Днепр».

В обязанности военных входило следить за происходящим на границе и не допускать проникновения террористов со стороны Ливана.

«А в случае 100% уверенности, что это именно член „Хезболлы“, а не гражданский, — и уничтожение противника».

На границе Израиля и Ливана Фруман провел 110 дней. За это время их подразделение сменило больше 10 локаций, жить приходилось в лесах, иногда — в полностью отселенных, пустых приграничных городах.

Фото из личного архива Александра Фрумана
Лагерь. Фото из личного архива Александра Фрумана

«У нас очень много поселков, кибуц, даже городов, когда граница населенного пункта — это граница с Ливаном. Грубо говоря — руку из окна высунул — и в Ливане. Людей из таких мест эвакуировали».

Военная специальность Александра за это время так и не пригодилась. Раненые были, но обходилось без экстренной эвакуации.

«Цунами» солидарности

Пока Александр был на границе, его семье помогало и государство, и просто неравнодушные люди.

«Моей жене звонили, предлагали помощь по быту, ну есть что-то починить, сделать, пока меня нет. Компания, в которой я работаю, присылала семье коробки с едой из хорошего ресторана на целую неделю, ваучеры на доставку продуктов на хорошую сумму».

То, как израильтяне отнеслись к своим военным, особенно в первый месяц после нападения, Александр называет «Цунами солидарности».

«Мне очень запомнилось, как мы однажды остановились на перекрестке в открытом армейском джипе. Люди стали подходить, угощать чем-то. Однажды рядом с нами остановилась машина, из нее нам „посыпались“ блоки сигарет, только успевай ловить».

Фото из личного архива Александра Фрумана
Полевая синагога. Фото из личного архива Александра Фрумана

«Около границы местные помогали со стиркой. Раз в неделю собираем стирку, отвозим куда-то в ближайшее село. Там это все распределяют по семьям, тебе стирают и возвращают обратно, еще обязательно с каким-то подарком: шоколадкой или дезодорантом и с записочкой. Дети постоянно присылали что-то, с рисунками, это было очень трогательно, мы это все собирали».

Александр работает в IT. Все те дни, которые был на границе, он оставался в штате своей компании. Раз в две недели на 48 часов военных отпускали домой.

«Я даже Новый год встретил с семьей. В Израиле празднуют только еврейский Новый год, в сентябре. Но так как я родился и вырос в бывшем Советском Союзе, то, естественно, такая традиция в моей семье поддерживается, и поэтому меня отпустили домой. Правда, как раз в полночь мы были в бомбоубежище, потому что нас снова начали обстреливать».

«Ребята находятся на ливанской границе, но им нужна будет замена, и этой заменой будем мы»

Сейчас Александр в отпуске. Вероятно, через какое-то время его снова позовут в армию.

«Я бы не сказал, что это дембель. Просто есть понимание, что и „Хезболла“ не готова к большой войне, и Израиль не готов воевать на два фронта, пока не завершится активная фаза наземной операции в Газе. Поэтому пока чуть убавили количество боевых частей на северной границе, и мы пока можем быть дома и участвовать в экономике страны. Я понимаю, что в любой момент мне могут позвонить и сказать: „Будь в течение трех часов на тыловой базе, бери обмундирование, ты направляешься в Газу“. Есть ротация сил, мы знаем, что сейчас ребята находятся на ливанской границе, но им нужна будет замена, и этой заменой будем мы».