Поддержать команду Зеркала
Беларусы на войне
  1. «Лучше возвращать мигрировавших сограждан». В Минэкономики придумали, как решить дефицит работников
  2. Минчанин возил валюту за границу и все декларировал. Но этого оказалось мало — и его оштрафовали на рекордные 1,5 млн рублей
  3. Что будет происходить после ухода Лукашенко? Сергей Чалый сделал прогноз, а мы вспомнили события, на которых он основывался
  4. В Минтруда признали, что некоторые беларусы вскоре могут на время остаться без пенсий и пособий на детей. Причина — новшество от властей
  5. Сирота при живых родителях. Откровенный монолог беларуса о детских домах, насилии детей и взрослых и суицидах среди детдомовских
  6. Завершились выборы в Координационный совет. Комиссия огласила предварительные итоги
  7. Риск остаться без пенсии и отдельных товаров, подорожание ЖКУ, подготовка к «убийству» некоторых ИП, дедлайн по налогам. Изменения июня
  8. Банкротится частная аптека, которая весьма неожиданно ушла на ремонт, а открылась уже под крылом госкомпании
  9. Нацбанк говорит, что опасается девальвации и скачка цен. Теперь Лукашенко анонсировал изменение, которое может приблизить эти риски
  10. В Беларуси начали отключать VPN, что делать? Гайд по самым популярным вопросам после блокировки сервисов
  11. Стало известно, сколько шенгенских виз получили беларусы за прошлый год. Их число выросло, и вот у каких стран отказов меньше всего
  12. Действия властей в последние четыре года лишили беларусов привычного быта. Вот как граждане расплачиваются за решения Лукашенко
  13. «Смысл не удалось объяснить не только большинству беларусов». Артем Шрайбман — об уроках выборов в КС
  14. Как связаны «кошелек» Лукашенко и паспорта Новой Беларуси? Рассказываем
  15. В Telegram и Viber есть функция, которая может стать проблемой при проверках телефона. Рассказываем, как ее отключить
  16. Чиновники придумали, как еще насолить беларусам за нелояльность
  17. Армия РФ снизила активность на севере Харьковщины и проводит механизированные атаки в Донецкой области — вот с какой целью


Несколько недель назад, 12 марта, в 11-й городской больнице Минска умер 24-летний минчанин Даниил. Как рассказал «Зеркалу» знакомый молодого человека, его лечили от синусита после выравнивания носовой перегородки. Позже стало известно, что парень скончался после укола антибиотика. Рассказываем подробности ЧП.

11-я городская клиническая больница Минска. Фото: relax.by
11-я городская клиническая больница Минска. Фото: relax.by

«У нас всех был шок, потому что он молодой и здоровый парень»

По словам знакомого Даниила Сергея (имя изменено), перед операцией молодой человек проходил медкомиссию в военкомате. В армию его не взяли из-за проблем с перегородкой и сложности с дыханием и направили в больницу, чтобы исправить ситуацию.

— Это и правда было нужно, потому что к тому времени он совсем перестал дышать, только с лекарствами мог, — говорит собеседник. — И вот в конце февраля лег в больницу. Ему сделали операцию. Все было нормально. Конечно, нос болел, это понятно, но других проблем не было. И через неделю Даниила выписали домой, он продолжал лечиться и чувствовал себя нормально. Единственное, что развился синусит, хотя температуры не было. Тогда в понедельник, 11 марта, он поехал к врачу, и она предложила на неделю лечь в больницу. И вот утром во вторник, 12 марта, мама отвезла его в 11-ю больницу, грубо говоря, с насморком, а вечером ей позвонили и сказали, что Даниил умер.

Сергей отмечает: в медицинских документах указано, что причиной смерти стал анафилактический шок (то есть острая аллергическая реакция) после введения антибиотика цефтриаксон. Состояние молодого человека ухудшалось стремительно, и реанимировать его не удалось.

— Насколько я знаю, все произошло очень быстро, буквально за минуты. Ему сделали укол, его вырвало, он сказал: «Плохо дышать», и отключился, — рассказывает Сергей. По его словам, аллергии на лекарства у Даниила до этого не было.

— Сама лечащая врач говорила, что препарат той же группы парню уже кололи раньше и все было в порядке, — объясняет молодой человек. — Вообще не знаю, зачем они это назначили, тем более внутривенно. Даниил вроде не настолько сильно болел, и синусит не был запущенным. Когда это произошло, у нас всех был шок, потому что он молодой и здоровый парень.

Сергей отметил, что такая смерть молодого человека в больнице по умолчанию ЧП, и в прокуратуре сразу начали проверку. Но родные Даниила все равно написали заявление с просьбой разобраться, стало ли причиной трагедии «ненадлежащее оказание помощи».

На данный момент проверка продолжается, но по итогам вскрытия семье сообщили, что внутренние органы у молодого человека абсолютно здоровые. А результаты гистологии (анализа тканей) станут известны только в середине апреля.

Врач: «Такие вещи практически невозможно предсказать»

Изображение носит иллюстративный характер. Фото: Reuters
Изображение носит иллюстративный характер. Фото: Reuters

О том, насколько вероятна острая реакция на лекарства и как можно себя обезопасить, мы поговорили с врачом-терапевтом с шестилетним стажем Виктором (имя изменено). Говоря о цефтриаксоне, он отмечает, что это лекарство применяют довольно часто.

— Этот препарат вообще очень широкого спектра действия, — рассказывает медик. — Чаще всего его используют для лечения инфекций мочеполовой системы, почек, в случае воспаления дыхательных путей, брюшных инфекций.

Что касается острой реакции на лекарства, и в частности на антибиотики, то это часто непредсказуемая ситуация, говорит собеседник. Дело в том, что анафилаксия представляет собой гиперчувствительность первого типа и может развиться на абсолютно любое вещество: от шоколада до определенного препарата.

— Причем антибиотики обладают повышенным риском возникновения аллергических реакций, — говорит доктор. — Насколько я знаю, вероятность этого около 0,1−001%. Но когда препарат распространенный и его принимают повсеместно, то количество людей, у которых происходит подобная реакция, будет заметным. Но не у всех она будет перетекать в анафилактический шок. Влияет очень много разных нюансов: путь попадания препарата (если вводить лекарство внутривенно, биодоступность будет выше, оно быстрее всасывается и распространяется, чем если принимать оральным способом), концентрация вещества и время подачи. К тому же в основе аллергической реакции лежит механизм сенсибилизации (повышение чувствительности организма к воздействию какого-либо фактора окружающей или внутренней среды. — Прим. ред.). А значит, чтобы развился анафилактический шок, нужно, чтобы человек уже контактировал с тем или иным веществом. То есть при первом попадании цефтриаксона в организм его не будет, а во второй раз уже может. Или у человека никогда раньше не было реакции при дозировке в 100 мг, но она начнется при дозировке в 1000. Поэтому, к сожалению, такие вещи практически невозможно предсказать.

«Во многих учреждениях в Беларуси просто нет возможности проверить, будет ли у пациента аллергия»

Изображение носит иллюстративный характер. Фото: unsplash.com / Olga Kononenko
Изображение носит иллюстративный характер. Фото: unsplash.com / Olga Kononenko

Сложности в диагностировании аллергий и анафилактической реакции добавляет и проблема взаимодействия препаратов, продолжает Виктор. Например, у человека не было никакой реакции на цефтриаксон, но если принять его вместе с парацетамолом, при их взаимодействии может образоваться вещество, которое вызовет анафилактическую реакцию.

— Кроме того, гиперчувствительность не всегда связана именно с антибиотиком, — отмечает врач. — В составе любого препарата есть вспомогательные вещества (консерванты, стабилизаторы и так далее), и у каждого производителя они разнятся. Лет семь назад был случай, насколько я помню, как раз с цефтриаксоном — наблюдалось очень много аллергических реакций. Тогда изымали партию и разбирались с этим. Поэтому эта тема очень сложная.

Ранее в Беларуси уже были случаи анафилактического шока от цефтриаксона. Так, в январе 2017 года в течение трех дней три человека умерли после введения этого препарата. После этого под временный запрет для использования попали цефтриаксон и гидрохлорид лидокаина производства Борисовского завода медицинских препаратов. Само предприятие потеряло на скандале около 2,5 миллиона долларов.

Если у вас есть опасения, что после принятия препарата может возникнуть анафилактический шок, нужно обратиться к аллергологу и сдать пробы. Но гарантировать 100-процентную эффективность здесь сложно, уточняет Виктор, особенно, если вы не знаете, что именно искать.

— В Беларуси такие пробы бесплатные, но только по показаниям от аллерголога, — объясняет собеседник. — Потому что можно делать огромное множество разных проб и тестов, но они все не имеют никакого смысла, если ты изначально не знаешь, в каком направлении смотреть. К примеру, в случае с астмой, системной красной волчанкой, различными видами аутоиммунных заболеваний пациенты более подвержены аллергическом реакциям. А если она есть на пенициллин, то у небольшого процента людей возникает перекрестная реакция и на цефтриаксон. Но у обычного человека она может быть на все, что угодно, просто вы могли раньше с этим не сталкиваться. Грубо говоря, у меня может быть аллергия на мясо единорога, но я просто никогда его не попробовал. Тем более у многих проб чувствительность не такая высокая, что означает большое количество ложноположительных и ложноотрицательных результатов.

Анафилактический шок, который произошел с Даниилом, развивается молниеносно, от пары минут до часа, отмечает медик. У человека возникает удушье, отечность гортани и других органов, начинаются проблемы с дыханием. Также сжимаются сосуды, могут поражаться почки, печень. Но чаще всего в такой ситуации люди умирают именно от удушья.

— Лечение анафилактического шока — это всегда адреналин (он же эпинефрин) и кортикостероиды. К сожалению, в Беларуси, насколько я узнавал, вообще недоступен адреналин в виде шприц-ручек для одноразового применения, — рассказывает врач. — Но с их помощью можно экстренно помочь человеку. То есть люди, у которых есть реакция на какие-то препараты или укусы пчел, к примеру, должны иметь с собой такую шприц-ручку на случай, если что-то произойдет. Возвращаясь к лечению, если адреналин и кортикостероиды не помогают, тогда идет интубация, ИВЛ, в дальнейшем поддерживающая терапия в зависимости от ситуации. Если же какой-то препарат назначают в больнице, то во многих учреждениях в Беларуси просто нет возможности проверить, будет ли у пациента аллергия. Не в каждой даже есть аллергологическое отделение. Поэтому, грубо говоря, с точки зрения практики, медикам проще поставить рядом с человеком реаниматолога с адреналином наготове и набором для интубации, чем пытаться что-то узнать заранее.