Поддержать команду Зеркала
Беларусы на войне
Налоги в пользу Зеркала
  1. Одна из крупнейших сетей дискаунтеров бытовой химии и косметики в Беларуси ликвидирует свои юрлица
  2. Золотова отказывала Захарову, а Зиссер — директору МТС. Бывшие журналисты и редакторы — о силе TUT.BY
  3. Нацбанк озадачен, что может не удержать рубль, и предупреждал, что, возможно, запустит печатный станок. Что это такое и чем грозит
  4. Власть изымает недвижимость беларусов, но те, кто поучаствует в процессе, сами могут остаться без жилья. Вспоминаем опыт соседних стран
  5. ПМЖ за 3 года, а не за 5, усиление санкций и очереди на границе. Интервью «Зеркала» с главой Европарламента Робертой Метсолой
  6. В Украине отложили выборы из-за войны — теперь пропаганда РФ пытается подорвать легитимность Зеленского. Эксперты рассказали, как именно
  7. «Опечатано. КГБ». В Витебске сотрудники КГБ со спасателями пришли в квартиру журналиста-фрилансера, который уехал из страны
  8. У Лукашенко новый слоган, который он постоянно повторяет. Вот как пропаганда раскручивает его слова и что было раньше в репертуаре
  9. «Список из 200 человек». Силовики приходят в квартиры уехавших из страны беларусов — что они говорят
  10. С июля вам могут перестать выдавать пенсию и пособия на детей, если не совершите одно действие
  11. На рынке труда — новый антирекорд. Дефицит кадров нарастает такими темпами, что о проблеме говорит даже Лукашенко
  12. «Его охраной занимаются все силовые подразделения Беларуси». Поговорили с офицером, который обеспечивал безопасность Лукашенко
  13. Посольство Беларуси в Эстонии приостановило работу консульской службы
  14. Находящаяся в розыске в Беларуси Анжелика Агурбаш объявила о новом этапе творчества и возмутила российских пропагандистов


Минобразования обещает в этом году увеличить число мест на бюджетной форме, а БГУИР уже анонсировал больше мест для бюджетников, меньше — для платников. Devby.io обсудил нововведения с экспертом в области образования, преподавателем Сергеем Ольшевским: во что это выльется для IT-отрасли и куда теперь тем, кто ранее планировал учиться платно.

Изображение использовано в качестве иллюстрации. Фото: pixabay.com
Изображение использовано в качестве иллюстрации. Фото: pixabay.com

Сергей Ольшевский — преподаватель, автор проекта «Народный учебник», разработчик системы дистанционного обучения в Гродненском государственном университете им. Янки Купалы и Национального образовательного портала. Экс-сотрудник Министерства образования — работал там до 2016 года.

С 2019 года судился с министерством из-за того, что учреждение не рассмотрело по существу обращение граждан по поводу переполненных классов в минских школах.

— Сергей, сокращение платных мест — это тренд или нормальные флуктуации? Если тренд, то зачем это государству? Перенаправляют в среднее специальное образование или в армию?

— Если зайти в «Общереспубликанский банк вакансий» и вбить в поисковике «учитель», «преподаватель», вы получите порядка 1700 вакансий; по запросу «врач» — вчера выскакивало более 6700, то есть не хватает огромного числа специалистов.

Но нехватка-то еще бо́льшая: более 20% учителей физики и математики — пенсионеры. Старше 55 лет — это растущая категория специалистов, из года в год их становится все больше; а вот учителя в возрасте до 30 — категория уменьшающаяся.

Налицо дефицит кадров. И поэтому в системе образования пытаются решать эту проблему, но своими фирменными (читайте, совковыми) методами.

Они считают: нужно, чтобы люди просто пошли учиться в педвузы (если речь про нехватку учителей). А как это сделать — дать много бесплатных мест, а платные убрать — а то такие выпускники «корочки» получат, а в школу ни ногой, у них же нет отработки по распределению.

Но это ведь не решает проблему, из-за которой возник дефицит преподавательских кадров, так как проблема — в экономике. Быть учителем — это значит за копейки выполнять сверхответственную работу с невероятной дополнительной нагрузкой.

Ставка на профтехобразование (с этого года Минобр планирует сократить количество базовых десятых классов и перенаправить в колледжи до 50% девятиклассников. — Прим. Devby.io) — мера из этого же разряда: надо же как-то удовлетворять спрос на рабочие руки. Но нынешний профтех — это вообще не про образование, а скорее про времяпрепровождение.

Так что мой ответ такой: госсистема борется с последствиями нехватки кадров, а причину устранить не может. И это, конечно, ни к чему хорошему не приведет.

— Почему не приведет ни к чему хорошему?

— В педвузы и раньше был недобор. Теперь же увеличение бюджетных мест снизит и до этого весьма низкий проходной порог — соответственно, туда будут идти по остаточному принципу. Далеко не самые-самые.

А если учесть «фишечку» с целевым набором — то и не только в педвузы, но и мед-, а также технические.

Вот обратите внимание: если проходной балл на общих основаниях в медвузы в прошлом году составлял минимум 330 баллов, то на условиях целевой подготовки — максимум 181.

Лицеисту/школьнику из Минска сложнее добыть целевое направление куда-нибудь в Слуцкий район, чем своему, местному. А между тем отставание в знаниях у сельских учеников от городских достигает трех лет — это факт, подтвержденный результатами PISA. Более слабый займет место в вузе, а более сильный, возможно, предпочтет получать высшее образование за границей.

— В этом году планируется набрать на первый курс БГУИР 2800 человек — это самый низкий план набора за последние четыре года. Количество бюджетных мест — 1290, платных — 1520 (было на 12% больше). Как прокомментируете эти цифры — может, айтишных кадров все еще хватает?

— Прокомментирую так: БГУИР тоже выполняет общую разнарядку «всех под ружье» — увеличить набор бюджетников.

А вот почему в целом снижается число платных мест? Контактов из-за рубежа все меньше, а из РФ — не так уж много, плюс более распространен вариант оформиться в штат в России — и беларусское государство даже не будет считать тебя «тунеядцем».

Мне кажется, что это реакция на рынок. Или они принципиально отказываются готовить программистов на экспорт — гипотез может быть много.

План на 2024 год озвучил не только БГУИР, но и другие вузы. Увеличение бюджетных и сокращение платных мест есть, но не везде или незначительное.

На бюджетную дневную форму ФИТиР БНТУ (на все специальности) в этом году планируется набрать 203 человека, на платную — 44 (это +7 бюджетников и -7 платников) по отношению к прошлому году. На специальность «прикладное программирование» ИПФ планируется набрать 60 человек, все — бюджетники.

План приема на ФПМИ БГУ относительно прошлого года вырос по всем позициям: +20 бюджетных и +15 платных мест, итого этим летом сюда поступит 250 студентов-бюджетников и 85 платников. На Факультете радиофизики и компьютерных технологий тоже прирост, но только бюджетников (+18 человек): план набора — 196 бюджетников против 32 платников.

По набору в БГТУ известно, что количество платников останется прежним.

— Куда перенаправятся на практике выпускники, которые могли бы платно получать образование в БГУИР или другом техвузе? И что удержит их от поступления за границу?

— Для парней сдерживающим фактором может быть уголовная ответственность за уклонение от призыва на воинскую службу.

Но экономические предпосылки, я думаю, будут постепенно пересиливать. И ребята все равно будут искать лазейки и уезжать за границу. И, к сожалению, если говорить про айтишников, — это безвозвратные потери трудовых ресурсов.

— Кстати, что такое сегодня платник — чем он от бесплатника отличается сначала в системе образования, а потом и на рынке труда?

— В начале нулевых, когда я сам поступал, на платное чаще шли те абитуриенты, которые не могли пробиться на бюджет — это была альтернатива. И да, очень часто это были ребята послабее, потому что в те времена конкурс на любую специальность был 2 человека на место и выше.

Уже десять лет спустя с ростом благосостояния беларусов платник — это такой же абитуриент, который просто шел к выбранной цели. Он мог позволить себе получать то образование, которое хотел получить, а не поступал туда, куда мог пробиться по баллам.

Ну и третий кейс — платно учились и учатся люди, которые не хотят потом отрабатывать после вуза. А еще платников практически не отчисляют, в то время как бюджетников за пропуски могут попросить на выход — для студентов БГУИР, которые на старших курсах уже работают, это дополнительный плюс.

Не стоит забывать: в вузах были и остаются специальности, на которых можно было учиться только платно, а также специальности с крайне ограниченным количеством бюджетных мест — тот же юрфак, например.

Если сравнивать сейчас, какая разница между студентами платной и бюджетной формы обучения, учитывая, что общий уровень образования значительно снизился, — фактически никакой. Платник — такой же студент.

А для вузов платник — источник дохода, за который они очень держались, поскольку бюджетного финансирования им не хватает. Дай государство вузам возможность набирать студентов на платное исходя из своих финансовых потребностей — расклад был бы совсем другим.

А если бы с воинской обязанностью поработать, то я думаю, для многих было бы откровением увидеть, что многие парни пошли бы в профтех, а не стремились бы в университеты ради отсрочки от армии.

— Для рынка труда и IТ-отрасли — это хорошо или плохо?

— Начнем с того, что количество бюджетников БГУИР увеличивает на 11%, это значит — плюс 11% тех, кого после нужно куда-то распределить.

Распределение — это невыгодный инструмент и для аутсорса тоже, но особенно для тех продуктовых компаний, которые только-только выходят на рынок. У них еще не факт, что все получится, и брать на себя обязательство на два года (а теперь, возможно, — и пять) по трудоустройству кого-то — это колоссальная допнагрузка.

А теперь вспомним, что компании из Беларуси уходят, закрывают наем… Курицу, несущую золотые яйца, зарезали — так что больше будет студентов или меньше, для отрасли не так важно, потому что ее самой в скором времени может не быть.

— Как думаете, может, со временем соотношение бюджетников и платников в БГУИР и других техвузах в процентном соотношении дойти до 80/20?

— Нет, не дойдет! IТ развивается по правилам бизнеса, а такими методами решается проблема госсектора. Но айтишные кадры в госсекторе — это ребята, которые могут переустановить винду или переписать инвентарные номера, а это уровень колледжей.

Программист, который приходит на госпредприятие, уходит оттуда с небольшим набором навыков — принтер заправить, да и все. Считаные компании востребуют навыки программирования — а для них хватит тех выпускников-бесплатников, что есть сейчас.

Читайте также на Devby.io:

Поправка об СМС-повестках уже в действии

Беларусы запустили AI-генератор приложений. Просят фидбэк

Нет «нужных» и «лишних» предметов. Где лучше учат на технарей: на «западе» или в Беларуси?