В прошлом месяце из могилевской колонии № 15 вышел на свободу политзаключенный Алексей Киреев, отсидевший большую часть своего двухлетнего срока по «политической» статье 342 УК, пишет «Радыё Свабода». Киреев сообщил, что в колонии сожгли большую часть беларусских книг, а также знаменитые романы Джорджа Оруэлла «Скотный двор» и «1984». Экс-политзаключенный также рассказал о состоянии Александра Федуты и новых правилах в колонии, направленных на дальнейшее унижение и ограничение прав политзаключенных.
В кочегарке подтвердили: «Максим Горецкий, современные беларусские авторы и Оруэлл пошли в топку»
Киреев провел полтора года в 15-й колонии. Бывший политзаключенный рассказывает, что в начале срока он читал беларусские книги из библиотеки, а в марте этого года большая часть из них исчезла. По словам мужчины, он все еще видел на полках произведения Янки Купалы, Якуба Коласа, Пимена Панченко и Рыгора Бородулина, но современных беларусских авторов больше нет. Вместе со многими беларусскими книгами исчезли и произведения Джорджа Оруэлла. Что с ними случилось, политзаключенный узнал с помощью знакомых в лагере.
«Все знали, где беларусские книги — на полках просто рядом с библиотекарем. Помню, был сборник произведений Максима Горецкого, было также много книг молодых авторов. Больше ничего нет. И нет книг по истории, особенно изданных в начале 90-х. Это произошло где-то в марте. Потом парни из кочегарки рассказали, что к ним привезли две тачки с книгами и приказали все сжечь. Были еще книги Оруэлла — "Скотный двор", "1984″. И не один экземпляр, а несколько. Все пошло в топку. При мне беларусская полка в библиотеке была почти пуста», — рассказал Алексей Киреев.
Федута похудел на 30 килограммов
В той же колонии под Могилевом держат Александра Федуту — известного литературоведа, политолога, осужденного на 10 лет якобы за «заговор с целью захвата власти». По словам Алексея Киреева, заключенным запрещено общаться с Федутой, поэтому большинство времени он «сидит в курилке один».
«Там все знают: кто с ним заговорит, того отправят в ШИЗО», — говорит Алексей Киреев.
Однако ему все же удавалось «перекинуться несколькими словами» с Федутой, так как оба оказались в подобных условиях из-за состояния здоровья.
«На Пасху, когда я сидел в СИЗО, у меня случился инсульт, исчезло зрение на одном глазу — оторвался сосудик. Поэтому меня на «промку» уже не брали, сидел в отряде. И Александр Федута, так как у него ухудшалось состояние здоровья, тоже оставался в отряде. Вот тогда и удавалось немного поговорить, хоть и скрываясь. О себе он говорил коротко: "Тяжело, но держусь, борюсь"».
Алексей утверждает, что тяжелое состояние здоровья Федуты заметно по нему. «Знаю, что у него давление, сердце. Раньше наблюдал, как утром, когда все вышли на работу, ему вдруг становилось плохо, хватался за ограждение, чтобы не упасть. Потом его вели в медчасть, на три дня давали освобождение от работы, на «промке» его не было. Но в другие дни он должен работать — подметает в цеху после того, как работы закончатся. Видно, что устает, ему тяжело. Сам говорил, что похудел на 30 килограммов. Так это видно — кожа на нем висит».
Бывший политзаключенный Алексей Киреев рассказал об условиях, в которых находится Александр Федута.
«То же, что у всех. Знаю, что получает передачи, есть звонки, короткие свидания. В этом году лежал в больнице в Колядичах. Часто вызывают на разговоры. Но внешне — держится», — подытожил свой рассказ об Александре Федуте бывший политзаключенный Киреев.
«Прошения написали почти все политические»
По словам Алексея Киреева, в этом году всем политзаключенным колонии предлагали написать прошения о помиловании и почти все, кого он знал, это сделали.
«Парней приводили к прокурору, и там они писали заявления. Это было предложение, никого не заставляли. Мне оставалось до освобождения несколько недель, так я отказался, а если бы был еще год, тоже бы подписал. Чего там сидеть? Не стоит. Но есть те, кто принципиально отказывается. Я это знаю, но не буду называть. Единицам из политических не предлагали, как двум анархистам из Бреста. Недавно у нас сидел профсоюзный активист Василий Береснев, так он сначала отказывался подписывать прошение, говорил, что ни в чем не виноват, но ребята его уговорили. Сейчас он на свободе. А остальные ждут, может, будет результат. Я думаю, они будут освобождены. Те, кому мало сидеть, останутся. Это такой конвейер: одни выходят, другие заходят. Все время появлялись новые «желтобирочники» (желтые бирки с именами выдают политзаключенным. — Прим. ред.)», — вспоминает Алексей Киреев о политзаключенных.
«Сломали» очередь в отоварку
Алексей Киреев рассказал о питании заключенных 15-й колонии. По его воспоминаниям, прошлым летом в колонии ситуация в лучшую сторону не изменилась.
«Все те же каши. А овощей даже летом как не давали, так и не дают. Люди спасаются только тем, что какие-то витамины покупают в тюремном магазине», — отметил бывший осужденный.
При этом, по словам Алексея Киреева, администрация колонии изменила порядок посещения магазина, что отразилось на возможностях подкрепиться для политзаключенных.
«С начала года ввели новый порядок: политических сейчас пускают в магазин отдельной группой. Сначала заходят неполитические, потом заключенные с низким статусом, и только после них политические. И никто не знает, почему так. Может, из-за какого-то конфликта или был приказ сверху, непонятно. Но явно это унижение политических и дополнительные ограничения. Ведь когда в последнюю очередь заходишь в магазин, там уже мало чего осталось. Помидоров, огурцов или яблок на всех не хватает, это точно», — рассказал Алексей Киреев.
Бывший заключенный говорит, что новый порядок посещения магазина вызвал среди политзаключенных протест.
«Сначала все политзаключенные отказывались вообще идти в магазин. Держались так больше месяца. Ребят вызвали на разговоры, некоторых даже наказывали ШИЗО. Но расслабления не добились и постепенно привыкли. Как я вышел из ШИЗО, то уже ходили в магазин по новой очереди», — делится Алексей Киреев.
Неполитическим в ШИЗО начали выдавать матрасы
За время в колонии Алексей Киреев провел в ШИЗО 97 дней. Первый срок отбыл еще до карантина. Из последнего вышел только потому, что пережил инсульт, потеряв зрение на один глаз.
По словам Алексея Киреева, в ШИЗО колонии № 15 также произошли перемены.
«Изменили же кодекс, и сейчас максимально ШИЗО дают уже по 15 дней, а не по 10, как раньше. Но потом добавляют еще и еще. И вторая перемена — в ШИЗО начали на ночь выдавать матрасы. Как там говорят, «вату». Но только неполитическим. Для политических по-прежнему — ложись на голые доски», — рассказал Алексей Киреев.