Поддержать команду Зеркала
Белорусы на войне
  1. «Контрнаступление активно продвигается. Путин нашел „главного виновника“ неудач в Украине». Главное из сводок на 225-й день войны
  2. От четырех до 14 лет колонии. В Минске огласили приговор по делу БелаПАН
  3. «Если это Adidas, Nike или Zara, ладно». Лукашенко лично возьмется за рекордную инфляцию. Еще он анонсировал новые ограничения и наказания
  4. «Я был в шоке». Врач-стоматолог спустя три года после выпуска решил узнать, где сейчас его однокурсники, и провел мини-исследование
  5. «Гражданственность и патриотизм» навязали и вузам. Теперь там тоже будет упор на идеологию — постановление Минобра
  6. Путин открыто восхищается идеологом русского фашизма. Рассказываем, о ком идет речь
  7. Путин «финализировал» аннексию украинских территорий — он подписал поправки в Конституцию
  8. Минздрав попытался объяснить, какая в Беларуси ситуация с медкадрами и почему страна теряет врачей (вышло не очень убедительно)
  9. Теперь официально. В Беларуси ввели мораторий на повышение цен и тарифов на внутреннем рынке
  10. Власти приняли решение забрать Красный костел у верующих
  11. Россияне ударили по Запорожью, ракеты попали в семь жилых многоэтажек. Также снова обстрелян Харьков (обновлено)
  12. В Таиланде в детском саду убили 22 ребенка. Это сделал бывший полицейский
  13. В ISW рассказали, почему России нет смысла применять ядерное оружие и куда может быть нанесен первый удар, если это случится
  14. ГУБОПиК задержал главного инженера «Милкавиты»
  15. Чиновники взялись за владельцев агроусадеб. Для них ввели новые ограничения и наказания
  16. Блестяще проводимая операция в Херсонской области, распри в РФ из-за мобилизации. Главное из сводок на 224-й день войны
  17. В парламент поступил законопроект об амнистии ко Дню народного единства


Кредитование предприятий набирает обороты, а Минфин все активнее привлекает финансы, размещая на внутреннем рынке рублевые облигации, порой под невыгодные проценты. Не свернули ли финансовые власти и руководство Нацбанка на тропу, по которой белорусскую экономику водили их предшественники, и к чему может привести наращивание кредитования и увеличение эмиссии, объясняют эксперты.

Фото: TUT.BY
Фото: TUT.BY

Имея минимальные возможности привлекать кредитные ресурсы на внешних рынках, правительство переключилось на внутренний. С начала года Минфин разместил на внутреннем рынке облигаций примерно на 2,5 млрд рублей и 12,55 млн долларов. В то же время растет закредитованность предприятий. Например, Банк развития в первом полугодии в два раза увеличил кредитование компаний через свои программы. Вместе с другими факторами это создает дополнительные риски для экономики.

— Рост кредитования со стороны Банка развития, вероятно, обусловлен необходимостью дополнительного финансирования промышленного сектора для пополнения оборотных средств, которые заморожены на складах предприятий. В частности, запасы готовой продукции промышленности в январе-июне 2022 года по сравнению с тем же периодом 2021-го выросли на 2,44 млрд рублей или на 45,1%. Косвенно дефицит средств предприятий реального сектора экономики подтверждает резкий рост кредитов в национальной валюте, привлекаемых государственными предприятиями (на 32,8%), из которых 75% — это именно краткосрочные кредиты, — комментирует научный сотрудник BEROC (Киев) Олег Мазоль.

Как следствие, говорит эксперт, со стороны промышленного госсектора формируется спрос на девальвацию. Эти компании для распродажи складов и улучшения собственного финансового результата могут усилить давление на Нацбанк для ускорения девальвации национальной валюты.

Экономист видит повышение риска девальвации в поведении банков. К июню 2022 года, по сравнению с тем же месяцем 2021-го, они нарастили величину привлеченных кредитов в национальной валюте с 515,5 млн рублей до 2,408 млрд и резко сократили привлеченные кредиты в иностранной валюте с 846,6 млн рублей до 121,2 млн рублей в эквиваленте.

— Аналогичным образом ведут себя и государственные предприятия, которые сократили объем кредитов в иностранной валюте с 13 311,9 млн рублей до 10 628,9 млн рублей При этом, например, частный сектор, который не владеет полной информацией о планах правительства, кредиты в иностранной валюте продолжал наращивать, — говорит Олег Мазоль.

В то же время такого уровня дисбалансов в денежно-кредитной и валютной сферах, которые наблюдались, например, в последние годы руководства Национальным банком Беларуси Петром Прокоповичем, в том числе в период 2010—2012 годов, пока нет.

— Хотя уровень денежной массы за календарный год вырос на 25%. Однако существенный девальвационный потенциал белорусского рубля пока не накоплен, текущий уровень переоценки национальной валюты к доллару за последние 12 месяцев составляет порядка 6%, — говорит экономист. — Однако, если все же какие-то аналогии с политикой времен Прокоповича проводить, то как и в тот период ожидания руководителей госпредприятий можно описать следующим образом: «Дождаться девальвации и распродать склады». Поэтому и происходит переформатирование задолженности близких к правительству представителей банковского сектора и государственных предприятий. В том числе накопление последними краткосрочных обязательств в белорусских рублях для покрытия дефицита оборотных средств из-за роста складских запасов. А для поддержки оборотных средств госсектора привлекаются средства Банка развития и Минфина Беларуси.

Среди последствий роста закредитованности предприятий — инфляция, девальвация, финансовые проблемы, отметила академический директор BEROC Катерина Борнукова в комментарии Myfin.by. По ее словам, долговая нагрузка предприятий сейчас перекрывает любые попытки роста реальной экономики. Но все эти кредиты предприятия сейчас «проедают», вместо того, чтобы тратить на инвестиции или модернизацию. Все деньги идут на пополнение оборотных средств — как для выплаты зарплат, так и для закрытия срочных оплат по счетам.

— Мы также видим, что растет закредитованность белорусских компаний в российских рублях. И это может оказаться такой же проблемой, как и избыток долларовых кредитов. Потому что пока Россия не сталкивается с серьезными ограничениями основного экспорта (энергоресурсы, зерновые), а Беларусь уже столкнулась с ними. То есть у российского рубля нет в долгосрочной перспективе тренда на ослабление. У нас ситуация хуже, потому что тренд на ослабление белорусского рубля есть: кроме эмиссионного давления и проблем с экспортом, финансовое состояние белорусских предприятий далеко от идеального, — объясняет эксперт.