Поддержать команду Зеркала
Беларусы на войне
Налоги в пользу Зеркала
  1. В Бресте скоропостижно умер высокопоставленный силовик, который руководил разгоном протестов в Пинске. Ему было 47 лет
  2. У Дворца независимости заметили людей в форме, скорые и МЧС. Узнали, что происходит
  3. В двух беларусских театрах происходят массовые увольнения актеров и сотрудников
  4. В Березовском районе сгорел дом, в котором жила многодетная семья. Погибли четверо детей в возрасте от двух месяцев до шести лет
  5. «24 часа от Минска до аэропорта в Варшаве». Автобусный коллапс на границе с Польшей продолжается
  6. Иран прокомментировал итоги атаки на Израиль и рассказал о своих дальнейших планах
  7. Лукашенко уже 17 дней не может назначить главу своей администрации. Вот почему это странно
  8. Жесткая авария в Минске: автобус влетел в фуру, пострадали 20 человек. СК показал видео ДТП
  9. Почему в Пинске так много змей на набережной и откуда появились гадюки на грядках, объяснил ученый
  10. Сможет ли армия РФ захватить Часов Яр к 9 мая и почему российское командование уверено в этом — анализ экспертов
  11. Уровень цинизма зашкаливает: власти продолжают «отжимать» недвижимость осужденных по политическим статьям. На торги попали новые объекты
  12. Большой секрет Василевской. Власти старательно скрывают, в каком университете училась первая беларусская космонавтка, но мы это выяснили
  13. СК начал спецпроизводство в отношении бизнесмена, который входил в топ-200 самых влиятельных предпринимателей
  14. 58 человек погибли, судьбы многих выживших оказались сломаны. Вспоминаем, как почти 40 лет назад под Минском разбился самолет
  15. Самая большая взятка для Лукашенко? Новое расследование BELPOL о строительстве резиденции политика на Минском море
  16. Как обострение на Ближнем Востоке и новые санкции повлияют на курсы доллара и евро? Прогноз по валютам
  17. «Он пошел против власти, а вы нет — вы хорошие». Монолог освободившегося из самой строгой колонии страны, где сидит Статкевич
  18. Снарядов не хватает, украинцам приходится отбиваться стрелковым оружием. США не помогают Украине — и вот к чему это приводит
  19. Эксперты предупредили беларусов, чтобы готовились к скачку цен. Недавно Лукашенко признался, что не знает, чем закончится эксперимент


Глава НАУ Павел Латушко анонсировал создание трех подчиненных ему комитетов в Объединенном переходном кабинете. По его словам, речь идет о санкционном комитете, а также комитетах уголовного принуждения и кадровой политики. Мы спросили политика, что это за структуры, чем они будут заниматься и кто в них будет входить.

Павел Латушко на форуме демократических сил Беларуси, Вильнюс, 9 августа 2022 года. Фото: zerkalo.io
Павел Латушко на форуме демократических сил Беларуси, Вильнюс, 9 августа 2022 года. Фото: «Зеркало»

— Вы анонсировали создание трех подчиненных вам комитетов в Объединенном переходном кабинете. Расскажите подробнее, что это и чем они будут заниматься?

— Прежде всего, нужно понять, что у нас не классическая ситуация, когда существует вся структура органа исполнительной власти, когда есть аппарат, секретариат, действуют министерства, меняется только руководство, приходит в действующую систему, вносит какие-то политические смыслы и принимает управленческие решения. Мы сейчас фактически создаем систему с нуля.

Конечно, мы основываемся на структурах, на которых существуют демократические силы. Но с точки зрения исполнительного органа эта система во многом создается с нуля. Поэтому не стоит ожидать, что в течение ста дней (как в обычной классической ситуации) правительство должно будет отчитаться о результатах. Это просто невозможно — давайте будем реалистами.

Что касается создания этой системы, то сейчас это является вопросом обсуждения. Поэтому я сказал, что мы вносим предложения о том, чтобы в рамках полномочий представителя представительства, отвечающего за вопросы транзита власти, санкций, уголовного преследования, кадровой политики появилось три структурные подразделения. Это не означает, что в них сядут бюрократы — перечисленные группы просто будут отвечать за эти направления работы. В группе может быть один штатный человек, а пять человек — волонтеры из других организаций или приглашенные эксперты.

Это не будет абсолютно классическая структурное подразделение вроде министерства. Пока мы условно назовем такие группы комитетами или отделами — это предстоит решить.

Первая структура — это комитет по санкциям. Она будет действовать под моим руководством. На сегодняшнем этапе мы должны проанализировать эффективность санкционной политики (прежде всего в экономической сфере) и понять, на что необходимо обратить особое внимание, как добиться того, чтобы санкции дали результат, который мы ждем.

Вторая структура может называться комитетом, который будет заниматься уголовным преследованием. Нам предстоит большой объем работы в рамках национальных юрисдикций стран, на территории которых граждане нашей страны могут подавать заявления о пытках, совершенных в отношении них в Беларуси. Речь идет и о международных правовых системах или международных конвенциях, которые могут быть задействованы. И здесь уже работает определенная команда юристов. Мы говорим даже о возможности того, чтобы нанять профессиональную юридическую компанию, которая могла бы этим заниматься. Нужно понять, что нам мешает сегодня достичь результата, чтобы быть более эффективными.

Третья структура — это кадровый комитет. Это новое направление, и оно должно быть систематизировано. С одной стороны, нам нужно делать все, чтобы дать очень четкий сигнал государственной системе, что сегодня она работает на уничтожение белорусской нации, на репрессии, прекращение существования Беларуси.

Другая часть этой задачи — сформировать систему, которая позволит нам в ближайшее время понимать, что в каждом районе, в каждой области под каждое министерство в перспективе у нас есть группа профессионалов, способных в переходный транзитный период принять ответственность за управление страной.

Сейчас нужно создать группы, которые организуют эту работу. Я бы хотел уточнить, что это не прямо бюрократические структуры. Для последнего у нас нет ни ресурсов, ни каких-то штатных должностей.

— Кто войдет в комитеты, по какому принципу туда будут отбираться люди?

— Это уже вопрос координации работы, она будет зависеть от руководителя комитета или отдела. Он должен проанализировать, кто сегодня в демократических силах Беларуси занимается этим направлением, провести коммуникацию с этими людьми. В рамках горизонтальных связей договориться об объединении ресурсов, всех знаний, опыта, возможностей каждого человека или других организаций. Мы должны объединить свой ресурс вместе с диаспорами, с неправительственными организациями, другими инициативами, чтобы достичь здесь результатов как можно быстрее.

— Вы можете назвать имена тех, кто будет возглавлять эти комитеты?

— Эти имена уже есть, но я не хочу их называть. Это решение будет обсуждаться и окончательно приниматься на заседании Кабинета и согласовываться его главой. Поэтому некорректно называть какие-то имена прямо сейчас.

— Многие могут сказать, что комитеты — это решение ради решения: создается очередная структура, которых уже много. Объясните, почему это не так? Или так?

— Сегодня стоит вопрос о существовании Республики Беларусь. Объединенный транзитный кабинет Беларуси как исполнительный орган фактически становится гарантом этого суверенитета независимости. Мы должны думать не только сегодняшним днем — мы должны думать и на перспективу. Мы видим, как работает российская пропаганда, русский мир. Во-первых, мы должны создавать те институты и органы, которые будут представлять Беларусь и белорусское общество. Второе — нам нужны структуры, которые смогут в решающий момент взять контроль и ответственность за ситуацию в стране. Надо смотреть не с сиюминутной точки зрения, нужно смотреть стратегически. И это решение носит абсолютно стратегический характер. Кто с этим не согласен и у кого еще нет понимания этого обстоятельства, тому это докажет история.

Не нужно ожидать, что завтра произойдет революция. Вы поймите: многие нас критикуют, многие нас обсуждают — и это нормально в демократии. Но вы просто попробуйте на несколько минут попасть в нашу ситуацию. Вы думаете, что здесь стоят батальоны и полки, которые всем этим занимаются? Нет, это несколько десятков человек в каждой структуре. Нас не так много, чтобы мы могли просто, за одно мгновение, перевернуть ситуацию. Но чтобы удар, давление и эффективность были сильнее, нам нужно объединиться. Так мы достигнем результата намного быстрее.