Поддержать команду Зеркала
Белорусы на войне
  1. «Ждала выходных как спасения». Белоруска 18 лет путешествовала по стране почти каждую неделю — остановить ее смогло только любопытство КГБ
  2. «Вина — на Варшаве». Польский журналист об ухудшении отношений между Украиной и Польшей и о том, может ли это отразиться на белорусах
  3. Бывшая девушка минчанина скинула его фото с протестов в ГУБОПиК. Его задержали, избили, держали три месяца под стражей, а потом судили
  4. Источник: в школе в Гродно родителей попросили сообщить об «иностранных документах» в семье. Чиновники от образования искренне удивлены
  5. «Что такое два года?!» В Беларуси собираются ввести обязательную отработку и для платников. А срок распределения увеличить
  6. Швед возмутился количеством часов английского в школах: «Мы готовим рабочую силу для Запада?»
  7. Лукашенко прокомментировал информацию о своей возможной новой резиденции
  8. Спецоперация в Крыму: СБУ и ВМС нанесли мощный удар по аэродрому «Саки»
  9. «У нас люди уже не бедные». Лукашенко не видит никаких проблем в школьных «поборах» (а прошлый глава Минобра это запрещал)
  10. «Такой закон — выстрел в ногу». Что думают студенты и родители о новой инициативе властей по распределению
  11. «Пять минут — и прилетел „Ланцет“. Сдали местные». Интервью с белорусом-разведчиком, который в составе ВСУ воюет за Украину
  12. Украинская бронетехника прорвалась за третью линию российской обороны, 12 попыток вытеснить подразделения ВСУ. Главное из сводок
  13. Трудности в российской армии из-за отсутствия ротации и непродуманные приказы о проведении контратак. Главное из сводок штабов
  14. Болгария выслала двух белорусов из-за «угрозы нацбезопасности страны»
  15. Алиев извинился перед Путиным за гибель российских миротворцев, среди которых был уроженец Беларуси
  16. В Минске по расстрельным статьям будут судить бывшего военного. BYPOL: его под пытками заставили участвовать в провокации
  17. «Уму непостижимо». Премьер раскритиковал систему высшего образования в Беларуси
Чытаць па-беларуску


Объединенный переходный кабинет понес первую потерю в лице теперь уже экс-представительницы по экономике и финансам Татьяны Зарецкой. Бизнесвумен рассказала, что это связано с поступающими угрозами. В Кабинете заявили, что приняли ее решение с пониманием. Какой отпечаток кейс ухода представителя оставит на репутации Кабинета и почему белорусские власти, силовики (или кто-то другой) так борются с не самым сильным в политическом плане игроком, мы спросили у экспертов.

Фото: t.me/tsikhanouskaya
Фото: t.me/tsikhanouskaya

Как уход одного из представителей отразится на репутации Кабинета?

На вопрос, как отразится уход из Кабинета одного из представителей вскоре после формирования структуры, на его весе и доверии к нему в глазах общества, экс-дипломат, старший исследователь «Центра новых идей» и автор телеграм-канала «Пульс Ленина» Павел Мацукевич отвечает, что это вряд ли принципиально изменит отношение людей.

— Те, кто верил и связывал какие-то надежды с появлением Кабинета, продолжат в него верить. Те же, кто смотрел на его появление как на какую-то трансформацию внутри оппозиции, которая может принципиально ничего не значить, получат дополнительный аргумент оставаться скептически настроенными по отношению к перспективам этой новой структуры, — объясняет он. — Если бы Кабинет смог за это время сделать что-то выдающееся, это могло повысить к нему общественный и политический интерес. Но поскольку, кроме самого факта появления, ничем прорывным пока не отметился, статус-кво сохраняется.

Эксперт дополняет, что Кабинет не карточный домик и Татьяна Зарецкая не та ключевая карта, выпадение которой означает разрушение всей конструкции.

Экс-дипломат и аналитик Европейского совета по международным отношениям (ECFR) Павел Слюнькин указывает на неоднозначную информационную сторону, которая предшествовала уходу представителя по экономике.

— Слухи о том, что Татьяна Зарецкая покинет Кабинет, появились довольно давно. Связаны они были с расследованием, которое появилось на сайте, явно созданном для дискредитации людей. Там было много фактов, которые должны ее выставить в темном свете, но которые поднимают вопросы к ее бизнесу и профессиональному опыту. Именно с этой публикацией я связываю ее уход из Кабинета, потому что многие люди начали поднимать материалы, связанные с ее бизнесом, и задавать вопросы, насколько она была правдива в том, что она успешная бизнесвумен. Как я понимаю, на многие вопросы ответов нет: Татьяна отказывается комментировать эти вещи. Это вызывает дополнительную волну интереса к ней, — говорит Павел Слюнькин. — Очевидно, об этом было известно и Кабинету. И ее уход — это попытка избежать репутационных потерь, о которых в ближайшем будущем, благодаря независимым журналистам, мы можем узнать. Но подчеркну, я не знаю, правдивы утверждения в том материале или нет.

В ближайшее время мы выпустим текст о том, как пытались поговорить с Татьяной Зарецкой об упоминаемом Слюнькиным материале, а также задать другие вопросы, касающиеся ее бизнеса.

Уход из Кабинета одного из представителей, по его мнению, это удар по репутации всех демсил и по структуре в частности.

— Офис Светланы Тихановской вынужден был пойти на уступки критикам изнутри демократических сил, которые претендовали на большую роль, влиятельность, вход на встречи с европейскими политиками. Им хотелось должностей, большей институционализации отношений. Реагируя на эти претензии, Офис Светланы Тихановской, как мне кажется, был вынужден пойти на создание такой структуры, которая сама по себе не дает дополнительных ресурсов для изменения ситуации в Беларуси. В итоге Тихановская как была, так и осталась избранным лидером, а остальные назначенные ей люди не признаются как альтернативное правительство, — продолжает Павел Слюнькин. — Но чем больше людей, которые занимают ведущие позиции или должности, тем больше ожиданий от общества в плане изменения ситуации. В то же время тем больше попыток дискредитации этих людей. Неважно, хорошие они или плохие, эта работа будет вестись. Если раньше проблема российского паспорта Сахащика была только его, то теперь это проблема всех демсил. То же самое с Татьяной Зарецкой.

Какой вызов стоит перед Кабинетом и какие проблемы выявил кейс Зарецкой?

Павел Мацукевич смотрит на ситуацию с уходом Зарецкой как на вызов. Он отмечает, что ее приход в Кабинет был связан с энтузиазмом с ее стороны, пришла она в структуру добровольно и, судя по ее интервью, была полна идей.

—  А тут внезапно спустя два месяца она выходит из Кабинета. И называет причины, которые с житейской точки зрения звучат достаточно весомо, но с политической точки зрения и точки зрения ответственности — большой вопрос, — объясняет он. — Эти метания плохо характеризуют и саму структуру, и не очень хорошо тех людей, которые такие решения принимают. Мне кажется, что риски угроз и попыток дискредитации были на поверхности. Я убежден, что все члены кабинета так или иначе сталкиваются с угрозами, причем нередко воплощаемыми в жизнь. Это касается и Павла Латушко, у которого брат за решеткой, и самой Светланы Тихановской, у которой муж в колонии.

Объединенный переходный кабинет в Варшаве 4 октября 2022 года. Фото: официальный телеграм-канал Кабинета
Объединенный переходный кабинет в Варшаве 4 октября 2022 года. Фото: официальный телеграм-канал Кабинета

После этого кейса набирать людей в Кабинет будет сложнее, считает Павел Слюнькин, потому что все понимают уровень давления, который будет на них оказываться. А учитывая требования к потенциальным представителям, список кандидатов еще больше сужается: требования высокие, а стимулов или очевидных выгод нет.

— Их будут не только критиковать люди, желающие перемен и требующие от людей, взявших на себя политическую ответственность, их добиваться. Но удары будут наносить белорусские спецслужбы, дискредитируя, критикуя, ища на них компромат, — говорит Павел Слюнькин.

Павел Мацукевич дополняет, что кейс с Татьяной Зарецкой поднимает также вопрос безопасности представителей Кабинета

— Если действительны причины, которые Татьяна Зарецкая назвала публично, а нет каких-то иных, то для Кабинета складывается не очень приятная ситуация. Он, претендуя на роль некоего альтернативного правительства (это мы видим по попыткам добиться международного признания), вместе с тем не может оказывать влияние на ситуацию в Беларуси, защищать участников инициатив, которые находятся в Беларуси. А в данном случае получается, что не может обеспечить безопасность даже члена своей команды, — говорит он.

Боится ли режим Лукашенко Кабинета или просто силовики делают свою работу?

— Раньше все усилия [силовиков] были направлены на Светлану Тихановскую как лидера и символ демократического движения. Теперь они будут направлены на Кабинет, структуру, которая претендует на представительство белорусов. Но это не означает автоматически, что они боятся, — отвечает Павел Слюнькин на вопрос, почему власти, силовики (или, возможно, кто-то другой) так старательно дискредитируют представителей Кабинета.

По его мнению, работа направлена на то, чтобы разрушать авторитет, репутацию, снижать уровень симпатий к людям, которые в него входят, — и за счет всего этого мешать им добиваться целей. Причем не только среди белорусов, но и среди иностранных партнеров.

—  Чем больше скандалов происходит вокруг Тихановской, тем меньше желания у иностранных партнеров с ней или тем же Кабинетом работать. Всплывают старые истории про белорусские оппозиционные силы, которые, как правило, ругались друг с другом. Естественно, у иностранных партнеров нет желания разбираться, кто прав, кто виноват. Это будет влиять на их потенциал принесения вреда этому режиму, — дополняет аналитик ECFR.

Павел Мацукевич считает, что силовики смогли нащупать «слабое звено», подчеркивая, что речь идет безотносительно Татьяны Зарецкой как таковой. Суть в том, что они работают по представителям демсил и именно в этом случае чего-то добились.

— Но если члены команды разбегаются из-за угроз, то это, на мой взгляд, показательный момент. За два года можно было понять, с кем оппозиция имеет дело, — дополняет он. — Но другой вопрос, насколько серьезно режим воспринимает все это. Из того, что видно, он методично отрабатывает все протестные сюжеты. Офис Светланы Тихановской, Кабинет, полк Калиновского — это отдельные главы большого сюжета. Каждую из них режим методично отрабатывает. Мы же видим, что представители силовиков вскрываются в ключевых чатах, какие-то силовики занимаются Кабинетом, какие-то Народным антикризисным управлением, другие — кампанией Цепкало, полком Калиновского, «Погоней». В какой-то момент кто-то из них демонстрирует результаты. В данном случае, если действительно были угрозы, можно сказать, что у силовиков, работавших с Кабинетом, что-то получилось. Но я бы не сказал, что власти действительно боятся Кабинета, — у них пока нет оснований для этого. Может быть, они сегодня больше боятся полка Калиновского, хотя и для этого пока нет достаточных причин.