Поддержать команду Зеркала
Белорусы на войне
  1. В Латвии скандал из-за ограждения на границе с Беларусью. Несколько чиновников пойдут под суд — в чем их обвиняют
  2. «Наша Ніва»: Телеграм-канал силовиков, где публикуют «покаянные» видео задержанных, случайно выдал своих админов
  3. СМИ Зимбабве выдвинули версию, зачем Лукашенко приезжал в их страну
  4. Большой госдолг, рост расходов на национальную оборону и инфляция выше прогнозируемой. Изучили бюджет на 2023 год
  5. Выпускник БГУИР выиграл более 3 млн долларов на престижном турнире по покеру
  6. Минфин предупредил про резкий рост ставок акцизов на сигареты и алкоголь. За этим последует повышение розничных цен
  7. В Беларуси пересмотрели «завышенные» требования к годности призывников. Теперь десантником можно стать при весе до 100 кг
  8. Чешский был на грани исчезновения, иврит — фактически мертв. Рассказываем, как погибали языки разных народов и как их спасали
  9. Мобилизованные россияне все чаще отказываются воевать, РФ занимается реструктуризацией армии. Главное из сводок
Чытаць па-беларуску


Бывший администратор «Черной книги Беларуси» Янина Сазанович 9 ноября выступила в соцсетях с открытым обращением к советнику Светланы Тихановской Франаку Вячорке, который основал агентство «Инфопоинт». Она заявила, что хочет «поставить жирную точку» в истории с сотрудником ГУБОПиК, который, по ее словам, был вовлечен в работу ЧКБ и структуры самого агентства. История с этим человеком публично была раскрыта только спустя месяцы. После обращения Сазанович директор «Инфопоинта» Саша Романова и сам Франак Вячорка дали комментарий «Зеркалу» по этому поводу. Однако к этой истории остался ряд вопросов. Мы задали их Романовой.

Сотрудник ГУБОПиК Артур Гайко, который был внедрен в "Черную книгу Беларуси". Фото из материала "Белсата"
Сотрудник ГУБОПиК Артур Гайко, который был внедрен в «Черную книгу Беларуси». Фото: «Белсат»

— Вы говорили, что сотрудника, который принял на работу в ЧКБ агента спецслужб, отстранили от работы с проектами и командами «Инфопоинта» 19 октября 2022 года. Но то, что в коллективе был представитель спецслужб, стало ясно гораздо раньше, еще в мае 2021 года. Почему решение об отстранении было принято так поздно? Все это время этот сотрудник имел доступ к чувствительной информации? Какой?

— Понимаете, оценка ущерба была другой. Год назад казалось, что ущерб конкретным людям гораздо меньше, чем он может быть в реальности. Более того, мы и сейчас не знаем, сколько именно человек пострадало от этой операции спецслужб.

Сотрудник, о котором вы спрашиваете, — это молодой парень без особенного опыта. Понятно, что в 2020 году ни у кого его не было — вспомните себя в то время, когда протестные марши в Беларуси проходили каждые выходные, и белорусы жили надеждой.

Сейчас ситуация поменялась. Я провела внутреннее расследование среди бывших сотрудников ЧКБ, чтобы понять, как там работали процессы полтора года назад, какой вред мог нанести агент, к чему именно он имел доступ.

Выяснилось, что мы могли недооценить количество пострадавших, ведь никто не знает, сколько их на самом деле — и это болезненная история, она серьезнее, чем казалось год назад. Несмотря на то что сотрудник осознает вину и раскаивается, было принято решение его отстранить.

— Что вы имеете в виду под отстранен? Уволен?

— Я имею в виду то, что он отстранен от работы с командами и проектами.

— Почему в своем посте вы не называете имен людей, о которых упомянула Янина Сазанович?

— Потому что это живые люди, у них есть мама и папа. Вряд ли публичное унижение и поиск козла отпущения чем-то поможет ситуации, которая, к сожалению, уже свершилась. Правильным решением в данной ситуации мы видим то, чтобы обезопасить рабочие процессы и не давать пропаганде лишних поводов для травли. В книге Голдинга «Повелитель мух» рассказывается про подростков, оказавшихся на необитаемом острове во время войны. Детям казалось, что если они затравят мальчика в очках, то их жизнь наладится. Но все привело к трагедии. Я все чаще вспоминаю эту книгу в связи со скандалами. Есть и фильм «Повелитель мух», просто посмотрите его, если еще не смотрели.

— Почему после того как стало известно, что в «Инфопоинте» есть сотрудник спецслужб, вы не рассказали сами об этом, публично?

— В «Инфопоинте» нет и не было сотрудника спецслужб, это ошибочное утверждение. Агент был в проекте ЧКБ, и речь о событиях до кейса с Протасевичем. Я узнала о том, что в ЧКБ был агент, в мае 2021 года, когда самолет Ryanair был насильственно посажен в Минске, и пропаганда по телевизору рассказала, что я куратор ЧКБ. Я очень удивилась, потому что занималась проектами KYKY.org и the-village.me и лишь помогала протестным блогерам по своему личному желанию и мотивам.

Но понимаете ли, проблема в том, что мы, действующие сотрудники Infopoint Media Network, понимаем под «Инфопоинтом» не то, что все остальные. Считается, что он существовал с 2020 года и в том же виде продолжает работать. Но наш взгляд на ситуацию иной. Мои коллеги с осени 2020 до мая 2021 года не считали ЧКБ частью «Инфопоинта», не финансировали и не развивали их проект. Их поддерживали частные лица и организации. Я не буду говорить какие. Активисты ЧКБ могли участвовать в мероприятиях «Инфопоинта», но на этих редких мероприятиях было много людей, которые не являются его частью. Более того, я уже выражала свое мнение по поводу ЧКБ и даже писала колонку на KYKY.org о том, чем именно мне он не нравится. Этого же мнения придерживаюсь и сейчас — деанонимизацией силовиков должны заниматься спецслужбы и, возможно, BYPOL. Журналисты должны заниматься журналистскими расследованиями.

— Была ли проведена проверка всех остальных сотрудников после мая 2021 года, когда вы поняли, что в ваших рядах находится агент спецслужб? Когда и к каким выводам вы пришли? Если ее не было, почему?

— Нет, не проводили. У нас не было оснований не доверять нашим прочим сотрудникам, учитывая их биографию и опыт. Но я знаю, что сотрудник, которого мы отстранили, официально давал показания полиции Литвы по этому делу.

— Как вы проводите проверку сейчас, нанимая новых людей в компанию?

— Сейчас мы принимаем проверенных людей, за которых могут поручиться другие люди, которых мы знаем и которым доверяем.