Поддержать команду Зеркала
Беларусы на войне
Чытаць па-беларуску


После проигранных выборов Уинстон Черчилль назвал демократию «худшей формой правления, если не считать всех остальных, что были испытаны с течением времени». Эта характеристика вполне применима и к рыночной экономике. Все попытки придумать альтернативные системы развития обернулись полным крахом. Рассказываем, что такое рынок, какие черты ему характерны, а также как относятся к нему белорусы и можно ли назвать нашу экономику рыночной.

Этим материалом мы продолжаем новый проект «Пять правил демократии». В нем рассказываем об особенностях этой политической системы. Без каких вещей демократия в принципе не может существовать? Что есть у белорусского общества и чего ему не хватает для построения успешного демократического государства? В нашем проекте мы ищем ответы на эти вопросы.

Что это вообще такое и зачем нужно?

Словосочетание «рыночная экономика» или — кратко — «рынок» используется постоянно. Тем не менее его полная характеристика известна не каждому. Поэтому начнем с разбора этого термина. «Беларуская энцыклапедыя», 18 томов которой выходили в девяностые и нулевые годы, характеризует его так: рынок — это система организации экономической деятельности, основанная на товарно-де­неж­ных от­но­ше­ниях, разнообразии форм собственности, свободной конкуренции между производителями и потребителями.

Если очень упростить, это когда вы можете что-то произвести или купить, ориентируясь на спрос, а не на указку сверху.

Но почему рыночная экономика важна и что дает обществу? Профессор Йельского университета Чарльз Линдблом говорит о следующих плюсах:

  • позволяет эф­фек­тив­но рас­пре­де­лять экономические ре­сур­сы;
  • обеспечивает гиб­кость к ме­няю­щим­ся ус­ло­ви­ям, легко адаптируется к ним;
  • оп­ти­маль­но ис­пользу­ет ре­зуль­та­ты на­уч­но-тех­ни­че­ско­го про­грес­са;
  • формирует стимулы для про­из­во­ди­те­лей к инновациям и эффективной работе;
  • обес­пе­чи­вает сво­бо­ду вы­бо­ра по­тре­би­телей;
  • обеспечивает свободу действий предпринимателей;
  • помогает удов­ле­тво­рять раз­но­об­раз­ные по­треб­но­сти;
  • помогает по­вы­шать ка­че­ст­во то­ва­ров и ус­луг.
Фото: TUT.BY
Снимок носит иллюстративный характер. Фото: TUT.BY

Разумеется, есть и минусы. По Линдблому они такие:

  • нестабильное развитие;
  • неспра­вед­ли­вое рас­пре­де­ле­ние до­хо­дов (богатые еще больше богатеют, бедные — беднеют);
  • возникновение монополий, что приводит к неконтролируемо высоким ценам и безработице (разорению мелких компаний);
  • от­каз или ограниченное про­из­вод­ст­ва об­щественных благ (пример последних — парковки, общественные дороги и т.д.);
  • внешние эффекты, которые делятся на производственные, потребительские и смешанные. Пример первых — работа химического завода, сливающего в реку отходы, что приводит к гибели рыбы, ловом которой занимается рыбопромысловая компания. Пример вторых — вредные выбросы завода в атмосферу, от которых страдают местные жители; из этого вытекает игнорирование вопросов экологии и т.д.

Модели рыночной экономики

Из-за минусов рыночной системы в нее приходится вмешиваться государству. Именно оно принимает антимонопольное законодательство, заботится об экологии и природе, выплачивает пособия по безработице, финансирует работу социальной сферы и т.д. Как вы понимаете, речь о государствах в целом. Далеко не каждое из них (увы, Беларусь не исключение) может похвастаться эффективными действиями в этих сферах.

Фото: TUT.BY
Снимок носит иллюстративный характер. Фото: TUT.BY

Степень вмешательства государства в рыночные отношения обуславливают разные модели рыночной экономики. Исследователи выделяют семь основных:

  • американскую — наиболее близкую к чистой форме рынка;
  • со­ци­аль­но-ори­ен­ти­ро­ван­ную немецкую. Она сочетает ме­ха­низ­мы ры­ноч­но­го саморегулирования и государственного воз­дей­ст­вия на эко­но­ми­ку. Бизнес социально ответственный. Го­су­дар­ст­во обес­пе­чи­ва­ет кон­ку­рент­ность и контролирует со­блю­де­ние ус­та­нов­лен­ных «пра­вил иг­ры», но не вме­ши­вается в рыночные отношения. Мы подробно рассказывали о появлении этой модели в своем тексте;
  • шведскую, при которой — под влиянием находившихся у власти со­ци­ал-де­мо­кратов — имеет место государственное ре­гу­ли­ро­ва­ние, борьба с безработицей и выравнивание до­хо­дов;
  • китайскую — предусматривает со­вме­ст­ные дей­ст­вия бизнеса и государства под руководством Коммунистической партии, в руках которой сохраняется вся политическая власть. Также государство контролирует цены;
  • японскую мо­дель «ад­ми­ни­стра­тив­но­го рын­ка» — го­су­дар­ст­во вы­сту­па­ет как направляющая и ко­ор­дини­рую­щая си­ла эко­но­мического раз­ви­тия, оно согласовывает действия с крупным биз­не­сом;
  • индийскую модель «двух­сек­тор­ной рыночной экономики» — в ней наряду с развитием рынка существуют закон­сер­вированные эле­мен­ты тра­диционной эко­но­ми­ки в рам­ках об­щин­но-кас­то­вой сис­темы;
  • ис­лам­скую — в ней важную роль играет религия: существует за­прет мо­но­по­лий, ростовщичества, при­ну­ж­де­ния к сделкам, азар­та, про­па­ган­ди­ру­ют­ся за­прет на бесцельное бо­гат­ст­во; ответственность бо­га­тых за бед­ных.

Есть ли альтернатива рынку?

В начале этого текста мы уже упоминали о высказывании Уинстона Черчилля о демократии. То же можно сказать и о рыночной экономике — каких-либо серьезных альтернатив у нее нет.

В ХХ веке рыночную экономику противопос­тав­ляли пла­но­вой (или командно-административной). Она хорошо известна многим читателям, поскольку функционировала в Советском Союзе. Также схожая модель со своими региональными особенностями использовалась в восточноевропейских странах, находившихся под влиянием СССР.

Первоначально плановая экономика формировалась как система, нацеленная на мобилизацию ре­сур­сов на рубеже 1920−1930-х годов. Они понадобились для форсированной ин­ду­ст­риа­ли­за­ции и коллективизации, что происходило параллельно с процессами окончательного оформления советской тоталитарной политической системы.

Фото: TUT.BY
Снимок носит иллюстративный характер. Фото: TUT.BY

Плановой экономике был характерен полный контроль государства над ценами, регулированием производства, количества выпускаемой продукции, обязательное распределение выпускников вузов и т.д. При этой системе произошла победа СССР во Второй мировой войне, были достигнуты успехи в военной промышленности (ли­к­ви­дирована мо­но­по­лия США на ядер­ное ору­жие) и достигнуто первенство в космосе. Но уровень жизни в Советском Союзе никогда не был высок, а тяжелая промышленность все время развивалась в ущерб легкой.

В 1960-е по­ка­за­те­ли эко­но­мического рос­та стран с плановой экономикой стали существенно ни­же по срав­не­нию с Западной Ев­ро­пой, а в 1970-е годы разрыв увеличился еще сильнее. Советский Союз проморгал постиндустриальную революцию и остался не у дел. К концу 1980-х его экономика оказалась на грани краха.

Не лучшей была ситуация у партнеров. Наиболее удачным на определенном этапе казалась венгерская модель. В конце 1960-х местные пред­при­ятия­ смогли выбирать по­став­щи­ка и за­каз­чи­ка про­дук­ции, была смяг­че­на мо­но­по­лия во внеш­ней тор­гов­ле. Ши­ро­ко до­пус­ка­лось ма­лое пред­при­ни­ма­тель­ст­во. Но пер­во­на­чаль­ные ус­пе­хи, при­бли­зив­шие стра­ну к западно-европейским стан­дар­там мас­со­во­го по­треб­ле­ния, уже в 1970-е сме­ни­лись рез­ким сни­же­ни­ем рос­та ВВП при рос­те внеш­ней за­дол­жен­но­сти.

Еще один вариант — теории рыночного социализма. Они предусматривали со­че­та­ние государственной формы соб­ст­вен­но­сти и самостоятельного при­ня­ти­я решений пред­при­ятия­ми. Последние при этом руководствовались ры­ноч­ными ценами и кон­ку­рент­ными стимулами. Другими словами, имело место что-то среднее между рынком и плановой экономикой.

В истории известны несколько попыток реализации таких теорий:

  • «новая экономическая политика» в СССР 1920-х;
  • «югославская модель», появившаяся в 1950-е (ее ключевой эле­мен­т — «ра­бо­чее самоуправление» пред­при­ятий);
  • чехословацкая концепция (ее не успели полноценно реализовать в 1968-м во время Пражской весны);
  • попытка, сделанная в СССР и странах Восточной Европы в конце 1980-х.

Но ни в одном случае не наблюдалось долгосрочного положительного эффекта. Без частной соб­ст­вен­но­сти рыночные механизмы не работали.

В итоге можно заявить, что эффективных альтернатив рыночной экономике так и не нашли.

А что с Беларусью?

В ХХ веке белорусы жили в реалиях рыночной экономики два межвоенных десятилетия — речь о западной части страны, находившейся под властью Польши. В Советском Союзе же действовала плановая экономика.

Непродолжительный период рынка и ограниченных реформ имел место в 1991—1994 годах после распада СССР и восстановления независимости. Но после прихода к власти Александра Лукашенко произошел разворот, хотя полного возврата к советской модели и не произошло. Даже в первые годы правления этого политика проводилась ценовая либерализация (Нацбанк тогда возглавлял либерал Станислав Богданкевич, премьер-министром был симпатизировавший этим идеям Михаил Чигирь). Но эту политику пришлось совмещать с требованием Лукашенко увеличить зарплаты, что приводило к огромной инфляции.

Одновременно на протяжении всего периода правления Лукашенко наблюдаются попытки государства регулировать цены (последнее по времени — в 2022-м). Вскоре после прихода к власти политик свернул первые робкие попытки приватизации. А в 1995-м он определил, что только он может принимать решения о продаже крупных предприятий. В итоге в том году форму собственности сменили 53 предприятия против 184 в 1994-м и 140 в 1993-м. Причем акционирование вовсе не предполагало смены собственника — в большинстве случаев основной пакет акций остался за государством. Отдельные предприятия возвращались в собственность государства с помощью «золотой акции» и волевых решений Лукашенко. Также имела место национализация частных банков и постоянное давление на частный сектор.

Основой экономического благополучия Беларуси стали тесные связи с Россией, угрожающие потерей политического суверенитета. Второй косвенной основой успехов стала многолетняя практика эмиссионного кредитования — точнее, включение печатного станка. Когда цена нефти для Беларуси приближалась к рыночной, а печатный станок наконец был выключен, темпы роста экономики страны оказались весьма скромными — до 2% в год.

Парадоксально, что экономику страны при этом нельзя назвать антирыночной. По данным на 2021 год, частный бизнес давал более 50% валовой добавленной стоимости, около 60% от всей выручки, а также формировал более 47% от общего объема товарного экспорта страны.

Фото: TUT.BY
Снимок носит иллюстративный характер. Фото: TUT.BY

Но и до полноценного рынка далеко, что четко зафиксировали международные наблюдатели. После распада СССР Беларусь автоматически унаследовала статус страны с нерыночной экономикой — речь о трактовке министерства торговли США. В такой компании мы оказались не единственными. Но со временем Россия, Казахстан, Украина, Польша, Литва, Латвия, Эстония, Чехия, Словакия, Венгрия, Румыния успешно пересмотрели статусы своих экономик, а Беларусь — нет.

В 2019-м белорусское правительство обратилось в минторг США с просьбой пересмотреть статус — он не давал на равных конкурировать с товарами, произведенными в странах с рыночной экономикой. Но Штаты отказали. В последующие годы вмешательство государства в отечественную экономику еще больше увеличилось. Поводов говорить о нашем рыночном статусе стало еще меньше.

Отношение белорусов к рынку

За годы независимости отношение белорусов к рынку серьезно поменялось. Как показали данные опросов (они проводились в рамках проекта международной технической помощи «Развитие Кастрычніцкага эканамічнага форума», реализуемого при поддержке Европейского союза), в 2008-м последовательных сторонников плановой экономики было в 2,5 раза больше, чем последовательных сторонников рынка. Спустя десять лет ситуация изменилась радикально: «социалисты» оказались в меньшинстве. Если учесть и тех, кто выступает за частичные реформы, то получится, что половина населения страны — это сторонники рыночной экономики. Вторая половина — это сторонники плановых методов и «неопределившиеся» примерно в равных пропорциях.

Социологические исследования 2019 года. Данные Исследовательского центра ИПМ. Изображение: TUT.BY
Социологическое исследование 2008 года (внутри диаграммы) и 2018 года по предпочтениям белорусов. Изображение: TUT.BY

В 2019-м исследователи изучили отношение белорусов к частному и государственному бизнесу.

Опрос 2019 года. Изображение: TUT.BY
Опрос 2019 года о предпочтениях белорусов. Данные Исследовательского центра ИПМ. Изображение: TUT.BY

«На вопрос „какой бизнес эффективнее“ только 12,9% респондентов ответили, что государственный, а 48,6% — что частный (остальные либо не определились — 24,9%, либо считают, что между государственным и частным бизнесом нет отличий в эффективности — 13,5%). Причем частный сектор „выигрывает“ у государственного во всех возрастных группах, даже в группе людей старше 65 лет, которых принято считать сторонниками традиционной модели экономики. Частный бизнес выигрывает у государственного и в городах, и на селе. Во всех регионах. И среди мужчин, и среди женщин. При любом уровне образования. И среди занятых, и среди тех, кто не работает. Вне зависимости от рода занятий и материального положения. Частный сектор эффективнее государственного — по этому поводу в обществе достигнут безусловный консенсус», — констатировал директор Исследовательского центра ИПМ Александр Чубрик. Между тем наличие и свободное развитие частного бизнеса, конкуренция внутри него — один из важных элементов рыночной экономики.

Любопытно, что на протяжении эпохи Лукашенко рыночные элементы или классический рынок пытались вводить или лоббировать упомянутые Михаил Чигирь и Станислав Богданкевич, после них правительственный дуэт Михаила Мясниковича и Сергея Румаса, тандем экс-первого вице-премьера Василия Матюшевского и главы Нацбанка Павла Каллаура. В каждом случае основной, а иногда и единственной преградой для реализации на практике их взглядов становилась полусоциалистические, или, другими словами, советские взгляды Лукашенко — главного тормоза для развития рыночной экономики в нашей стране.