Поддержать команду Зеркала
Белорусы на войне
  1. Чиновники ввели очередные новшества при проверке доходов и расходов населения. Изменения затрагивают построивших дома и квартиры
  2. «У меня оргазмов в двух браках не было». Рассказываем о сексе в жизни белорусов во времена СССР
  3. Прогноз по валютам: очень вероятно снижение курса доллара. Как сильно он подешевеет?
  4. «Продолжающиеся репрессии и поддержка России в войне». ЕС на год продлил санкции против Лукашенко и его окружения
  5. Глава украинской разведки Буданов анонсировал новые удары по Крыму и назвал причину смерти Навального по версии ГУР
  6. Глава Администрации Лукашенко, Гигин, Азаренок и другие. ЦИК обнародовал фамилии депутатов Палаты представителей восьмого созыва
  7. У Лукашенко спросили, будет ли он участвовать в президентских выборах 2025 года. Вот что сказал политик
  8. Герой мемов депутат Марзалюк остался в парламенте на третий срок. Угадайте, какая у него зарплата
  9. Почему Путин и чиновники не вспомнили о второй годовщине войны, что сейчас в Крынках, о захвате которых заявил Шойгу. Главное из сводок


Во время просмотра послания Александра Лукашенко белорусскому народу и Национальному собранию мы обратили внимание на интересную особенность. Госслужащие, имена которых Лукашенко просто упоминает в речи, встают со своих мест, даже если к ним напрямую не обращаются. Мы спросили у бывших госслужащих, существует ли какое-то требование на этот счет.

Владимир Кухарев, председатель Мингорисполкома. Фото: трансляция послания Александра Лукашенко.
Председатель Мингорисполкома Владимир Кухарев во время послания Лукашенко белорусскому народу и Национальному собранию, 31 марта 2023 года. Скриншот трансляции

Павел Латушко, экс-министр культуры Беларуси и нынешний заместитель председателя Объединенного переходного кабинета, а также глава Народного антикризисного управления говорит, что причина — в стиле общения Лукашенко с чиновниками.

— Тональность, стиль общения Лукашенко с чиновниками были всегда агрессивными и подавляющими. Это фактически вынуждало чиновников подыматься в его присутствии. Когда на тебя кричат, тебя унижают, дают жесткие оценки, психологически необходимо стать «по стойке смирно» перед своим диктатором. Лукашенко воспринимает чиновника как солдата, который должен выполнять приказы. Он ведь всегда позиционирует себя как бывший военный, любит надевать мундиры, фуражку, [принимает] доклады в военном, а не гражданском стиле. Диктаторская система всегда военизированная, — считает Латушко.

Глава НАУ также привел в пример историю со времен его работы на госслужбе. Однажды он заметил, как прямо перед встречей с Лукашенко нынешний первый заместитель премьер-министра Николай Снопков снял запонки с рубашки, закатал рукава и надел пиджак.

— Я спросил у него: «Почему вы это делаете?» Снопков ответил, что Лукашенко не терпит запонок, и посоветовал мне тоже не надевать такие рубашки. Скажу честно, я свой стиль не поменял. У меня практически большинство рубашек в то время были с запонками, — вспоминает Латушко.

Павел Мацукевич, экс-дипломат, бывший временный поверенный в делах Беларуси в Швейцарии, а сейчас старший исследователь Центра новых идей, называет такую реакцию чиновников «инстинктом самосохранения».

— Инструкций таких нет. Вскакивают инстинктивно, как ученики в советской школе, когда учитель вызвал. Лучше встать, чем не встать, — считает Павел Мацукевич. — Вспомнилась противоположная история, когда Владимир Макей сменил Сергея Мартынова на посту главы МИД и у нас было с ним первое совещание. Макей вошел в зал — все вскочили с мест. Он смутился и попросил больше не вставать. И хоть все продолжали это делать, он демонстрировал, что это не нужно.

Мацукевич пояснил, что вставать в таких ситуациях казалось лучше, так как никто не знал, как отреагировал бы глава МИД, если бы дипломаты этого не сделали.

— Вспоминается радикальный пример из советской истории на тему «правильной» реакции на начальника. Сталин однажды заявил, что устал и собирается оставить пост генсека. Всех сидевших в зале от расстрела спас Маленков, который не растерялся и произнес: «Просим остаться», — заключает бывший дипломат.