Поддержать команду Зеркала
Беларусы на войне
  1. Правозащитники: На территории бобруйской колонии произошел пожар, этот факт хотели замять
  2. Лукашенко требовал скромнее отмечать выпускные, чиновники взялись исполнять. Но вот как они организовали последний звонок в Минске
  3. В Беларуси проблемы с доступом к VPN. Павел Либер прокомментировал ситуацию
  4. В Беларуси опять дорожает автомобильное топливо
  5. Эксперты: Вероятное преждевременное начало российского наступления «подорвало успех» на севере Харьковской области
  6. На Беларусь надвигаются грозы. Вот какой будет погода с 27 мая по 2 июня
  7. Прогноз по валютам: еще увидим дешевый доллар — каких курсов ждать в последнюю неделю мая
  8. «Верните хотя бы мои деньги». Беларуска рассказала в TikTok, как пострадала из-за супердоступа силовиков к счетам населения
  9. Убыточное предприятие набрало долгов на сотни миллионов. Но выплачивать не будет — вмешалось государство
  10. «Сказать, что в шоке, — не сказать ничего». Дочь беларуски не пустили в самолет с паспортом иностранца — ситуацию комментирует юристка


Правительство решило в этом году продолжить «шлифовать жирок» в торговле. При этом чиновники считают, что, приняв очередные изменения по ценам, пошли бизнесу навстречу. Сами предприниматели (как минимум, некоторые) с этим не согласны. Более того, ручное управление важным элементом рынка торговли усилило другие трудности, которые давили на малый и средний бизнес. Какие это проблемы и как удается выживать небольшим магазинам, «Зеркалу» рассказал владелец одного из них.

Иллюстративный снимок. Фото: Tara Clark / unsplash.com
Иллюстративный снимок. Фото: Tara Clark / unsplash.com

Как только приспособился — новые изменения

Бизнесмен Антон (имя изменено в целях безопасности собеседника) владеет и управляет магазином формата «у дома» в одном из райцентров. С момента введения ручного управления ценами он, говорит, прошел несколько этапов принятия — сначала едва не закрылся, потому что начались убытки. Связано это было с тем, что, с одной стороны, чиновники повысили стоимость услуг, в том числе коммунальных. С другой стороны, они установили жесткие рамки по торговым надбавкам, что лишило бизнес возможности повышать доходность одних продуктов и сохранять довольно небольшие цены на другие.

— Некоторые позиции, на которые они ограничили надбавки, настолько низкие, что не обеспечивают доходность. Те же колбасные изделия. 20% надбавки для них — это мало. Мы и раньше могли устанавливать такие надбавки (и даже ниже) на более дешевую колбасу, но повышали на ту, что стоит дороже. Колбаса ведь лежит в витрине, которая работает от электричества, причем круглосуточно. Электричество для нас стоит в два раза дороже, чем для населения, — приводит пример Антон.

Постепенно, продолжает предприниматель, он нашел способы максимально снизить затраты, в том числе отказался от ряда продуктов, продавать которые приходилось в минус, и с переменным успехом «начал выживать». Но в таких условиях, по его словам, говорить про доходность бизнеса «вообще невозможно».

Что касается последних изменений 713-го постановления, принятых с начала этого года, то предприниматель считает, что это всего лишь смена некоторых общих черт, которые никак не облегчают работу небольшим компаниям.

— Как будто нас, представителей мелкого и среднего бизнеса, это, по большому счету, не касается. Они внесли изменения, которые, как я считаю, пролоббировали крупные сети. Я, допустим, ждал этого изменения, думал, что они увеличат предельный размер торговой надбавки по определенным позициям, как это было сделано в предыдущий раз, когда разрешили добавить ее на некоторые товары отечественного производства. Но этого сделано не было, — говорит предприниматель.

Он рассказывает, что как только бизнес находит способы приспособиться к очередным изменениям и ужесточению условий работы, в том числе по ценам, приходят новые вызовы. Один из них — повышение цен на сигареты с 1 января. Но так как при это торговые надбавки стали ниже, торговать отечественной продукцией этого сегмента приходится в минус.

— Многие уходят в тень, ищут товар за наличку, выводят товар из оборота, уменьшают прибыль, чтобы хоть как-то здесь жить. Потому что по-другому никак не выкрутиться.

Новые трудности, связанные с регулированием цен

По его словам, трудности создает само регулирование цен. Но из-за него усилились другие проблемы, с которыми сталкивается бизнес, особенно если это малые и средние компании. В первую очередь это касается экспансии со стороны дискаунтеров, которые становятся все более популярными и начинают выдавливать небольшие магазины формата «у дома».

Проблема для небольших магазинов в том, что многими дискаунтерами владеют крупные корпорации (лидируют в этом направлении сети «Добронома» и «Евроторга»). За счет того, что это крупный бизнес, он имеет возможность оформлять у поставщиков закупки крупными партиями и получать большую скидку. Малый бизнес, наоборот, приобретает товар небольшими партиями, что лишает его возможности получать скидки.

— В итоге разница в цене может отличаться в 2−3 раза. То есть нам поставщик без НДС отпускает пиво или тот же корм для животных, допустим, за 5 рублей. А в местном дискаунтере эти же товары уже стоят в рознице по такой цене, потому что ему сделали скидку в 40%. Конкурировать в такой ситуации фактически невозможно. Как в таких условиях работать? — задается вопросом бизнесмен. — Тот же «Евроторг». Они и в торговле, они же импортеры. Вот они ввезли апельсины и поставили на них надбавку, потом выложили их на полку магазина и снова установили надбавку. Соответственно, они могут двигаться по этой надбавке, по цене, в том числе уменьшать ее. А мы такой возможности не имеем. Выходит, что мы оказались в еще более неравных условиях, в исключительно неравных условиях. Это неправильно, так нельзя делать. Это убивает бизнес.

Удерживать низкие цены дискаунтерам удается также за счет того, что они часто закупают товары, у которых срок годности подходит к концу и также получают на них скидку от поставщиков, продолжает рассказывать предприниматель.

— А мы закупаем ту же молочку, колбасы по 2−3 раза в неделю, она не успевает подойти к окончанию срока годности, — отмечает Антон и указывает, что в итоге покупатели таких магазинов, как у него, чаще имеют доступ к свежим продуктам. Но за счет того, что рядом есть дискаунтер с низкими ценами, люди нередко идут туда, чтобы сэкономить, даже несмотря на то, что в итоге получают товар не первой свежести.

— Из-за этого, как я вижу, закрываются магазины формата «у дома». То есть они [чиновники и крупные сети] выжимают фактически мелкий и средний бизнес, хотя на нем, по большому счету, в крупных городах держится торговля, — сетует предприниматель. — Вот сейчас они взялись за деревню. Так пусть дискаунтеры свои низкие цены туда в деревню и везут. Но нет, они туда не лезут, потому что это – большие затраты по доставке. Я считаю, что здесь государство и МАРТ, которые должны регулировать это все, просто упускают момент и доводят ситуацию до абсурда.

«Задача стоит только выжить»

С тех пор, как началось регулирование цен, планировать бизнес Антон не видит смысла.

— У меня сейчас задача просто выжить. Я месяц закрыл, есть, например, точка безубыточности, или вышел на небольшую прибыль, или ноль, или убыток — все, начинаю принимать меры. Если это ноль или убыток, значит, придумывают, как сокращать затраты. Если будут падать объемы [продаж], может быть, продавца будем сокращать. Потому что у нас недавно открыли дискаунтер недалеко от моего магазина. Что будет дальше, я не могу спрогнозировать. Пойдут ли туда люди? Как нынешнее повышение цен отразится на их доходах и зарплатах, я не знаю. Если цены повысятся, то они пойдут в дискаунтеры, где цены ниже. А может, и не пойдут, если им, например, зарплату поднимут на предприятии, — рассуждает Антон.

Он вспоминает, что раньше думал о том, чтобы найти помещение, расширяться, продумывал варианты развития. Сейчас этих мыслей нет.

— Задача стоит только выжить. В нынешней ситуации нас поставили в такие условия, что мы можем только выживать. Понимаете, я себя чувствую как собака: ей кость швырнули – она поела, а не швырнули – значит, ходит голодная, — сравнивает Антон. — При этом у меня же есть работники, оборудование в лизинге. Мне надо за все платить, нести ответственность. И у людей моих — и кредиты, и дети. Но никаких долгосрочных планов у меня нет. Мне сложно что-то прогнозировать.