Поддержать команду Зеркала
Беларусы на войне
  1. МИД Германии подтвердил информацию о смертном приговоре гражданину ФРГ в Беларуси
  2. Зеленский назвал условия прекращения «горячей фазы» войны уже до конца года
  3. Медик, механик и охранник. Рассказываем, что удалось выяснить о гражданине Германии, которого в Беларуси приговорили к расстрелу
  4. «Я же у Гриши просто вырвал Марго из рук». Большое интервью с супругом Маргариты Левчук после новости об их свадьбе
  5. С чем связаны природные аномалии, которые одна за другой обрушиваются на Беларусь? Ученый объяснил и рассказал, чего ждать дальше
  6. Лукашенко огласил еще одну претензию к беларусам. На этот раз не ко всем, а к жителям пострадавших от урагана регионов
  7. В Минске сторонники Лукашенко празднуют его 30-летие у власти. Политику предложили дать звание Героя Беларуси — вот что еще там говорили
  8. «Как ни доказывал — поехал на разворот». Как сейчас проверяют вещи на беларусско-польской границе
  9. Похоже, власти закрыли лазейку, с помощью которой беларусы могли быстрее проходить границу. Вот что узнало «Зеркало»
  10. В правительстве пожаловались, что санкции ЕС затронули чувствительный для Минска товар. Что именно попало под запрет
  11. На рынке труда — «пожар»: число вакансий растет буквально на глазах
Чытаць па-беларуску


В Польше в июне намекнули Минску на вероятность закрытия работающих пунктов пропуска для автотранспорта. А в начале июля Варшава «дала сигнал» о том, что железнодорожный транзит из Беларуси в ЕС может быть перекрыт. Как такое решение Варшавы могло бы повлиять на беларусскую экономику, «Зеркало» спросило старшего научного сотрудника BEROC Дмитрия Крука.

Граница Польши с Беларусью. Фото: twitter.com/Straz_Graniczna
Граница Польши с Беларусью. Фото: twitter.com/Straz_Graniczna

Прямой эффект не очень большой

Напомним, в июне глава МИД Польши Радослав Сикорский заговорил о рассматриваемом варианте закрытия оставшихся двух пунктов пропуска на границе с Беларусью. Это вызвало необычную для последних лет реакцию беларусского МИД — вместо ответных гневных упреков там заявили о готовности обсуждать безопасность на границе. А в начале июля Польша фактически блокировала на протяжении 33 часов железнодорожное движение на крупном таможенном терминале в Малашевичах на границе с Беларусью — чтобы Беларусь «сделала выводы». В этом случае ответа от Минска не было.

Экономист Дмитрий Крук выделяет два типа эффектов, которые оказала бы блокировка железнодорожного транзита между Беларусью и Польшей: прямые (которые повлияли бы на экономику прямо сейчас) и косвенные (которые проявились бы позже).

Те, которые можно отнести к первой группе, были бы не очень значимыми, считает Дмитрий Крук. Так как в Беларуси большая часть статистики стала недоступной, невозможно точно посчитать, какой вклад в ВВП обеспечивает железнодорожный транзит. Но расчеты, сделанные экспертом по косвенным данным, показывают, что даже при самом худшем сценарии это не более 1,5% ВВП. Это столько же, сколько экономика потеряла за счет сжатия транспортной отрасли с 2019 по 2023 год. При этом прямой эффект был бы до 0,5% ВВП.

— Это не столь критично. То есть эффекты не такие масштабные, например, как те, которые оценивались в связи с экспортными ограничениями нефтепродуктов, калия, древесины сразу после начала войны, — комментирует Дмитрий Крук. — Плюс важно понимать, что это максимально возможный ущерб, но это не означает, что он был бы нанесен именно таким. Режим не будет сидеть сложа руки, а будет искать обходные пути [которые частично сгладят удар].

Аналитик добавляет, что если в Варшаве решат закрыть возможности и для автомобильных грузоперевозок, то в этом случае общие потери доходили бы до 2,5% ВВП.

Закрытие транзита может навредить интересам Китая

Вторая группа — косвенные эффекты, которые могут проявляться в более длительной перспективе. Они тесно связаны с Китаем, говорит экономист.

— Китайский интерес к Беларуси во многом зиждется на важности для него беларусской части сухопутного железнодорожного пути. Через этот маршрут, по разным данным, проходит от 5% до 10% китайского экспорта в Европу (я склоняюсь к оценке 5−6%). На первый взгляд, это не супербольшая цифра. Но для Пекина проект «Один пояс — один путь» и налаживание всевозможных логистических маршрутов сами по себе ценные.

К тому же, продолжает эксперт, сейчас интерес к беларусскому маршруту вырос. Во-первых, последние два года заметно ослаб рост китайской экономики, и в Пекине хотят вернуть его если не до 7−8%, как это было раньше, то хотя бы устойчиво иметь прибавку свыше 6%. Во-вторых, железная дорога важна при замещении морских поставок — если там возникают проблемы, как, например, в период атак йеменскими хуситами торговых судов. В связи с этим риском железнодорожные маршруты стали более важными не только с точки зрения скорости, но и безопасности.

— Иметь железнодорожную замену, пусть и не совершенную, гораздо важнее, чем в обычные времена. Поэтому появление дополнительных барьеров и здесь может привести к замкнутому кругу проблем в путях поставок. Это очень волнует Китай, — говорит экономист.

При чем тут Беларусь

Экономист говорит, что беларусские власти сделали ставку на Китай, желая получить в его лице протектора.

— То есть добиться симпатии, расположения Пекина для того, чтобы хоть и незначительно, но уравновесить влияние России, — говорит Дмитрий Крук. — Но путь к сердцу Китая лежит прежде всего через экономические составляющие — здесь речи о дружбе, братстве и лежании в окопах особо не работают. Китаю надо предлагать то, что ему интересно из экономико-стратегических и отчасти политических соображений. Чем Беларусь может и уже отчасти его заинтересовала, так это именно этим промежутком наземного железнодорожного пути.

Железнодорожный транзит китайских грузов через нашу страну эксперт называет той самой опорой, на которой держатся остальные направления взаимоотношений — инвестиции, кредиты.

— По большому счету, обеспечение транзита для беларусских властей — это если не джокер, то козырный валет или дама в руках в отношениях с Китаем. С их позиции угроза возможности транзита означает, что у них неожиданно эту самую козырную даму вырывают из рук — и они остаются без внятных аргументов в этом представляющем для них большую важность потенциальном диалоге с Китаем.

Закрытие границы лишает Минск надежды на поддержание той части экономического роста, которая обеспечивалась за счет китайских проектов и интересов.

— Если транзит вдруг исчезнет, то вполне допускаю, что ручейки, даже небольшие, китайских инвестиций вовсе иссякнут. То есть эта связка [с интересами Китая в транзите через Беларусь] может добавить беларусской экономике куда больше проблем.