Поддержать команду Зеркала
Белорусы на войне
  1. «За время войны в Украине Россия потеряла больше, чем СССР в Афганистане». Главное из сводок штабов на 89-й день войны
  2. Украинские коллаборанты. Рассказываем об известных украинцах, которые во время войны поддержали Россию
  3. В «террористическом» списке КГБ — вновь пополнение
  4. Год назад в Минске посадили самолет Ryanair с Протасевичем. Рассказываем, что сейчас с главными действующими лицами той истории
  5. «Ни один завод не стоит». Минпром — про ситуацию на предприятиях и то, как их загружают
  6. «Лукашенко продал за 5 млрд долларов свободу Беларуси». Бывший вице-президент «Газпромбанка» — о переезде в Украину и желании воевать
  7. До 1 июня надо заплатить подоходный налог за 2021 год. Как это сделать и какой штраф грозит тем, кто просрочит
  8. Непривычно холодный май, дожди и грозы. Рассказываем о погоде на следующую неделю
  9. Заочно могут приговорить и к расстрелу. Кого и за что в Беларуси будут судить «по удаленке»
  10. Попытка подрыва «мэра» оккупированного Энергодара, видео из разбомбленного театра в Мариуполе. Восемьдесят восьмой день войны
  11. В ВОЗ подтвердили уже 92 случая обезьяньей оспы
  12. Оптимизм чиновников не оправдался. Все больше отраслей уходят в минус
  13. Восемьдесят девятый день войны в Украине
  14. Чертова дюжина: «Белнефтехим» объявил об очередном увеличении цен на бензин
  15. В Беларуси появится единая программа для регистрации домашних животных. В чем ее смысл
  16. Год после закрытия неба. В Минтрансе рассказали, как белорусская авиация пытается выйти из кризиса
  17. ООН: число беженцев из Украины после начала войны приближается к 6,5 млн человек


Третий день в Украине идет война — Россия атакует страну, в том числе и с нашей территории. Читатели из населенных пунктов, которые находятся на юго-востоке Беларуси постоянно видят на своих улицах российскую военную технику, а небе — вертолеты и самолеты. Узнали, какие настроения у жителей этих регионов. По просьбе героев, их имена изменены.

Фото: Reuters
Снимок используется в качестве иллюстрации. Фото: Reuters

Комарин, 0 км до границы: «Вы понимаете, что эта техника идет нас убивать?»

Валентина живет в одной из деревень, которая находится совсем близко с Украиной. Техника, говорит, у них стала появляться недели две назад. Объясняли это тем, кто идут учения.

Фото: Reuters
Снимок используется в качестве иллюстрации. Фото: Reuters

— Вчера колонна шла часа два, за ней — следующая. Утром прошли еще две небольшие, — описывает ситуацию Валентина и говорит, что у многих из их местности есть родные в Украине. — Я со своими связываюсь каждый день. Спрашиваю только: живы, здоровы? Сегодня, после вчерашней тяжелой ночи, я услышала: «Вы понимаете, что эта техника идет нас убивать? Вы понимаете, что Беларусь тоже виновата в том, что делается?». Я ответила: «Понимаем», — плачет женщина. — Я уже пять ночей не могу нормально спать.

В нашей деревне, как и везде в сельской местности, большинство пожилых. Соответственно и настроения такие: виновата Украина. Так говорят люди, которые смотрят телевизор, слушают пропаганду. В их картине мира Зеленский хочет к Америке, а Америка мечтает захватить Украину и Россию. И только Россия молодец, потому что она освобождает Украину. Но от кого? От украинцев? Слышать такое тяжело.

В то же время, в пятницу, когда мимо нас катила колонна, многие вышли из дома и смотрели, как идут и идут эти машины. Казалось, нет им конца и края. Стояли те, кто за и кто против, все молчали и плакали.

— Почему?

— От того, что погибают украинцы.

— Что говорят местные родители, когда дети у них спрашивают про всю эту технику?

— Вчера услышала, как отвечая на этот вопрос, мама сказала 6-летнему мальчику: «Они — на учения». А что она еще могла сказать.

Наровля, около 50 км до границы: «Сегодня в 10.30 услышали два взрыва»

Василий живет в Наровле. С тех пор как в Украине началась война, по ночам в его доме постоянно слышен гул самолетов и вертолетов. Летают они, говорит мужчина, с периодичностью в полчаса, а может и чаще. В городе, продолжает, встречаются бензовозы. По объездной идет и другая техника.

— Пусть дорога и далеко от нас, но все равно, когда грузовик груженый, тяжелый — его слышно. А их сразу может до десятка в одну сторону идти, — описывает обстановку мужчина и вспоминает утро 24 февраля. — Я проснулся от гула самолетов. Первое, что подумал: «Война!» Появился страх. Страх за то, что мы что-то упустили. Мне стали звонить дети, они взрослые и живут в другом городе, спрашивали, что у вас творится. С информацией сейчас действительно сложно. Фейков очень много, поэтому приходится читать сразу несколько источников.

Утром 24-го я, как обычно, пошел на работу. Все обсуждали происходящее в Украине. За два дня понял: мнения по ситуации делятся. Встречал и таких, которые говорят: «Наших там погибло столько-то». Потому у нас такой диалог:

— Кого наших?

— Россиян.

Большинство старается не лезть в политику и надеется на лучшее. Люди надеются, как мне кажется, что у нас тихо-спокойно, и нас это не коснется. Панического страха нет, есть неопределенность. Особенно среди тех, у кого маленькие дети. Люди созваниваются с родственниками, обсуждают, стоит ли переезжать. Все-таки мы находимся близко к границе, и чем это нам обернется неизвестно. Особенно с учетом того, сколько тут было техники и самолетов.

Среди моих знакомых не уехал никто. Меня родные тоже зовут на время перебраться, но мы с женой не поедем. У меня тут работа, жизнь. Да и в целом, куда бежать? Если что-то у нас начнется, то и Минску мало не покажется.

В городе все работает, как обычно — магазины, школы, но тревожные чемоданчики, наверное, собрали многие. Мы с женой пока этого не сделали, но мысли посещают. Люди закупаются топливом, чтобы чуть-что можно было сесть в машину и уехать.

— А как ваша жена все это переносит?

— Тяжело. Сегодня, когда примерно в 10.30 вдалеке мы услышали два взрыва, от страха чуть не потеряла сознание.

— Кроме военной техники на дорогах и гула самолетов, что-то еще в городе или районе изменилось?

— Шла речь о вывозе детей, которые учатся в деревне Киров — это близко к границе. Но, по-моему, школа там так и осталась, — описывает ситуацию собеседник. — Утром я пошел в магазин, а на парковке рядом стояли тентованный Урал и Камаз. А еще в городе стало много легковых машин, которые называют «кадыровцы». Это либо Нивы, либо УАЗы. Опознавательных знаков на них нет, зато в них толстые стекла, как в инкассаторских машинах.

Фото: читатель Zerkalo.io
По словам Виталия, так выглядит «кадыровец». Фото: читатель Zerkalo.io

— Попасть, насколько я знаю, теперь можно не во все деревни района. В Вербовичи, например, и Конотоп (не путать с городом в Сумской области Украины. — Прим. Zerkalo.io) никого не пускают. Они находятся в пограничной зоне, рядом с зоной отчуждения. Там и раньше стоял контроль, но выборочный: пограничники могли быть днем, а вечером — нет. А сейчас они там постоянно, и посторонним (не местным. — Прим. Zerkalo.io) туда нельзя. Почему? Не объясняют. В то же время, если ехать от нас в Ельский район, у границы с Украиной есть деревни Головчицы и агрогородок Демидов, туда легко проедешь. Там, как я понимаю, военных рядом нет.

— Среди ваших знакомых много тех, у кого родные украинцы? Как они все это воспринимают?

— Много. Люди разное говорят, даже то, что в Киеве тихо. Все теряются, не знают, кому верить.

— Но в Киеве не тихо.

— Я это знаю.

Хойники, около 50 км до границы: «Мне стыдно, что, не спрашивая никого, нашу страну во все это втянули»

Максим живет в Хойниках. Его семья, сразу же говорит молодой человек, к войне относится негативно.

Фото: ЧП Гомель
25 февраля в Хойниках столкнулись два российских военных автомобиля. Фото: ЧП Гомель

— Это плохо, так не должно быть. У меня много знакомых в Украине. Я не понимаю, ради чего все это? Почему Беларусь превратилась в агрессора? — один за другим перечисляет он вопросы, на которые не знает ответов. — Сейчас стараюсь быть на связи с подругами из Киева, подбадриваю их. В какой-то момент они спросили: «Почему белорусы так поступили?» Писали: «Вы братский народ, а это удар в спину».

— Что вы им на это ответили?

— Что простые белорусы за вас. Мне стыдно, что, не спрашивая никого, нашу страну во все это втянули. Девочки меня поняли. Они следили за выборами в 2020-м, поэтому понимают: обычные белорусы мало что решают.

— Какая обстановка у вас в городе?

— Когда начались учения, техники у нас было немного: в основном броневики, джипы, УАЗики скорой, — перечисляет собеседник, и переходит к событиям 19 февраля. — 19 февраля по Советской прошла колонна где-то из 20 грузовиков. Некоторым было все равно, некоторые не понимали, что у нас в городе делают военные. У нас и учений-то не проводилось. Да и до ближайшего полигона от нас несколько десятков километров. В общем, вопросы были. Кто-то пытался объяснить это тем, что у нас нефтебаза рядом, думали, может, им нужно заправляться.

21 февраля по нашим улицам проехали уже две колонны броневиков. На лицах у военных были балаклавы, с собой оружие. В тот же день мой знакомый оказался в Комарине (городской поселок в Гомельской области. — Прим. Zerkalo.io). Когда он рассказал, что там все забито военной техникой, стало тревожно, и уже в четверг утром мы проснулись от воя самолетов.

Весь день в небе стоял жуткий гул, но из-за того, что было пасмурно, понять, что именно летает, было сложно. Тревоги я не чувствовал. Нет ее и сейчас. Скорее непонимание. Власть молчит. Сайт местной газеты пишет только про референдум. А о том, что рядом началась война, ни слова. Эта неизвестность пугает.

Скриншот "Хойніцкія навіны"
26 февраля главные новости по версии местной районной газеты выглядят так. Скриншот «Хойніцкія навіны»

В общем же все живет обычной жизнью. Большинство моих знакомых войну не поддерживают. Есть те, кому все равно, но они в меньшинстве. Встречаются разговоры и про возможную мобилизацию, но никто лично не хочет в этом участвовать. Украинцы — братский нам народ, хоть это понятие уже и измазано в грязи.

— Из-за событий люди из Хойников переезжают в другие регионы страны?

— У нас город не на самой границе. Если напрямую, через зону отчуждения, то до Украины километров 40, если в объезд — 60. Это же не сравнить с Брагиным и Комарином, поэтому местные просто стараются оставаться по квартирам. Тревога у жителей есть, но что мы можем сделать. Разве что технику, которая находится у нас, на видео снимать и передавать в СМИ и телеграм-каналы. Это показывает, белорусы не сидят сложа руки и хотя бы так помогают украинцам. Это то немногое, что мы можем сделать сейчас, потому что еще в 2020-м нам показали, чем может закончиться выход на улицы.