Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. «Вы проработали 20 лет, но столько стажа у вас нет». Беларусы обсуждают пенсионную систему
  2. Магазинное молоко стоит неделю и не киснет, а горчит. В НАН рассказали, почему так происходит
  3. «Реклама повсюду». Кто стоит за крупнейшими казино в Беларуси
  4. Мы и не думали, что такое бывает. Чем закончилась история с «окупасами» в минских Шабанах?
  5. Эксперты установили причину смерти троих человек, чьи трупы были обнаружены в Быхове в начале августа
  6. «Повернула голову — он уже лежал». Что известно про бегуна, который умер на Минском полумарафоне
  7. Грузовой самолет КСИР третий раз за несколько недель прилетел в Минск
  8. Лукашенко встретился с российским олигархом
  9. Из Литвы выслали 22 беларуса, работавших в IT-компании, — их признали угрозой национальной безопасности
  10. Заплатили 8000 долларов за путевку — и получили кошмар. Беларусы неудачно съездили в Турцию
  11. Семья школьника громко заявила о буллинге в гимназии. Подробности резонансной истории
  12. Экс-политзаключенный Андрей Почобут вернулся в Беларусь — Gazeta Wyborcza
  13. Еще 4 млн квадратов за МКАД. Власти рассказали, где появится главный новый жилой район Минска
  14. Доллар обновил годовой максимум: итоги августа и прогнозы сентября
  15. Соучредитель архитектурной студии ZROBIM architects рассказал о четырех месяцах в СИЗО
  16. Западный политик догоняет Лукашенко по числу упоминаний. Исследователи показали, как меняется провластная пропаганда


За прошедший июль по «протестным» уголовным статьям в Беларуси осуждено не менее 107 человек, сообщает не зарегистрированный в Беларуси правозащитный центр «Весна», который ведет мониторинг таких судебных разбирательств после президентских выборов в августе прошлого года.

Фото: "Вечерний Брест"
Фото: «Вечерний Брест»

Сейчас в Беларуси 605 политзаключенных, и их количество постоянно увеличивается. По данным белорусских правозащитников, в июле этого года по «протестным» уголовным статьям было осуждено не менее 107 человек.

Половина из этих людей была осуждена в судах Минска, 20 человек — в судах Брестской области.

Чуть более 80 процентов осужденных — это мужчины, 18,69% составляют женщины.

Среди осужденных — трое несовершеннолетних. Дело еще одного подростка продолжают рассматривать в суде Бреста.

Политзаключенных Ивана Патейчука и Максима Имховика приговорили к трем годам воспитательной колонии каждого. Парни проходили по уголовному делу о массовых беспорядках в Бресте. Их взяли под стражу в зале суда.

Политзаключенного Никиту Золоторева, который в феврале уже был осужден на пять лет воспитательной колонии, осудили еще на один год и шесть месяцев. Ранее парень неоднократно заявлял о пытках и жестоком обращении со стороны сотрудников СИЗО-3.

Политзаключенного Максима Шатохина — фигуранта дела о массовых беспорядках в Бресте — взяли под стражу в начале судебного разбирательства.

Правозащитники отмечают по всей стране факты ограничения принципа публичности судебных разбирательств. Так, представители дипкорпуса не были допущены в качестве слушателей по «делу студентов». Также некоторые судебные заседания по этому делу проходили без слушателей, а начало рассмотрения сопровождалось произвольными задержаниями.

Правозащитники фиксировали и другие факты: некоторые суды проходили в закрытом формате, где-то запрещали вести аудиозапись процесса. Например, на судебное рассмотрение уголовного дела Николая Дедка не допустили слушателей и журналистов.

Также правозащитники фиксировали свидетельства осужденных о фактах жестокого обращения и применении к ним насилия со стороны силовиков.

Например, на суде по «делу студентов» политзаключенный Илья Трахтенберг, отвечая на вопрос адвоката об обстоятельствах подписания явки с повинной, заявил, что в ведомство его привезли с мешком на голове и заставили ее писать, пригрозив, что иначе «будет плохо».

Владимир Матюх на суде заявил о жестоких избиениях сотрудниками милиции после задержания. По его словам, было очень много ударов. У Владислава Борисова из-за ударов шла кровь из носа. О жестоких условиях содержания в могилевской тюрьме № 4 рассказал Владислав Пшенко после своего освобождения.