Поддержать команду Зеркала
Белорусы на войне
  1. В Миорах силовики задержали не меньше 13 человек. Среди них — «Человек года Витебщины» и его сын
  2. Глава ОНТ предложил главе ЦИК назначать президента на ВНС, чтобы не допустить к власти «Зеленских, котлет и Наусед». Тот не против
  3. «Чувствует себя нормально». Мария Колесникова остается в больнице до понедельника
  4. «Не так все радужно, как показывают по телевидению». Большой репортаж «Зеркала» из освобожденного Херсона
  5. Вступительная кампания в вузы в 2023 году пройдет по новым правилам (и с характеристикой)
  6. «Зноў не той». В Беларуси продолжаются задержания по поводу комментариев о смерти Макея
  7. Посольство: информация о белорусе, получившем в Челябинске повестку о мобилизации, вероятно, фейковая
  8. «Как остановить пожар в Европе?» В ОБСЕ зачитали последнюю речь Макея
  9. В МНС рассказали, какие налоговые изменения уже точно введут в 2023 году. Они затронут как бизнес, так и население
  10. Подоляк озвучил потери украинской армии в войне с Россией. Ранее это называли закрытой информацией
  11. Дело TUT.BY передали в суд. Дата первого заседания пока неизвестна
  12. В США при странных обстоятельствах погибла белоруска, ее муж, свекровь, двое дочерей и собака
  13. Какую игру ведет Лукашенко, подготовка к мобилизации в Крыму, число убитых и сдавшихся в плен. Главное из сводок на 282-й день войны
  14. Без повестки и звонков. В Борисовском районе от военнообязанных требуют явиться для сверки учетных данных
  15. Бессмертие для диктаторов: рассказываем, как стареющие правители пытаются продлить себе жизнь и что из этого выходит
  16. Зачем российские пропагандисты извратили заявление Хренина и чья Белогоровка. Главное из сводок на 281-й день войны


Полторы недели назад популярный шоумен Денис Дудинский приехал в Киев, чтобы рассказывать белорусам о войне. Теперь он корреспондент телеканала «Белсат». О том, каково это — сменить свет софитов и модные костюмы на бронежилет и возможные взрывы, мы с ним и поговорили.

Фото: Facebook Дениса Дудинского
Фото: Facebook Дениса Дудинского

Писать это интервью стоит начать с конца. Как только мы заканчиваем беседу, в Киеве звучит воздушная тревога. Денис выходит на балкон покурить, звонит мне и спрашивает: «Слышно?» На сирены сам он реагирует максимально спокойно — привык. В бомбоубежище, которое находится в тридцати метрах от его дома, не собирается. Говорит, с начала войны ни разу туда не спускался. Саму войну Денис тоже застал в Киеве: в Украину они с женой Катериной Раецкой переехали в июне 2021-го. 24 февраля, когда страну стали бомбить, семья не сразу решила, что делать — готовить запасы еды или собирать чемоданы.

— Потом я понял: что бы ни происходило, нужно хватать жену и [увозить] ее за пределы Украины. К тому же белорусам в Украине заблокировали карты, мы остались без ничего. Чтобы у нас были средства к существованию, следовало попасть на нейтральную территорию и открыть [новые] карты, — описывает происходящее в те дни ведущий. — [Как раз] позвонили друзья, сообщили: «Мы уезжаем, если что, у нас есть два места». Мы сказали: «Заезжайте» и за час собрались. 25 февраля мы покинули Киев. Через Молдову, Румынию, Венгрию и Словакию добрались до Польши. Решили все вопросы, жена осталась в Варшаве, а я вернулся.

— В какой момент вы поняли, что снова окажетесь в Киеве?

— По дороге из Украины [в Польшу] <…>. Я точно знал: я туда вернусь. По-любому. Это было внутренне понимание.

— Как думаете, почему оно появилось?

— Если перевести это на уровень межличностных отношений, то нельзя бросать человека, который принял тебя у себя дома, накормил, обогрел, а когда у него появились серьезные проблемы, то ты взял и свалил. Как-то это не совсем хорошо. Поэтому, уезжая, я внутренне сказал Киеву: «Скоро буду, жди».

— Как рассказали об этом решении жене?

— Никак, она узнала из соцсетей. Это случилось еще 27−28 февраля в Кишиневе. Я записал видеообращение к белорусским солдатам (а, когда я записываю видео или текст, я сначала его готовлю, потом хожу, размышляю, проверяю, если нужно, переписываю), мы поужинали и перед тем, как потушить свет, я нажал «Опубликовать». Утром вижу, что жена моя любимая сидит чернее тучи. Спрашивает: «Что это такое?», но мы сразу расставили точки: это мое решение, я его принял — и все. Из Варшавы в Киев я выезжал 15 марта, к этому времени она уже примирилась с данным фактом.

— На концертах и мероприятиях вы с женой часто работаете в паре. Когда Катерина узнала о вашем решении, она не заявила, что поедет с вами?

— Это первое, что она сказала, но для того, чтобы белорусу попасть в Украину, пусть и с территории Польши, нужно иметь кучу разрешений и аккредитаций. Если бы она поехала, нужно было бы кого-то напрягать. Это во-первых. Во-вторых, если в городе, который бомбят, будет мой любимый и самый близкий человек, я буду еще и за нее переживать. А этого мне вообще не нужно. Мне гораздо спокойнее, что она находится в безопасном месте. Это больше всего придает мне сил и уверенности.

Фото: Instagram Дениса Дудинского
Денис Дудинский и Катерина Раецкая. Фото: Instagram Дениса Дудинского

— Как она вас провожала в Киев?

— Мы спустились вниз, где меня ждала машина. За рулем был оператор (Александр Борозенко. — Прим. Ред.). Мы [с Катей] обнялись, она всплакнула <…>. По дороге пару раз созвонились, что и как, — описывает тот момент собеседник и говорит, что с женой они набирают друг друга утром и вечером. — Кто первый проснулся, тот другому и пишет. А потом я выхожу на работу. Если она знает, что мы поехали туда, где бомбят, она волнуется, пишет, я по возможности отвечаю.

«Молодой человек, — сказали мне, — прекратите, пожалуйста, нам звонить»

Изначально, решив возвращаться в Украину, Денис Дудинский планировал пойти в тероборону. В Молдове он связался с местным украинским посольством и поинтересовался, примут ли его в добровольцы. Первое, о чем его спросили: «Вы украинец?». Ведущий ответил: «Нет, белорус». А дальше, узнав, что в боевых действиях шоумен не участвовал и в армии не служил, человек на том конце провода уточнил: «А сколько вам лет?»

Фото взято с сайта Радыё Свабода
Фото взято с сайта Радыё Свабода

— Я ответил: «48», мне говорят: «За руль вас что ли посадить, снабжение возить». Я предупредил, что у меня нет прав и зрение минус три с половиной. «Молодой человек, — сказали мне, — прекратите, пожалуйста, нам звонить», — улыбается Денис, описывая эту ситуацию. — Позже я связывался с людьми в Варшаве. Разговор был примерно такой же. Меня предупредили, вы можете [записаться в добровольцы], но никто не будет нести за вас никакой ответственности. Вам это надо? Подумайте сто раз. После этого я сообщил своим руководителям на «Белсате» (Денис был ведущим телеканала. — Прим. Ред.), что собираюсь в Киев. Сказал, если вам что-то нужно, можете сопроводить меня дорожными документами, а я за это буду снимать репортажи. В результате все это превратилось в нечто большее. Я поехал с оператором, у нас прямые включения (утром и вечером), мы снимаем сюжеты о белорусах в Украине, о батальоне Калиновского, о разрушенных городах, горящих нефтебазах. Здесь большая серьезная работа, и это хорошо.

— Была ли у вас какая-то подготовка перед поездкой на войну?

— Нет, но оператор, с которым я работаю, с 2014-го прошел Донбасс, ЛНР, киевский Майдан. Он опытный человек и дает дельные советы. Например, рекомендует: «Надень каску». Я ему: «Саша, зачем мне каска, зачем эти понты перед камерой: [смотрите], я в каске и бронике стою». Он: «Говорю, надень». Ну и пару раз бывало, что, когда я записывался под разрушенным домом, на голову падали небольшие камушки. Так что теперь я, как в анекдоте, все время ношу каску и улыбаюсь.

— В Киеве вы говорите, что вы из Беларуси? Как люди реагируют?

— Тут и говорить не нужно, на каждом блокпосту проверяют паспорта, а они у нас белорусские. Да, я вкладываю туда украинский вид на жительство, — отвечает Денис и отмечает, реакция людей на посту на них с оператором обычно такая: «О, белорусы». — Потом [военные] замечают наши бейджи, видят, что машина обклеена наклейками «press», а на заднем сидении синие каски и бронежилеты с такой же надписью. Иногда у нас спрашивают: «Ну что, вступит Лукашенко в Украину?». Кто же тут ответит? Мы разводим руками и едем до следующего блокпоста. Он метров через двести-триста, так что паспорта мы даже в карман не кладем.

— Каково вам работать военным корреспондентом? Многие белорусы привыкли видеть вас в красивом костюме под светом софитов. А сейчас вы под бомбами в бронежилете.

— С микрофоном перед камерой я работаю уже двадцать лет. Чисто технически, подчеркиваю, именно технически, нет разницы, вести военный репортаж или говорить на сцене Славянского базара.

Фото Александра Трущенко взято из Facebook Дениса Дудинского
Фото Александра Трущенко взято из Facebook Дениса Дудинского

— Но там вы знали, что вас ждут аплодисменты, а тут может прилететь ракета?

— Происходящее мы стали воспринимать, как местные: если раньше, когда звучал сигнал воздушной тревоги, мы выбегали на балкон, чтобы посмотреть, где, что летит, то сейчас уже и бровью не ведем. Можем сидеть в соцсетях <…>. Даже маленькие дети тут уже не боятся сирен, они привыкли. Человек привыкает ко всему.

«Людей нет, ездят одинокие машины. [Повсюду] установлены ежи, мешки с песком»

В Киеве Денис Дудинский и оператор Александр Борозенко живут в служебной квартире. Ее балкон выходит на Майдан, оттуда шоумен записывает вечерние включения.

Фото: Instagram Дениса Дудинского
Фото: Instagram Дениса Дудинского

— В восемь вечера в городе комендантский час, и ты не можешь выйти на улицу, — говорит Денис и поясняет важность квартиры в центре. — А за спиной во время эфира у меня должен быть Киев, то, о чем я рассказываю.

— По словам Владимира Кличко, за две недели войны из Киева выехало около половины жителей. Как сейчас выглядит город? У вас еще остались соседи?

— Мы живем в высоком доме (вроде бы семиэтажке) на пятом этаже. Чаще всего [вечером] мы приезжаем на лифте к себе, а утром, когда вызываем его снова, понимаем: он все еще тут. Во всем подъезде, знаю точно, живет как минимум одна женщина. Ее квартира на верхних этажах, — описывает ситуацию Денис и говорит, что есть ощущение, словно Киев вымер. — Людей нет, ездят одинокие машины. [Повсюду] установлены ежи, лежат мешки с песком. Почти все закрыто, Крещатик весь закрыт. Многие рестораны и заведения питания перепрофилировались в точки приготовления еды для теробороны, ВСУ и волонтеров. Хотя маленькие кафешки, где можно попить кофе, найти кое-где получится.

— В нынешней ситуации вам не страшно жить в центре Киева, близко с административными зданиями?

— Их, например Раду, не бомбят. Зачем тратить многомиллионный снаряды, чтобы бомбить пустующий дом? Все же понимают: сейчас там никого нет, — отвечает собеседник, но не отрицает. — Возможно, сразу и было опасение, но это как спросить у человека, который выходит на улицу, не страшно ли тебе, что тебя собьет машина. Он подумает и ответит: «Ну да, машина может любого сбить».

— Мне кажется, вы фаталист: как будет, так и надо.

— Сегодня общались с ребятами из батальона Калиновского. Мы спрашивали: «Вы сидите на базе, а вокруг бухают снаряды. Есть какой-то момент, хотя бы ночью, чтобы вы подумали: нужно спрятаться под кровать?». Они ответили: «Денис, если снаряд попадет, никакая кровать не поможет, поэтому все эти взрывы нас только злят и мешают спать». Никто не убегает ни от каких взрывов. Если это случится (в тебя все-таки попадет снаряд. — Прим. Ред.), значит, так было нужно.