Поддержать команду Зеркала
Белорусы на войне
  1. Олимпийскую медалистку Герасименю будут заочно судить за «призывы к санкциям». Ей предлагают прийти к следователям лично
  2. На четверых сотрудников «Белагро» завели уголовные дела за протесты
  3. Город Лиман почти окружен, но российские войска оттуда не эвакуируют. Что происходит на фронте и чем это может грозить россиянам?
  4. В страшном ДТП в Ивацевичском районе погибли четыре человека. Возбуждено уголовное дело
  5. «Если объявят мобилизацию — это видение нашего великого президента». В военкоматах рассказали, почему белорусы получают повестки на сборы
  6. Риск полноценного участия Беларуси в войне и прокладки вместо бинтов для мобилизованных. Главное из сводок на 219-й день войны
  7. Зачем России новые территории, если и на старых все плохо? Рассказываем в цифрах, как обстоят дела в регионах РФ
  8. «Аннексия ничего не меняет, Украина имеет право отвоевать свои территории». Что сказал генсек НАТО на экстренном брифинге
  9. Лукашенко заявил, что Беларусь делает все, «чтобы остановить кровопролитие» в Украине
  10. Анна Канопацкая: По амнистии отпустят 8 тысяч человек. Сколько среди них будет политзаключенных — неизвестно
  11. «Это верх наглости и бреда». Спросили мнение жителей украинских территорий, которые Россия признала своими
  12. Успехи Украины в районе Лимана и деградация элитных российских частей. Главное из сводок на 218-й день войны
  13. «Мероприятия мобилизации не проводятся». В Минобороны назвали пять причин, по которым сейчас белорусы могут получить повестку
  14. В Кремле сообщили, что Путин и Лукашенко не обсуждали в Сочи признание Беларусью Абхазии и Крыма, но в РФ ждут «соответствующее решение»
  15. Очередное ужасающее преступление. Показываем фото последствий удара по гражданской колонне, выезжавшей из украинского Запорожья
  16. «В Беларуси ты — никто. Что-то не нравится — всегда найдется замена». Топ-гимнастка — о политике, эмпатии и угрозе ядерного оружия
  17. Путин на церемонии подписания договоров о вхождения оккупированных территорий в состав РФ: Люди свой выбор сделали
  18. Украина подает заявку на вступление в НАТО
  19. Турция — новая сверхдержава? Рассказываем, как и почему Анкара превращается в одного из ведущих игроков в мировой политике


После того как в Украине началась война, люди пошли в магазины. Стали затариваться макаронами, крупами, маслом. Со временем очереди у касс исчезли и, казалось бы, все немного улеглось. В конце марта Беларусь накрыла новая волна ажиотажа. На этот раз на сахар, полки с которым резко стали пустеть. А буквально недавно люди пошли массово закупаться в магазин Jysk. Почему в непростые периоды люди бегут в магазины? Рассказывает практикующий психолог с семилетним стажем (по просьбе собеседницы мы не указываем ее фамилию, данные специалиста есть в редакции).

Полка магазина с сахаром в Жодино
Полка магазина с сахаром в Жодино. Фото сделано в начале марта 2022-го.

«Многие помнят перестройку, 90-е и дефицит»

— Почему в сложные периоды, например, война, санкции, пандемия, в магазинах сразу же выстраиваются очереди?

— Есть обряды и ритуалы, которые помогают нам справиться с тревогой. Импульсивные покупки — один из них. Но вообще же у того, что в непростые периоды люди начинают активно закупаться, есть два фактора — экономический и психологический. У жителей нашей страны эти факторы тесно связаны с советским и постсоветским прошлым. Многие помнят перестройку, 90-е и дефицит.

Поэтому, когда после начала войны в Украине курс доллара стал меняться и люди осознали, что при 2,7 рубля за доллар и, предположим, 4 рубля за доллар их заначка в 100 рублей — это разные сто рублей, у них началась паника. А с ней и мысль, что деньги, пока они еще не обесценились, нужно во что-то вложить, хотя бы в туалетную бумагу. Это первое.

Второе — в условиях тех же санкций будущее становится непонятным. Как в стандартной ситуации думает человек: у меня есть работа, я получу зарплату — и куплю, что нужно. Теперь же он сталкивается с тем, что не ясно, будет ли у него работа, выплатят ли ему зарплату, да и окажутся ли в магазинах товары, чтобы их приобрести.

Все это вызывает высокий эффект тревоги. У людей нет никаких точек опоры и понимания, как строить будущее. В итоге на подмогу приходят прошлое и коллективное бессознательное. В памяти всплывают рассказы бабушек о том, как они жили в войну, или свои воспоминания, как ребенком в начале 1990-х вы стояли с мамой в очереди. Все это опять же «подсказывает» нам: пока есть возможность, нужно закупиться.

И третье, что бы я выделила, — это эмоциональное заражение. Например, человек идет по дороге и слышит, как где-то говорят: «Заканчивается сахар». Человека охватывает паника: время непростое, сахар заканчивается, а я его не купил. Как так? Он отправляется в магазин. Плюс, когда все всё массово скупают, люди видят пустые полки (часто в таком ажиотаже товар, даже если он есть на складе, не успевают быстро подвозить) и от этого паникуют еще больше. Перед интервью я посмотрела несколько недавних видеоопросов, где у людей интересовались, зачем они затариваются сахаром. Значительная часть не могла пояснить.

Магазин "Тройка" Могилев
По словам читательницы, такое объявление висело в магазине «Тройка» в Могилеве 5 марта 2022 года.

— Но чиновники же говорят: на складах все есть, все привезут.

— Мне кажется, многие белорусы сейчас в таком состоянии, что уже никому не верят. Кстати, эмоциональное заражение может возникнуть и из-за прочтенной заметки в новостях о том, что в Украине люди сидят в подвалах без воды и еды. Тут опять же срабатывает наследие прошлого. Правда, на этот раз военного. У моих бабушек и дедушек, например, годами стояли в запасе крупы и закатки. Там заканчивались сроки годности, в итоге продукты заменялись на новые, но все равно стояли. Тот дефицит, который они пережили в войну, не позволял им жить с пустыми закромами.

— Тем, кто родился в 2000-м, сейчас 21−22. Они знать не знали про «голодные 90-е». Почему они тоже идут затариваться?

— Эта категория людей подвержена панике закупок меньше других. Но стоит посмотреть на семейную систему человека. Если бабушка парня рассказывала, как тяжело она жила в войну, то в нынешней ситуации молодой человек может воспользоваться опытом старших и, чтобы в случае беды не остаться без еды, тоже решит закупиться.

К тому же есть такое понятие, как родовая память. У меня был клиент, который не умел обращаться с деньгами. То же происходило и у его близких. Сколько бы ни зарабатывали, денег у них особо не было. Стали копаться в прошлом — оказалось, прадед человека был голубых кровей и его раскулачили. В итоге в системе потомков сохранилась тревога, что большие деньги — это опасно.

Стоит отметить, что в стрессовой ситуации многие воспоминания в нашей голове активизируются. И из-за новых внешних обстоятельств происходит реконструкция опыта — своего, родных или, например, общества.

«С одной стороны, дефицит — это боль. С другой, в нем очень много азарта»

— В то же время есть и те, кто говорит: «На всю жизнь не накупишься» и берут немного.

— Я бы сказала, что это люди с хорошей самооценкой. У таких людей есть опыт справляться со сложностями, вера в собственные силы. Как вариант, у них могут быть хорошие социальные связи. В итоге человек думает: закончится у меня сахар, попрошу у соседки. В чем проблема?

Но таких людей меньшинство. В основном общество делится на тех, кто «быстро заражаются и бегут» в магазин, и тех, кто отрицает тревоги по поводу закупок. У первых в стрессе отключается критическое мышление. Такой человек не знает, что он будет делать с мешком сахара, но для него это символ защиты. «Да, я могу умереть от войны, — думает он, — но хотя бы с голоду не умру».

Вторые, наоборот, говорят: мне ничего не нужно. Сюда, как пример, относятся люди, которые устали от всего и ничего не хотят, те, у кого нет денег на закупки. Или, наоборот, много денег, и это позволяет им чувствовать себя уверенно в любой ситуации.

— В шорт-лист товаров, которые в стрессовые моменты чаще всего скупают люди, можно внести соль, сахар, макароны, крупы, масло, туалетную бумагу. Почему они?

Фото читателя
Фото читателя

— Чтобы хоть как-то защитить себя и свои деньги, нам нужно обложиться внешним окопом защиты. В данном случае продуктами. Позиции из данного списка могут долго храниться и стоят недорого. Что касается сахара, то сейчас весна, впереди сезон закаток. Цена на него стала расти, вот люди и запасаются. От клиентов сейчас я слышу много способов контролировать тревогу, один из них — у нас есть дача, значит, раз время непростое, будем больше сажать. Соответственно — и закатывать.

— Ну ладно сахар, а туалетная бумага почему попала в этот список?

— Эффект туалетной бумаги понять невозможно. Ажиотаж с ней начался в коронавирус. Но при этом COVID-19 никак не связан с тем, чтобы люди сидели в туалете. Я бы попробовала это объяснить через теорию Фрейда. В психологии есть понятие «анальная стадия». Это стадия развития, которая охватывает период, когда ребенок учится ходить в туалет. В это время малыш осознает, что ему нужно дойти до горшка и, соответственно, потерпеть.

В том, чтобы не описаться, проявляется большая уязвимость. Человек учится себя контролировать. В последующем некоторые переносят этот вектор на всю жизнь и превращаются в гиперконтролеров. В пандемию, когда такие люди почувствовали, что начинают терять власть над ситуацией, для них это стало высокой степенью уязвимости. Отсюда, как вариант, и всплыла необходимость в туалетной бумаге как в возможности хотя бы так что-то контролировать.

Еще одна из моих версий относительно туалетной бумаги. Она пришла на смену соли, которую сейчас скупают не в таких количествах, как раньше. Когда человеку что-то грозит и он не может с этим совладать, ему нужен какой-то простой объект защиты и заботы. Как вариант, туалетная бумага.

«Если не будет новых факторов стресса, то „эффект скупания“ займет от 2 до 4 месяцев»

— А как можно объяснить ажиотаж в магазине JYSK? После того как они сообщили, что приостанавливают работу в Беларуси, людям тут же понадобилось в этот магазин.

— Опять же наследие советского прошлого — мышление дефицита. Если бы сказали, что через три месяца магазин снова заработает, люди бы потерпели. А так сработал эффект неизвестности. Вдруг, думают, он больше никогда не откроется, а значит, мне срочно нужно туда. А еще это эмоциональный заряд от чего-то последнего. Это как выпить на посошок.

Плюс важен момент фактора свободы. В мирное время ты мог взять деньги, сходить в тот же JYSK и купить, что нужно. Теперь этой возможности у тебя не будет. А любое «нельзя» порождает в человеке сопротивление. В итоге он начинает бороться с системой, в данном случае покупать. К тому же, полагаю, магазин предложил хорошие цены.

Очередь образовалась в одном из магазинов Jysk 9 апреля. Фото t.me/myfin_news

— Но ведь подушку можно купить и в ГУМе, зачем стоять в очередях?

— ГУМ ведь всегда будет открыт, в этом нет приключения и адреналина. Все же, с одной стороны, дефицит — это боль. С другой, в нем очень много азарта.

Как, например, мужчины часто думают: я найду самую недоступную женщину и добьюсь ее. Так и здесь: я достану эти тапочки, потому что потом таких ни у кого не будет. В эти времена у человека начинается мало критики и много конкуренции. Словно мы живем в поле и нам говорят: победит сильнейший. В этом много животной сути, которая заложена в нас.

А еще срабатывает эффект отложенной жизни. Те, кто что-то хотел купить именно в этом магазине и по разным причинам откладывал, поняли: больше ждать нельзя.

— Как долго обычно у людей длится этот эффект «скупания»?

— Если не будет новых факторов стресса, то в среднем это займет от 2 до 4 месяцев. За этот период у людей просто заканчиваются силы на закупки и появляется осознание, что назад ничего не вернется и как раньше уже не будет.

Иллюстративное фото. Источник: Рexels.com
Иллюстративное фото. Источник: Рexels.com

— Что делать, чтобы не попасть в волну тех, кто закупил 10 кг соли и потом не знает, что с ней делать?

— Первое. Оценить свое эмоциональное состояние. Спрашивайте себя: что со мной происходит? Что я чувствую? Чего боюсь? Ведь очень часто желание бежать и скупать — это реакция на страх, то есть я не знаю, что делать, и делаю хоть что-то. Чтобы снизить внутреннее напряжение, нужно назвать все, даже кажущиеся глупыми страхи. Один из ужасов, который мне сейчас называют клиенты, — мне нечем кормить домашнее животное. Человек рассуждает: я сам гречки поем, а кот-то нет. И тут дело не столько в питомце, сколько в ощущении своей беспомощности.

Второе. Если вам нужна помощь, говорите. Не стесняйтесь озвучивать, что вы чего-то не можете или нуждаетесь в снижении нагрузки — рабочей, бытовой, психологической. Ощущать, что прямо сейчас вы не справляетесь даже с привычными бытовыми делами, совершенно нормально.

Третье. Важно оценить все ресурсы, которые у вас есть: навыки, близкие люди, финансовые запасы и так далее. Составьте список, что вам нужно из продуктов, например, и следуйте ему.

Четвертое. Слушайте свои желания. Если вам хочется есть мороженое, а не учить дополнительный язык, не ругайте себя, а идите есть мороженое. А еще пейте витамины, не злоупотребляйте спиртным.

Пятое. Перестаньте мыслить категориями «все или ничего». Предположим, пропадет из продажи свинина — перейдете на курицу. Это ведь не самое страшное, что может случиться.

Ну и шестое. Напоминайте себе, как мантру: любая война и любой дефицит заканчиваются.

Да, невозможность видеть сроки добавляет паники, но даже этот ужас когда-нибудь завершится.