Поддержать команду Зеркала
Беларусы на войне
  1. Лукашенко сделал нетипичное для себя заявление по соседним странам ЕС (еще недавно говорил иначе). А как у Минска идет торговля с ними?
  2. «Гомельская Вясна»: Дарья Лосик вышла на свободу
  3. Помните силовика, который шутил про прослушку его телефона? Теперь он работает в неожиданном месте
  4. Беларус, воюющий в батальоне «Террор»: Самым страшным казалось стать так называемым самоваром — без рук, без ног и без «краника»
  5. Слишком много людей. В одном из самых чистых озер Беларуси нашли кишечную палочку — всем запрещено купаться
  6. Если вы хотели отнести в банк валютную заначку и обменять на рубли, то для вас есть не очень приятная новость
  7. Единовременная премия почти 22 тысячи долларов и около 60 тысяч за первый год службы — как российские регионы ищут желающих идти воевать
  8. Банкротится уникальное госпредприятие. Его больше пяти лет пытались спасти, но не получилось
  9. Появились изменения по обмену валют
  10. Минчане жалуются на задержки с выдачей паспортов, не помогает и доплата за срочность. Попытались выяснить, в чем причина
  11. На рынке труда — небывалый дефицит кадров. Что о ситуации говорят чиновники и эксперты
  12. Новшества по «тунеядству» и рынку труда, пересмотр пенсий, очередные удары от ЕС, дедлайн по налогам и падение цен. Изменения августа
  13. Лукашенко полетел с рабочим визитом в Россию и встретится с Путиным
  14. Запретит ли Польша въезд авто на беларусских номерах? Вот что «Зеркалу» сообщили в польском Министерстве финансов
  15. Убийства и огромные сроки. Вот что происходит с туристами, которые едут в Северную Корею (похоже, Минск нашел с ней «общие идеалы»)


Говорят, снаряд дважды в одну воронку не попадает, но у беды, кажется, свои правила. Когда Александру Мазуренко было семь лет, врачи нашли у него опухоль головного мозга. Парень тогда справился с болезнью, и все плохое, думалось, уже позади. Но в 23 года он снова попал на больничную койку: на этот раз с лейкозом. Историю молодого человека рассказывает блог «Отражение». Мы перепечатываем этот текст.

Фото: Instagram Саши
Фото: Instagram Саши

Сейчас Саше Мазуренко 24 года. Второй месяц он живет с родителями и старшей сестрой Аней в деревне Узнога Бобруйского района. По утрам перед тем, как уехать в Бобруйск на работу, Аня будит его со с ловами: «Привет, мой любимый карапуз». И, хотя рост «карапуза», считай, метр девяносто, он не обижается. Наоборот, говорит, это настраивает на позитивный день.

Свои дни Саша старается занять, чем может: читает, помогает маме с папой в теплицах и огороде и раз в неделю обязательно ездит в больницу на укол «химии». Сейчас стадия в его болезни называется «поддержка».

Еще год назад у него были совсем другие планы. В 2022-м он должен был закончить БГУИР и работать в IT. В идеале в компании, которая занимается сайтами. Даже записался на нужные курсы. Но не сложилось.

— В августе 2021-го у меня поднялась температура под сорок. Вызвал скорую и оказался в больнице. Сразу диагностировали COVID-19. Через неделю состояние не улучшалось, плюс медиков настораживал уровень моих лейкоцитов: он был завышен, — по-мужски скупо описывает тот период жизни Саша. — Мне назначили дополнительные анализы, их результаты лечащий врач пришел сообщить мне вместе с завотделения. «Улучшений нет, — сказал медик. — Исследование показало клетки лейкоза у вас в крови». Когда они ушли, я заплакал. Было обидно: снова в моей жизни случились те же грабли.

Первый человек, кому Саша о беде — мама Елена Александровна. Набрал ей, не скрывает, на автомате: она первая стояла в списке контактов.

— Спокойно озвучил новый диагноз и положил трубку. Снова подступали слезы. Я не хотел, чтобы она их слышала, — делится переживаниями Саша. — Мама перезвонила мне минут через двадцать. Успокоила: «Мы справимся».

«Вашему ребенку осталось, может, полгода»

Что стояло за этим спокойствием знает только Елена Александровна и ее муж, который во время звонка был неподалеку. Первые дни, признается женщина, от шока и слез она «света белого не видела». В 2006-м, когда у семилетнего Саши нашли опухоль головного мозга, собраться пришлось быстрее.

Фото: Instagram Саши
Саша с мамой. Фото: Instagram Саши

— Тогда все началось с того, что в школе его стало тошнить и болел живот. Педиатр предположила гастрит. Сашу госпитализировали, но состояние не улучшалось, — возвращается к тем событиям Елена Александровна. — У нас в Бобруйске есть онкологический диспансер, знакомая посоветовала обследовать ребенка там. Повезли его на прием. До сих пор помню, как мы с Сашей и медсестрой ждали под кабинетом результатов. Выходит врач, зовет меня — и я понимаю, все неладно. Держусь, чтобы не заплакать, ведь ребенок рядом, а внутри все кричит, рвет меня. Медсестра все поняла. Они с Сашей поехали в больницу, он тогда лежал в детской, а я домой — собирать вещи. Утром нужно было в Минск.

Сашу с мамой положили в «девятку». Мальчику сделали трепанацию черепа и установили, что у него астроцитома ствола головного мозга. Если проще, то опухоль головного мозга. Вскоре их перевели в онкоцентр в Боровлянах.

— Нам назначили облучение. Облучали его с 14 марта до 6 мая, каждый день, кроме субботы и воскресенья, — рассказывает Елена Александровна. — Все это он переносил нормально. Его не тошнило, ничего. Только волосы выпали. Нас окружали ребята с таким же проблемами, поэтому Саше не казалось, что с ним происходит что-то плохое. Сын дружил с мальчиком, у которого был такой же диагноз. Они смеялись, сидели в телефонах, бегали, когда ноги не болели.

В центре Мазуренко лежали две недели, потом их переселили в комнату в социальном домике. Находился он все в тех же Боровлянах.

— В нашем домике жило несколько семей. Мы с родителями очень сдружились, — вспоминает Елена Александровна. — Ребенок он ведь как. Вот сделали ему облучение, и он тебе: хочу съесть то-то. Ты пока сбегал в магазин, он уже перехотел. Поэтому мы с другими мамами договорились: если твой сын или дочка хочет что-то из моих продуктов, бери без проблем. Лишь бы только ел или ела.

— Что было самым тяжелым для вас в этот период?

— Как-то врач, молодая совсем, позвала меня в кабинет и сообщила: «Вашему ребенку осталось, может, полгода». Я обомлела, даже не поняла, зачем она мне это сообщила, — с дрожью в голосе пересказывает ту беседу мама. — Вышла из кабинета, понимаю, плакать нельзя: вокруг другие родители, и у каждого свое горе. Дождалась вечера, чтобы Саша уснул, спустилась на первый этаж, где никого не было, и дала волю слезам.

Медик ошиблась. В мае, когда закончилось облучение, Сашу выписали. Домой они уезжали уже без прогнозов. В июне их ждало первое МРТ. Дожидаясь результатов, не скрывает мама, от волнения она «искусала ногти до крови».

— И когда мне дали заключение, где написано, что опухоль за это время не увеличилась — это была такая радость, — вспоминает собеседница. — Состояние сына медленно стабилизировалось. Частота томографий уменьшалась. Если сначала их было четыре в год, потом три, а позже и вовсе — одна.

— В какой момент вы поняли, что все — ремиссия, можно выдохнуть?

— Я не выдыхала. Ты же живешь и понимаешь, что в голове твоего ребенка что-то есть и в любой момент оно может снова начать расти.

«Терпишь, понимаешь — это нужно, чтобы жить»

Саша же про тот период, считай, ничего не помнит. Точнее только позитивное, «ведь можно было не ходить в школу». А еще день выписки. Тогда, говорит, в Боровляны за ним приехали на машине. Взрослые сказали: «Теперь будешь жить дома». И мальчик начал жить. После школы поступил в колледж, оттуда в БГУИР на вечернее, а чтобы оплачивать учебу, устроился программистом на завод мороженого.

Фото: Instagram Саши
Саша с сестрой Аней. Фото: Instagram Саши

— А потом случился лейкоз. Из-за болезни с работы пришлось уйти, а в университете взять академический, — спокойно отвечает Саша. — Первый день я не понимал, что происходит. На второй, когда меня из обычной больницы перевели в Боровляны, успокоился. Принял, что ничего уже не изменишь.

Слабел Саша быстро. Медики сразу предупредили: ему нужен будет сопровождающий. Первый месяц в онкоцентре с парнем лежала сестра Аня, потом еще шесть — мама.

— «Химия» была два раза в неделю. Первый день мелкая — уколом, на следующий большая, которая длилась несколько часов. И так всего около двадцати процедур, — описывает ситуацию Александр. — Сначала все переносилось более-менее. А потом на один из составов у меня началась аллергия. И, если сразу его вводили за два часа, то потом стали капать восемь. Все это делали под лекарствами, чтобы снизить чувствительность к препарату. Но это не самое страшное, сложнее другое — сильные «химии», от которых, кажется, горят вены. Таких у меня было несколько.

— О чем думаешь, когда часами лежишь под капельницей, и у тебя все болит?

— Просто терпишь, понимаешь — это нужно, чтобы жить.

После «химии» началось облучение. Стали выпадать волосы. Саша попросил сестру их сбрить. Расставаться с шевелюрой, признается, было не сложно, даже весело. Тяжелее, шутит, оказалось остаться без бороды. Очень уж она ему нравилась.

— Елена Александровна, а вам когда было сложнее лежать с сыном в больнице в детстве или сейчас? — обращаемся к маме.

— Сейчас. Теперь от него ничего не скроешь. Он много читает о болезни и все понимает, — отвечает мама.

Сашу выписали в апреле. Прогнозов, говорит молодой человек, медики не дают. В жизни стало много неопределенности, и к ней добавилась большая проблема. В январе белорусское лекарство, которое парень принимал, чтобы «уничтожать раковые клетки», перестало действовать. Точнее положительного эффекта от него врачи не замечали. Стали подбирать новый препарат. Подошел российское, но он платный. В пересчете на белорусские пачка теперь стоит около 2,5 тысяч рублей. Одной упаковки хватает на месяц. Пить его Саше нужно три года.

— Из-за того, что курс белорусского рубля по отношению к российскому не стабилен, в феврале, например, упаковка препарата нам обходилась в 2000 рублей. В мае — уже в 2500, — рассказывает Саша. — Сразу мы его покупали за свои деньги: сложили мои сбережения, родителей, сестры. Потом помогли родные, друзья, знакомые. Так приобрели пять пачек. В запасе у меня остается еще полторы. Сейчас мы понимаем, что сами финансово дальше не тянем. Даже если сложить мою и мамину пенсии, зарплату папы и сестры, все равно не хватает: нужно ведь еще на что-то жить, платить коммуналку. Мы решили попросить людей помочь. Надеюсь, получится.

— Верите в людей?

— Хороших людей немало, мы уже собрали около половины нужной суммы, — говорит Саша.

— Вы когда-нибудь задавались вопросом, почему все это случилось с вами?

— Нет, я чаще думаю о том, как справится с болезнью, чтобы усилия моей семьи не пропали даром, — неожиданно отвечает молодой человек.

— Есть внутреннее ощущение, что раз справились с такой тяжелой болезнью один раз, победите ее и сейчас?

— Иногда бывает, — говорит Саша.

— Должна быть уверенность, что все получится, — слышно в телефоне как подсказывают ему родные.

Саша улыбается.

Реквизиты для помощи Саше:

Благотворительные счета в ОАО «Беларусбанк»

УНП: 100325912

МФО: AKBBBY2X

Счета открыты в ЦБУ 703/Операционная служба — г. Бобруйск, ул. М.Горького, 2, на имя Мазуренко Елены Александровны

Транзитный счет: BY63AKBB38193821011557100000

в белорусских рублях — BY04AKBB31340000011430070000

в евро — BY97AKBB31342000005480070000

в российских рублях — BY55AKBB31343000005280070000

в долларах США — BY97AKBB31341000006290070000

Другие варианты для помощи можно посмотреть здесь

Кроме того, можно пополнить баланс МТС +375 (29) 504−44−75

Услуга МТС «поделись балансом»

*363*375295044475*сумма#вызов

А также через систему расчетов ЕРИП:

Платежи > Благотворительность, общественные объединения > Помощь детям, взрослым > КиндерВита

Код услуги в ЕРИП: 4764221

(в первой графе ФИО, указать «Саше»)

И PAYSEND

Карта Беларусбанк «МИР» 9112 3801 7158 8785 до 04/27

Имя пользователя: ALENA MAZURENKA

Путь пополнения карты через систему ЕРИП (!!БЕЗ КОМИССИИ)-" БАНКИ, НКФО -«БЕЛАРУСБАНК-"ПОПОЛНЕНИЕ СЧЁТА-»

№СЧЁТА BY86AKBB30140012751480070000-«СУММА

Карта Сбербанк России

5469 3801 0588 4950

Kurulenka Volga А.

(на доверенное лицо)

Для клиентов Альфа-Банка путь зачисления через InSync:

Перевод/платёж > переводы > юридическому лицу > по УНП и номеру счёта > УНП: 193 544 063; счёт: BY37ALFA31352A10310020270000 > получатель: КиндерВита; назначение: для Саши

Для клиентов Приорбанка путь пополнения в приложении:

Произвольный платёж > вводятся данные по счёту > БИК PJCBBY2X, получатель платежа: Учреждение КиндерВита, УНП 193 544 063, IBAN: BY35PJCB30150671741000000933, назначение: для Саши.