Поддержать команду Зеркала
Беларусы на войне
  1. «Пережиток прошлого». Президент Азербайджана предложил упразднить «бесполезное» объединение, в которое входит Беларусь
  2. «Честно? Всю Украину надо забирать». Поговорили с экс-вагнеровцем, который после мятежа Пригожина жил в Беларуси и вернулся на войну
  3. В Минске огласили приговор хирургу Елене Терешковой
  4. КГБ теперь требует переводить «компенсации» за донаты одному государственному центру. Рассказываем, что за он и куда идут деньги
  5. Глава Минфина так рассказал в парламенте о ситуации с госдолгом, что «возбудил» Гайдукевича — депутат придумал, как не возвращать займы
  6. В Минске за час вылилась четверть месячной нормы дождей. Что натворила пролетевшая над Беларусью буря
  7. В Минобре всерьез взялись за стихийные очереди для проставления апостиля
  8. Украинские пограничники отреагировали на «предупреждение» беларусских: «Лучше бы они предупредили свою главную провокацию»
  9. Минобороны объявило внезапную проверку готовности. В Украине успокоили: «У Беларуси нет сил для вторжения»
  10. Путин хочет создать коалицию стран, которую будет позиционировать как альтернативу НАТО. Вот на кого, кроме Северной Кореи, он рассчитывает
  11. «Пугали, если много нас уедет, классному будет плохо». Беларусские абитуриенты рассказали «Зеркалу», почему решили поступать за границу
  12. Пропаганда пыталась очернить Польшу — но, похоже, тем самым признала, что в Беларуси есть концлагеря и «фабрика смерти». Вот в чем дело
  13. Похоже, Лукашенко уже начал свою предвыборную кампанию. Перед каждыми выборами он делает одно и то же — вспоминаем, что именно
  14. Лукашенко загорелся новым спортивным мегапроектом. На этот раз поручил за пять лет построить в каждом регионе вот такой комплекс


Двадцать лет назад, когда россиянка Елена училась на втором курсе геофака, они с другом Пашей решили съездить в Польшу автостопом. Часть маршрута из Орши до Минска их подвозил дальнобойщик по имени Андрей. «Осталось ощущение, что Андрей очень хороший и правильный. Такой, каким должен быть настоящий человек», — вспоминает Елена. На прощание путешественница и водитель сфотографировались. Тот снимок у нее хранится до сих пор. А вдруг сейчас удастся найти и самого Андрея.

Фото предоставлено собеседницей
Тот самый снимок, который сохранился у Елены из поездки в Краков. В целях безопасности мы не показываем лицо Андрея. Фото предоставлено собеседницей

Елена с мужем и сыном живет в Подмосковье. Россиянка — сотрудница одного из благотворительных фондов. Она называет себя офисным сотрудником, хотя двадцать лет назад представляла себя в другой профессии. Тогда она хотела учить детей географии.

— Преподавать хотелось не только по книжкам, но и хоть одним глазком посмотреть мир. У нас на факультете было маленькое сообщество интересующихся практической географией людей. Они ездили автостопом, и я к ним присоединилась, — вспоминает Елена. — Мы сделали несколько недальних поездок по России, а потом узнали, что можно съездить в Польшу. Шенгена здесь тогда еще не было (страна вступила в ЕС в 2004 году. — Прим. ред.). Достаточно было в Бресте получить так называемый ваучер, и с его помощью пересечь границу. Мы с напарником набрались смелости и собрались в Краков.

В конце 2001-го Елена сделала свой первый загранпаспорт — и в январе 2002-го друзья отправились в путешествие. Зима, мороз, впереди сотни километров. Приятели даже палатку с собой не брали, потому что «какой смысл?».

— Мы нигде не останавливались и не ночевали, поэтому быстро добрались из родного Кирова до Москвы. Помню, в Подмосковье нас взяли в какую-то легковушку, и мы вырубились в тепле. Так, кажется, доехали до Орши, — восстанавливает тогдашний маршрут собеседница. — Нас высадили на трассе рядом с городом, и мы стали голосовать.

Ребят с рюкзаками в свою фуру взял дальнобойщик. Когда познакомились, узнали, что его зовут Андрей. Он вроде бы был из Бреста. На тот момент ему было лет 25−30. Второкурсникам Лене и Паше он казался взрослым.

— Слово за слово — и мы разговорились. Андрей спрашивал, куда мы едем, зачем, почему. Немного про себя рассказал. Детали я не уже не перескажу, но помню, что тогда про себя подумала, такой хороший, простой парень. Все у него как-то правильно. Вот у него работа — и он честно работает. С теплотой рассказывает о семье, — описывает впечатление от беседы и водителя Елена. — Появилось ощущение, что он такой, каким должен быть настоящий человек. Поэтому, наверное, он и к людям так хорошо относился.

С Андреем студенты доехали до Минска, точнее до кольцевой или заправки. Там на прощание Елена спросила, может ли она с ним сфотографироваться. Хотелось оставить о нем что-то на память.

— Я попросила напарника: «Пашка, сфоткай нас». И он не стал спорить, хотя тогда у нас был пленочный фотоаппарат, и каждый кадр очень ценился, — говорит Елена. — Забегая вперед, позже, когда я проявляла пленку, получилось напечатать только этот кадр. Остальные были испорчены. Вышло, что из всей поездки в Краков мы привезли лишь этот снимок.

Спустя двадцать лет он у Елены сохранился.

«Мы немножко остолбенели: „Ух, ты!“»

Попрощавшись, Андрей поехал в Брест, а ребята — в Минск. Там у знакомых они могли отоспаться и отдохнуть. Студенты день погуляли по белорусской столице и отправились в Брест. Сходили в Брестскую крепость, затем — на границу.

Фото предоставлено собеседницей
То самое фото с другой стороны. Фото предоставлено собеседницей

— Точно не помню, где мы получали разрешение на въезд в Польшу. Наверное, на границе. Это был небольшой вагончик. Платишь, тебе выдают какую-то бумагу и говорят: «Можешь идти», — рассказывает собеседница.

Правда, далеко уйти не получилось: ребята находились на автомобильном погранпереходе, но быстро нашли машину «для вписки».

В Польше они сначала поехали в Варшаву, а оттуда — в Краков, где с ними произошла еще одна добрая история.

— Мы шли с Пашей по улице, болтали по-русски. Мимо проходила женщина, которая, услышав нашу беседу, вступила в разговор. Мы немножко остолбенели: «Ух, ты!». Слово за слово. Кто такие, откуда, куда, — не скрывает эмоций Елена. — Мы как раз обсуждали ночлег, и она предложила переночевать у нее.

Женщина с дочкой и зятем, или с сыном и невесткой, снимали в городе квартиру. И хотя «у них были не хоромы», студентам нашлось место, где они в своих спальниках смогли поспать.

— В свое время этих людей помотало по всему Союзу. В 1990-х они эмигрировали из Украины в Краков, там и осели, — говорит Елена. — Они пекли пончики с джемом на продажу. На следующий день эта женщина собиралась в городе, чтобы их продавать, и нас угостила. Мы тепло распрощались и дальше пошли смотреть окрестности.

Обратный путь до Кирова была таким же: через Варшаву, Минск, Москву.

Всего за «всю свою юность автостопа» Елена проехала около 30 тысяч километров. На вопрос, много ли хороших людей ей за это время встретилось на пути, отвечает: «Все».

— Может, мне так везло, но у меня была немаленькая выборка, — рассуждает она. — За все поездки мне попадались лишь считанные единицы людей, кого я могла бы охарактеризовать как каких-то мутных или странных. Но назвать кого-то плохим… Нет. Возможно, потому что они не успевали мне сделать ничего нехорошего. К тому же, путешествовала я всегда с напарником. Так было безопаснее.

А почему из всех хороших людей, с которыми за это время пересекалась, решила найти Андрея?

— Я читаю вас с 2020 года (сначала TUT.BY, теперь «Зеркало». — Прим. ред.), и тут вы задали вопрос, кто ищет кого-то хорошего. Я подумала, что у меня есть теплое воспоминание про белоруса, и решила им поделиться, — отвечает Елена.

— Что скажете Андрею, если он вдруг откликнется?

— Спасибо за уверенность в том, что хороших людей очень много.

Если вы тот самый Андрей, напишите нам в телеграм.