Поддержать команду Зеркала
Беларусы на войне
Налоги в пользу Зеркала
  1. Иран прокомментировал итоги атаки на Израиль и рассказал о своих дальнейших планах
  2. Как обострение на Ближнем Востоке и новые санкции повлияют на курсы доллара и евро? Прогноз по валютам
  3. Снарядов не хватает, украинцам приходится отбиваться стрелковым оружием. США не помогают Украине — и вот к чему это приводит
  4. «Повлиять на ситуацию не можем, поэтому готовы и ждем». Связались с беларусами в Израиле — как они провели ночь во время иранской атаки
  5. Чиновникам дали задания, как мотивировать беларусов работать дольше и не увольняться. Бюджетников и уехавших тоже касается
  6. «24 часа от Минска до аэропорта в Варшаве». Автобусный коллапс на границе с Польшей продолжается
  7. СК начал спецпроизводство в отношении бизнесмена, который входил в топ-200 самых влиятельных предпринимателей
  8. Эксперты предупредили беларусов, чтобы готовились к скачку цен. Недавно Лукашенко признался, что не знает, чем закончится эксперимент
  9. 58 человек погибли, судьбы многих выживших оказались сломаны. Вспоминаем, как почти 40 лет назад под Минском разбился самолет
  10. Самая большая взятка для Лукашенко? Новое расследование BELPOL о строительстве резиденции политика на Минском море
  11. Почему в Пинске так много змей на набережной и откуда появились гадюки на грядках, объяснил ученый
  12. В Березовском районе сгорел дом, в котором жила многодетная семья. Погибли четверо детей в возрасте от двух месяцев до шести лет
  13. Понимал, что болезнь смертельная, но верил в жизнь. Умер экс-боец ПКК Александр Царук — он вернулся с войны и узнал, что у него рак
  14. Лукашенко уже 17 дней не может назначить главу своей администрации. Вот почему это странно
Чытаць па-беларуску


/

Мы взяли интервью у Паши Кричко за несколько недель до того, как стало известно: белорусский победитель европейского фотоконкурса «Семейные связи» — именно он. Поэтому сам конкурс почти не обсуждался: мы говорили о превращении инженера в документалиста через съемку свадеб и волонтерство, месте фотографа в военно-политическом кризисе в Восточной Европе и законах, которым подчиняются жизни белорусов после 2020-го — такие, как у героев его работ и него самого. На основе ответов Паши мы составили его монолог. Это партнерский материал, который мы сделали вместе с EU NEIGHBOURS east.

Паша Кричко после победы в конкурсе «Семейные связи». Фото: EU NEIGHBOURS east
Паша Кричко после победы в конкурсе «Семейные связи». Фото: EU NEIGHBOURS east

«Семейные связи» — фотоконкурс, организованный EU NEIGHBOURS east совместно с Fotofestiwal и финансируемый ЕС. Заявки на него в этом году подали более 400 профессиональных фотографов из Азербайджана, Армении, Беларуси, Грузии, Молдовы и Украины: в финал вошли по три претендента от каждой страны, 31 марта для каждой был объявлен свой победитель. На конкурс принимались работы, раскрывающие тему семейных связей (разделения близких людей из-за пандемии, войны и других глобальных проблем) в художественном, социальном и, прежде всего, личном аспекте.

Из строителя в свадебные фотографы

— Вообще я строитель (улыбается). Инженер по образованию, закончил магистратуру и работал по специальности. А фотография была моим студенческим хобби — я снимал для себя на цифровую камеру и среднеформатную пленочную.

Новой работой она стала почти случайно: я волею судеб помог снять несколько свадеб и… Для меня этот опыт оказался даже не про деньги, а про сравнение с сидячей офисной работой. Решил, что хочу попробовать все поменять и рискнул: ушел из строительной профессии в никуда. То есть снимать свадьбы.

Паша Кричко. Фото из личного архива героя
Паша Кричко. Фото: Kasia Palasatka

Это был конец 2013 года, а уже в 2014-м я каким-то образом стал лучшим свадебным фотографом Беларуси (на одноименном конкурсе от сообщества видеографов; соцсети организации не обновляются с декабря 2019-го. — Прим. ред.). То есть еще даже толком не работая. Так и повелось в следующие годы: в основном снимал свадьбы, временами даже вновь пересекался со строительством по фрилансу.

А потом… Потом как у всех: случился 2020-й.

Из свадебного фотографа в волонтеры

— Я не занимался документальной фотографией до 2020-го и не могу сказать, что она стала моей работой в тот год. Это было обычное желание помогать общему делу, фиксировать происходящее в Беларуси со старта избирательной кампании. Поэтому я записался волонтером в штаб Виктора Бабарико и снимал все, что происходило с ним во время поездок и встреч.

После ареста Виктора Дмитриевича снимал объединенный штаб [трех кандидатов: Виктора Бабарико, Светланы Тихановской и Валерия Цепкало]. В этот период получилось сделать фотографию, ставшую очень известной. При этом нельзя сказать, что она была более важной, чем любые другие мои фото того года. Все важны, это фиксация нашей истории. Просто эта разлетелась.

Мария Колесникова, Светлана Тихановская и Вероника Цепкало, заявившие о совместной координации работы их штабов, июль 2020 года. Фото: Паша Кричко
Мария Колесникова, Светлана Тихановская и Вероника Цепкало, заявившие о совместной координации работы их штабов, июль 2020 года. Фото: Паша Кричко

А после очередных арестов и выезда из Беларуси части представительниц и представителей объединенного штаба — просто продолжал снимать.

Протесты, суды… Обычно везло и обходилось без задержаний. Со мной это в итоге случилось дважды: 11 октября 2020 года (в тот день очередного воскресного «Марша гордости» силовики задержали несколько десятков журналистов и фотографов. — Прим. ред.) и 6 июля 2021 года — тогда Бабарико оглашали приговор. «Сутки» не сидел, отделался арестом техники при первом задержании и подписью в бумажке про «последствия экстремизма» во время второго (задержанных на протестах иногда просили подписать документы, в которых они подтверждали, что ознакомлены с возможной ответственностью за дальнейшее участие в массовых акциях. — Прим. ред.).

Такая жизнь продолжалось примерно год. А в августе 2021 года возник вариант с краткой поездкой в Польшу: я воспринял это как возможность выдохнуть и перезагрузиться, посмотреть на все со стороны, пообщаться с европейскими фотографами. Получил разрешение и спокойно поехал. Пока был там, случился приговор Колесниковой, началась очередная волна «миграционного кризиса» [на границе Беларуси и ЕС], пришли новости сначала о перестрелке айтишника Андрея Зельцера с кагэбэшниками, а потом о задержании написавшего об этом журналиста Геннадия Можейко…

Девушка с цветами стоит возле изолятора на Окрестина, ожидая выхода баскетболистки Елены Левченко, октябрь 2020 года, часть конкурсной работы Паши Кричко. Фото: Паша Кричко
Девушка с цветами стоит возле изолятора на Окрестина, ожидая выхода баскетболистки Елены Левченко, октябрь 2020 года, часть конкурсной работы Паши Кричко

У меня был обратный билет, но я понял, что сейчас не вернусь. Рассудил так: если вернусь — что буду делать? Молчать, ничего не снимать, сидеть тихо и просто ждать, когда все равно придут и за мной? Собственный ответ принял спокойно — понимая, что рефлексия в этом моменте может навредить: я был уверен, что могу быть полезен и здесь.

В 2022 году Паша Кричко выиграл грант на мобильность проекта Европейского союза для стран Восточного партнерства EU4Culture. В его рамках он посетил крупнейший международный фестиваль фотожурналистики Visa pour L’image во французском Перпиньяне, где имел возможность познакомиться со знаменитыми фотографами и представить портфолио редакторам ведущих мировых медиа, в том числе The New York Times и The Globe and Mail.

Из волонтера в фотографы-документалисты

После попадания в Польшу моя работа на первый взгляд была посвящена двум большим темам.

Первая — дом, само понятие и ощущения, которые выехавшие из Беларуси люди вкладывают в это слово. Я такой же, поэтому это очень интересно и важно лично мне. Сразу после переезда в Польшу мне довелось жить на кухонной кушетке у приютившего меня поляка, чуть позже — спать на надувном матрасе у давно эмигрировавшего (после протестов 2010 года) белоруса, потом был один из белорусских шелтеров… Мне хотелось изучить, что чувствуют другие, понимая временность того, что является их домом прямо сейчас.

После 2020 года и тех событий, которые произошли в Беларуси, многие белорусы стали как одна большая семья, хотя некоторые были вынуждены уехать из страны. Поэтому я хочу показать через свои фотографии, как люди связаны, как они начинают новую жизнь, а еще как они потеряли прежние связи.

Эта тема не очень широко представлена в новостях, и не так много людей знают о том, что происходит в Беларуси. Большинство людей, скажем, знают больше о России. Поэтому в своих снимках я хотел показать пример, используя истории простых людей, которые отражают все общество и то, что происходит с нами сейчас.

Девочка по имени Полина ждет, пока приготовится ее ужин в «Мирном доме» для белорусских беженцев в Варшаве. Ее отец был вынужден покинуть Беларусь после того, как оставил в интернете комментарий о перестрелке на улице Якубовского, в которой погибли Андрей
Девочка по имени Полина ждет, пока приготовится ее ужин в «Мирном доме» для белорусских беженцев в Варшаве. Ее отец был вынужден покинуть Беларусь после того, как оставил в интернете комментарий о перестрелке на улице Якубовского, в которой погибли Андрей Зельцер и сотрудник КГБ Дмитрий Федосюк. Часть конкурсной работы Паши Кричко

Я думаю, что нахожусь в той же ситуации, что и все белорусы, которые покинули страну и не могут вернуться. Поэтому я и начал этот проект, начал снимать семьи, которые борются за пределами страны.

У второй темы есть дата начала — 24 февраля 2022 года. Война многое смешала: я начал снимать белорусов из Украины, украинцев в Польше, белорусских добровольцев в Украине…

Часть последних отправилась воевать за Украину прямо из Беларуси. У каждого там были в общем-то устроенные жизни, работа — они бросили все и поехали. Кто-то говорил мне: «Это и моя война. Я верю, что помогу Украине победить, а в будущем буду освобождать и Беларусь». Довольно часто слышал и такое: «Я там один. Сижу и тупо жду, когда за мной придет непонятно кто. В Украине, с оружием в руках, я чувствую себя в большей безопасности, чем в Беларуси, потому что я понимаю, кто мой враг и где он прямо сейчас». Такое говорят сотни человек! А это значит, что в Беларуси хватало и по-прежнему хватает людей, способных что-то делать. Некоторые из них и старались быть активными — просто не знали и не знают друг о друге, ощущая невозможность быть по-настоящему полезными и реализовать себя. Нас сумели приучить, что мы одни. Это старый разговор о выученной беспомощности.

Боец Полка Калиновского с позывным Чили и его кот. Украина, 2022 год, часть конкурсной работы Паши Кричко. Фото: Паша Кричко
Боец полка Калиновского с позывным Чили и его кот. Украина, 2022 год, часть конкурсной работы Паши Кричко

Растерянность и непонимание, как многое люди по-прежнему могут сделать вместе, бывает характерна и для уехавших — даже давно уехавших. Они часто полностью поглощены бытом: устроиться на новом месте, отправить ребенка в школу, сделать все документы, учить язык, найти работу… Я иногда наблюдаю, как только что переехавшие из Беларуси люди подходят и от чистого сердца спрашивают: «Чем помочь? Куда прямо сейчас идти, чтобы кому-то помогать?» А спустя некоторое время первоочередные вопросы меняются: «Где жить? За что жить?» Есть мнение, что это осознанная пауза: «Помоги сначала себе, чтобы потом эффективно помочь другим». Хочется верить, что это так.

Чтобы видеть, как это меняет людей, надо за ними постоянно наблюдать. Я регулярно снимаю одну белорусскую семью и вижу, как это: «тут» уже родился ребенок, «там» умер кто-то родной, вернуться они не могут — уголовные дела… Когда снимаешь политиков, видишь совершенно другие проблемы и трудности. Но при этом все связано: ты будто разглядываешь очень разные слои одной и той же истории.

Андрей, бежавший с беременной женой Полиной из Беларуси через приграничные леса от преследования силовиками, держит на руках новорожденную дочь в Варшаве. Часть конкурсной работы Паши Кричко. Фото: Паша Кричко
Андрей, бежавший с беременной женой Полиной из Беларуси через приграничные леса от преследования силовиками, держит на руках новорожденную дочь в Варшаве. Часть конкурсной работы Паши Кричко

И со временем наблюдать становится все сложнее: очень многие просят не фотографировать их лица, никоим образом не упоминать. Объяснение все чаще такое: «У нас там родные и близкие. Мы боимся, что к ним придут из-за нас».

Знаете, что очень запомнилось? 7 августа 2022 года, акция в Варшаве, посвященная второй годовщине выборов.

Я тогда как раз вернулся в Польшу из Украины: снимал белорусских добровольцев и просто для себя провел там целую неделю, видел среднее настроение людей, чью воюющую страну шестой месяц подряд ежедневно бомбили: «Мы сильные. Мы все сможем. Мы все сделаем. У нас получится».

Вернулся в Польшу и получил возможность по горячим следам сравнить это с настроением белорусских эмигрантов — активных, вышедших на акцию. В тот момент я ощутил, что белорусы просто устали. И я устал. Каждый знает, что бросать дело нельзя, что силы и вдохновение нужно искать — иначе все может оказаться зря. Возможно, у белорусов сейчас именно этот этап: усталость, которую нужно преодолеть.

Павел Кухта, координатор полка Калиновского. Украина, 2022 год, часть конкурсной работы Паши Кричко. Фото: Паша Кричко
Павел Кухта, координатор полка Калиновского, в организованном им рекрутинговом центре в Варшаве, 2022 год, часть конкурсной работы Паши Кричко

И понял, что тема у меня все это время одна — это белорусский кризис. Начиная с лета 2020-го и жестокости белорусских силовиков, через войну и смешивание диаспор в 2022-м, и прямо сейчас, весной 2023-го.

Почему я продолжаю? Потому что знаю, как это важно для будущего Беларуси. Чтобы каждый в будущем знал и помнил, через что прошли люди, какую личную цену заплатили и платят. Сейчас главный смысл моей работы — делать все, чтобы о происходящем с белорусами продолжал знать и думать весь мир, чтобы произошедшее и происходящее не забывалось самими белорусами. Это полезная история для любой демократической страны, в которой однажды становится много людей, которые «вне политики»: она напоминает, к чему с годами может привести такое отношение.

Чтобы некоторые вещи, происходящие в моих работах, больше не повторялись. А некоторые — солидарность, поддержка друг друга, осознание своей силы — повторились как можно быстрее. Белорусы не жертвы, мы остаемся сильными: и несмотря ни на что, мы еще не сдались.

Посмотреть фотографии из проекта Паши Кричко, а также снимки других участников конкурса «Семейные связи» из Беларуси и иных стран можно здесь