Поддержать команду Зеркала
Беларусы на войне
Налоги в пользу Зеркала
  1. У Дворца независимости заметили людей в форме, скорые и МЧС. Узнали, что происходит
  2. Сможет ли армия РФ захватить Часов Яр к 9 мая и почему российское командование уверено в этом — анализ экспертов
  3. Уровень цинизма зашкаливает: власти продолжают «отжимать» недвижимость осужденных по политическим статьям. На торги попали новые объекты
  4. Снарядов не хватает, украинцам приходится отбиваться стрелковым оружием. США не помогают Украине — и вот к чему это приводит
  5. Иран прокомментировал итоги атаки на Израиль и рассказал о своих дальнейших планах
  6. Самая большая взятка для Лукашенко? Новое расследование BELPOL о строительстве резиденции политика на Минском море
  7. «24 часа от Минска до аэропорта в Варшаве». Автобусный коллапс на границе с Польшей продолжается
  8. Лукашенко уже 17 дней не может назначить главу своей администрации. Вот почему это странно
  9. Эксперты предупредили беларусов, чтобы готовились к скачку цен. Недавно Лукашенко признался, что не знает, чем закончится эксперимент
  10. Как обострение на Ближнем Востоке и новые санкции повлияют на курсы доллара и евро? Прогноз по валютам
  11. В Бресте скоропостижно умер высокопоставленный силовик, который руководил разгоном протестов в Пинске. Ему было 47 лет
  12. Почему в Пинске так много змей на набережной и откуда появились гадюки на грядках, объяснил ученый
  13. В Березовском районе сгорел дом, в котором жила многодетная семья. Погибли четверо детей в возрасте от двух месяцев до шести лет
  14. «Повлиять на ситуацию не можем, поэтому готовы и ждем». Связались с беларусами в Израиле — как они провели ночь во время иранской атаки
  15. СК начал спецпроизводство в отношении бизнесмена, который входил в топ-200 самых влиятельных предпринимателей
  16. Большой секрет Василевской. Власти старательно скрывают, в каком университете училась первая беларусская космонавтка, но мы это выяснили
  17. В двух беларусских театрах происходят массовые увольнения актеров и сотрудников
  18. 58 человек погибли, судьбы многих выживших оказались сломаны. Вспоминаем, как почти 40 лет назад под Минском разбился самолет
  19. «Он пошел против власти, а вы нет — вы хорошие». Монолог освободившегося из самой строгой колонии страны, где сидит Статкевич
Чытаць па-беларуску


Недавно бывший белорусский дипломат Павел Слюнькин рассказал о том, что в МИД существует потолок возможностей для женщин. На самом деле подобная проблема есть не только в этом ведомстве — она системная и особенно часто проявляется в государственных учреждениях. Экс-заведующая кафедрой факультета журналистики БГУ и доктор филологических наук Ирина Сидорская рассказала, почему так происходит и что мешает белорусским женщинам строить карьеру.

Экс-заведующая кафедрой факультета журналистики БГУ и доктор филологических наук Ирина Сидорская. Фото: личный архивИрина Сидорская

Доктор филологических наук, экспертка в области медиа и коммуникаций, гендерная исследовательница

С 1998 года преподавала на факультете журналистики БГУ, в 2010—2020 годах там же возглавляла кафедру технологий коммуникации и связей с общественностью. Вела телеграм-канал Gender_gap. После протестов в Беларуси уволилась и уехала из страны.

Наверняка вы заметили: чем выше позиции в должностной иерархии, тем меньше на них женщин. Это правило действует в любых организациях — независимо от сферы деятельности, формы собственности или количества сотрудников. Гендерный разрыв в заработной плате в 2021 году тоже превышал 28%. Это означает, что с конца октября и до начала следующего года женщины, в отличие от мужчин, работают бесплатно.

Это звучит парадоксально, ведь женщины и мужчины в Беларуси получают одинаковое среднее образование, имеют (практически) равные возможности для поступления в высшие учебные заведения. В среднем белоруски образованнее мужчин: только 47% работников имеют среднее специальное или высшее образование, тогда как среди работниц таких 68%.

Среди занятого населения в нашей стране женщин больше, чем мужчин — это нетипичная для мира ситуация. Для сравнения: в той же России 48% занятых в экономике — это женщины. При этом, к сожалению, белоруски занимаются преимущественно рутинной, технической, тяжелой, малоинтересной и малооплачиваемой деятельностью. И чтобы получить такую «привлекательную» работу, часто требуется еще и специальное образование.

Тяжелый физический труд, на который прежде всего способны мужчины, востребован в аграрных и индустриальных обществах. Но сегодня Беларусь — страна с постиндустриальной экономикой и развитой сферой услуг. А значит, людям нужны качества и компетенции, которые общество призывает прививать женщинам: внимание, терпение, эмпатия, умение коммуницировать с разными людьми, правильно интерпретировать обратную связь и так далее. Экономика становится все более ориентированной на взаимодействие с людьми — и женщины успешно с этим справляются.

Вероника Цепкало, Светлана Тихановская и Мария Колесникова на митинге Объединенного предвыборного штаба в Могилеве, 25 июля 2020 года. Фото: TUT.BY
Вероника Цепкало, Светлана Тихановская и Мария Колесникова на митинге Объединенного предвыборного штаба в Могилеве, 25 июля 2020 года. Фото: TUT.BY

Тем не менее правило «чем выше должность, тем меньше вероятность встретить на ней женщину» продолжает действовать. Возьмем только сферу образования. Среди учителей средних школ мужчины составляют менее 18%, тогда как среди директоров их становится уже 35%. Подобная ситуация в высших учебных заведениях, где работала и я: среди преподавателей и старших преподавателей преобладают женщины, на уровне доцентов положение уравнивается, а среди профессоров женщин остается чуть более 20%. Сегодня в Беларуси 50 высших учебных заведений, и только 6 из них возглавляют женщины, хотя среди профессорско-преподавательского состава они преобладают.

Почему так происходит?

Я вижу здесь три основные причины, и все они — не частный случай конкретной женщины, семьи или организации. Это системные проблемы, решить которые можно, если делать это на уровне государства, причем целенаправленно и последовательно.

Первая причина — это неравномерное распределение семейных обязанностей между мужчинами и женщинами. Именно последние традиционно забирают детей из детского сада или школы, отводят на кружки и секции, делают с ними домашние задания, покупают продукты и готовят ужин, моют посуду и убирают в доме, стирают и гладят белье. И это если речь не идет о приусадебном участке или доме в сельской местности.

Женщины выполняют в семье большой объем не только физической, но и организационно-управленческой нагрузки: они распределяют финансы, составляют планы и графики, определяют, что, когда и в каком порядке покупать, куда ехать отдыхать, как провести выходные, когда сделать генеральную уборку, что необходимо предпринять сегодня, в ближайшие дни, в течение месяца… На женщинах и основная часть эмоциональной нагрузки: они ответственны за атмосферу понимания и принятия в семье и за ее пределами, выслушивают проблемы мужа, детей и других родственников, дают советы, решают проблемы близких… Условно, если у женщины есть сын и он женат, то в случае болезни помогать ей будет именно невестка.

Все это занимает время (белоруски тратят на домашние дела и семью в 2 раза больше времени, чем белорусы), отнимает физические, интеллектуальные и моральные силы. В сутках же и для женщин, и для мужчин 24 часа, поэтому естественно, что на работу вне дома — то, что мы традиционно называем «работой», — у женщин остается меньше времени и сил. И это не потому что они «по своей природе» умеют и хотят заниматься домашними делами. Если это исправить, белоруски станут конкурентнее на рынке труда, больше зарабатывать, смогут построить карьеру или вести успешный бизнес.

Стать заведующей кафедрой и эффективно выполнять свои обязанности, а также написать и защитить докторскую мне помогло равномерное распределение домашних обязанностей в моей собственной семье. Не разовая «помощь мужа», а именно наше совместное участие — иначе я или бы не достигла таких высот, или заплатила за них слишком высокую цену в виде подорванного здоровья. Выходит, на практике женщина может принести много пользы вне дома, а мужчина — получить так же много радости, отдачи и уважения от выросших детей. Я считаю свою семью позитивным примером гендерного равенства, но, чтобы у всех было так же, нужно участие именно обоих партнеров.

Вторая причина — это корпоративная культура, которая в качестве «идеального работника» рассматривает мужчину и не способствует созданию равных возможностей. Именно это как раз подчеркнул Павел Слюнькин, когда говорил о ситуации в МИД.

Не только в том ведомстве, но в большинстве белорусских организаций считается, что «работать лучше» означает «работать больше», а точнее, «более длительный срок находиться в офисе», поэтому поощряются сверхурочные и переработки. Остаться после окончания рабочего дня, прийти в выходной, внезапно поехать в командировку — все это больше подходит мужчинам, ведь в это время домашние обязанности выполняют их жены. То, что «находиться на работе» и «эффективно работать» не одно и то же, забывается. Можно находиться в офисе и 10, и 12, и даже больше часов, но тратить время на разговоры с коллегами, на перекуры, на мониторинг социальных сетей. И можно прийти в офис на 6 часов, но не отвлечься ни на минуту, потому что у тебя только эти 6 часов и потом тебе нужно бежать за ребенком в детский сад.

Необходимость периодически отпрашиваться с работы, чтобы сходить на утренник к дочери, отвести к зубному сына или дождаться прихода сантехника ставит женщин в уязвимое положение. Восприятие себя «второсортной» работницей из-за своих реальных или подразумеваемых гендерных ролей жены, матери, дочери, сестры уменьшает уверенность в собственных компетенциях и значимости.

В результате сотрудницы, в отличие от сотрудников, более зависимы от мнения и расположения своего начальства. Они дорожат имеющейся работой, не хотят рисковать и требовать большего, боятся быть уволенными, не найти другой работы и в итоге остаться ни с чем. Поэтому вынуждены прикладывать больше стараний, демонстрировать не только высокую работоспособность, но и повышенную лояльность, согласны терпеть самодурство и грубость руководства, а также выполнять указания, явно выходящие за рамки должностных обязанностей.

Прокурор Алина Касьянчик во время процесса против журналисток "Белсата" Дарьи Чульцовой и Катерины Бахваловой, 8 февраля 2021 года. Фото: TUT.BY
Прокурор Алина Касьянчик во время процесса против журналисток «Белсата» Дарьи Чульцовой и Катерины Бахваловой, 8 февраля 2021 года. Фото: TUT.BY

Это ответ на вопрос, почему среди тех, кто встроен в систему Лукашенко и не только демонстрирует послушание, но и проявляет инициативу, немало женщин: пропагандистов, судей, прокуроров и других госслужащих. Они понимают, что вынуждены прикладывать максимум усилий и активно демонстрировать лояльность, чтобы хотя бы остаться на своей позиции, а не только для продвижения по службе.

Кроме того, само общество требует от женщин быть «хорошими девочками»: ладить со всеми, быть скромными и доброжелательными, легко находить компромиссы (отказываясь от части своих интересов и законных требований) — в общем, не создавать проблем. Не отстаивать свою точку зрения и свои права.

Кстати, многие женщины предпочитают государственные организации не потому что там хочется работать, а потому что они предлагают социальные гарантии: сохранение рабочего места в период беременности и рождения детей, отпуск по уходу за ребенком, взятие больничных, ограничения на командировки и работу в выходные дни. Не то что белорусские женщины не любят ездить в командировки — им часто не на кого оставить семьи.

В такой системе мужчина с семейными обязанностями — в отличие от женщины с семейными обязанностями — часто оценивается как «идеальный работник»: он серьезен, ему есть ради кого трудиться, он заинтересован в работе и карьере — и всегда поедет в командировку.

Третья, пожалуй, главная причина — это гендерные стереотипы о социальных ролях женщин и мужчин. Если все вокруг: друзья, коллеги, начальники, работодатели, а до этого родители и другие родственники — делят обязанности на «мужские» и «женские», говорят о том, что нужно делать, а чего не делать, чтобы стать «настоящим мужчиной» или «настоящей женщиной», то ролевые модели усваиваются крепко. Особенно если они дополнялись школьными учебниками, в которых «мама мыла раму», а папа «зарабатывает деньги», мальчики разводят костры, а девочки моют посуду, в программе по литературе в основном поэты и писатели, но нет поэтесс и писательниц, а на уроках истории узнаешь, что история — это революции, войны и госперевороты, которые осуществляют мужчины.

И, конечно, на нас влияют массовая культура и медиа, в которых сегодня призывают «защищать традиционные ценности». Под ними обычно подразумевают консервативную модель репродуктивного и сексуального поведения. А если проще — то, что основные задачи женщин — это рождение и воспитание максимального числа детей, бесплатная работа по дому, полная поддержка действующей власти и принимаемых ею решений, а также работа еще и вне дома. Она будет тяжелая, техническая, монотонная, непрестижная и малооплачиваемая, но «жить-то надо».

Что тогда нужно женщине, чтобы построить карьеру в белорусской организации?

Победительница конкурса «Мисс Беларусь-2018» и депутат Палаты представителей Национального собрания Мария Василевич. Фото: facebook.com/vasilevichmariya
Победительница конкурса «Мисс Беларусь - 2018» и депутат Палаты представителей Национального собрания Мария Василевич. Фото: facebook.com/vasilevichmariya

Оставим за скобками варианты, когда эта женщина обладает привилегиями: выступает в качестве протеже влиятельной персоны, является дочерью, сестрой, женой известных и уважаемых в сфере людей. Также не будем рассматривать сегодняшнюю ситуацию, когда лояльность практически заменила собой профессионализм, значение опыта и компетенций минимизировано, а порядочность, справедливость, искренность остаются скорее преградой для успешной карьеры.

По моему опыту, прежде всего белоруске нужно очень много работать, намного больше, чем окружающим ее мужчинам. Нужно быть на голову выше своих коллег: кандидатура женщины на повышение будет рассматриваться только тогда, когда кандидатур-мужчин не будет в принципе, либо они будут на порядок ей уступать.

Еще женщине нужно быть заметной. Это значит раньше приходить на работу и позже уходить, активно участвовать в рабочих встречах и переговорах, выступать с предложениями и продвигать свои проекты: например, меня знают как организаторку форума «PR-кветка» и PR-консультантку, хотя в то же время есть заведующие кафедрами мужчины, которые ничего сверх своих основных задач не делают.

Одновременно женщина не должна быть «слишком» активной, то есть не выбиваться из своей гендерной роли: не быть более заметной и громкой, чем сослуживцы-мужчины, четко понимать и принимать иерархию в организации, иметь прочные контакты с формальными и неформальными организационными лидерами и еще многое другое.

И лишь тогда, возможно — но не обязательно, — она достигнет некоторых успехов. Только, конечно, не высших должностей — ведь «конституция у нас не под женщину». Здесь можно сказать: у меня же получилось сделать карьеру в университете, разве это «невыполнимые» правила? Но, во-первых, почему я должна работать намного больше, только потому что я женщина? А во-вторых, есть такое явление как «ошибка выжившей» — на одну меня найдется еще не один десяток женщин, у которых это не вышло.

Мой совет: если вы ищете работу и в организации на рядовых должностях преимущественно женщины, хотя в руководстве мужчины, бегите оттуда (конечно, если сфера деятельности не специфична: как, допустим, в салоне красоты). Скорее всего, там вас ожидает сложная, неинтересная, непрестижная и малооплачиваемая работа. Но, если вы мужчина, может, уже через пару месяцев пойдете на повышение.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.