Поддержать команду Зеркала
Белорусы на войне
  1. Трагедии не могло не случиться? Рассказываем о российской ракете Х-22, убившей людей в ТЦ в Кременчуге
  2. Сто двадцать пятый день войны в Украине. Рассказываем, что происходит
  3. Беларусь будет исполнять обязательства по евробондам в рублях по курсу Нацбанка
  4. «Может перейти в насильственное противостояние». Эксперты заявляют, что конфронтация сторонников и противников власти усилилась
  5. Сто двадцать шестой день войны в Украине. Рассказываем, что происходит
  6. «За эту ошибку платим не только мы, но и весь регион». Павел Латушко ответил на скептические вопросы о новой инициативе демсил
  7. «Мама в больнице, дочку не нашли». Поговорили с жителями Кременчуга, где российская ракета уничтожила заполненный людьми ТЦ
  8. Обломки и тела упали возле деревни. Как новый советский самолет убил 132 человека в небе над Беларусью
  9. 215 тысяч просмотров у лжи России и 250 тысяч — у текста об убийстве Зельцера. Показываем самые популярные материалы «Зеркала» и просим вашей помощи
  10. Канада вводит санкции против двух белорусских предприятий и 13 чиновников. Среди них — Макей и Головченко
  11. Для предпринимателей с 2023 года введут важные изменения по налогам. Рассказываем подробности
  12. Синоптики повысили уровень опасности до оранжевого на понедельник и вторник. Ожидается до +36°С
  13. В G7 обеспокоены планами России передать Беларуси ракеты с ядерным потенциалом
  14. Правительство продлило продуктовые контрсанкции против недружественных стран (но по некоторым товарам ввели послабления)
  15. Кроме жары, еще и грозы с градом. Синоптики объявили оранжевый уровень опасности сразу на два дня
  16. Надежда России на резервные силы и 20 вагонов белорусских боеприпасов: главное из сводок штабов на 124-й день войны
  17. КГБ включил в «список террористов» Тихановского, Лосика и еще 21 человека. В том числе 70-летнего мужчину
  18. Российские войска усиливают ракетные удары, пока их силы истощаются: главное из сводок штабов на 125-й день войны
  19. СК завершил расследование дела об «актах терроризма» на железной дороге. Троим мужчинам грозит смертная казнь


В самопровозглашенной ДНР 6 июня начали судить троих пленных иностранцев, воевавших за Украину, а 10-го уже вынесли приговор: смертная казнь. На скамейке подсудимых вместе с двумя британцами Шоном Пиннером и Эйденом Эслином сидел марокканец Брагим Саадун. Парень самый молодой: ему 21 год, и он больше похож на подростка, чем на наемника, как назвали всех на суде. С таким обвинением и, разумеется, приговором не согласна и подруга Саадуна. А вот в судебной коллегии пояснили, что, вынося решение об исключительной мере наказания, руководствовались главным образом незыблемым принципом справедливости.

Брагим Саадун. Фото из соцсетей
Брагим Саадун. Фото из соцсетей

Брагим Саадун приехал в Украину около трех лет назад, жил в Киеве, поступил там в политехнический институт — изучал аэрокосмические системы, рассказывает его подруга Дарья Олейник.

— Инженерия ему очень нравилась. Он не закончил учебу, но говорил, что хотел бы продолжить этим заниматься. За время, что он был тут, хорошо интегрировался в местную жизнь — неплохо говорил по-русски и даже по-украински. Мы никогда не обсуждали с ним, почему он приехал именно в Украину, думаю, это было решение наобум — это не какая-то особенная история.

Девушка не знает наверняка, было ли у парня украинское гражданство, но уверена, что в стране он находился легально — возможно, по виду на жительство. За три года марокканец завел много друзей в Киеве.

— Он такой достаточно социально активный человек. Тут его очень много людей знают — даже у меня, местной, не было столько знакомых, как у него! А все, кто с ним знаком лично, его любят. Брагим очень добрый, очень хороший друг. Если он с кем-то подружился — этот человек для него уже как семья, он готов помогать, как угодно. Даже уже на войне, когда с ним переписываешься, спрашиваешь, все ли в порядке, он коротко ответит про себя и уточняет, как у тебя дела, как на работе, нужна ли какая-то помощь. Он за друзей волнуется больше, чем за себя.

Саадун подписал контракт до начала полномасштабной войны в Украине. Дарья говорит, что это случилось осенью 2021 года. В ноябре он поехал на учения, а в начале февраля 2022 года уже был на востоке.

— Вас не удивило, что он пошел в ВСУ? Он с виду маленький и худенький.

— Да нет. Маленькие и худенькие мальчики обычно шустрые, — смеясь отвечает подруга Брагима. — Всем можно найти применение, тем более у человека инженерный мозг, он много языков знает, может переводить — это всегда полезно.

Девушка лишь в общих чертах рассказывает, почему парень пошел в ВСУ, — говорит, друзья и семья опасаются, что любое слово могут трактовать против него самого.

— Я об этом узнала спонтанно, общались как-то, и он говорит: «Я принял решение пойти в армию». Ну, решил и решил. У нас война в стране идет уже 8 лет. Понятно, когда близкий человек тебе это говорит, ты за него переживаешь, боишься, что что-то может случиться, но это его решение. Я это уважаю. Как он к этому пришел, почему решил защищать Украину, он не объяснял.

Последний раз Брагим и Дарья общались в конце марта.

— Они были в Мариуполе, в районе «Азовстали», но еще до того, как о комбинате стали так много говорить. У них заканчивалась еда, они были окружены, вариантов прорваться не было, как и помощи. Они вышли в город разведать обстановку, кто-то из местных им сказал, что вокруг уже российские войска, и им лучше сдаваться. Они сложили оружие.

Брагим Саадун. Фото из соцсетей
Брагим Саадун. Фото из соцсетей

О том, что Брагим попал в плен, Дарья узнала, когда российский провластный блогер выложил видео с ним. А о том, что парню грозит смертная казнь, — из видеосообщения прокуратуры самопровозглашенной ДНР. Парню не дают выйти на связь ни с родными, ни с друзьями. Девушка говорит, что никто не знает, в каких условиях его содержат.

— В этом большая трагедия для нас — что мы все узнаем только из новостей. Причем мы видели, что британцы могли позвонить своим близким, а Брагиму, видимо, по каким-то причинам не разрешают. Его сестра в шоке, не понимает, как вообще такое могло произойти и почему именно Брагим, — говорит девушка и снова описывает друга. — Он на самом деле очень добрый и мирный человек. У него даже черты лица — детские, открытые, добрые. Он на убийцу меньше всего похож. И он не убивал людей. Понятно, что служил в ВСУ, но он не тем там занимался. Самое обидное, что попал в эту заваруху непонятно как и непонятно за что. Он не наемник. Понятно, что сестра Брагима переживает за его жизнь и здоровье, но ей очень обидно, что его обвиняют в том, чего он не делал. И не дают с ним связаться.

По словам Дарьи, парень был разведчиком. Она не знает, пыталась ли семья связаться с властями самопровозглашенной ДНР или России.

— Переживаем очень сильно. Хочется помочь, что-то сделать, а что и как — не знаешь. Боимся, что мы можем что-то сказать, а это ему навредит. Непонятно, что делать, куда бежать. Я пока не нашла другой путь, кроме как общаться с журналистами и правозащитниками, — нам советуют поднимать эту тему в медиа.

Фото: ДАН
Фото: ДАН

Всех иностранцев, воевавших за Украину и попавших в плен, обвинили по четырем статьям Уголовного кодекса самопровозглашенной ДНР: «Наемничество», «Совершение преступления группой лиц», «Насильственный захват власти или насильственное удержание власти» и «Прохождение обучения в целях осуществления террористической деятельности». Все трое признали себя виновными в последних двух. Дарья же, как и близкие Саадуна, не согласны с этими обвинениями.

— Честно говоря, не знаю, что он там мог захватывать, какую власть. С одной стороны хочется просто смеяться над этим, а с другой — абсолютно не смешная ситуация, это звучит абсурдно в целом и по отношению к Брагиму. Ну, ему 21 год, молоденький энергичный добрый мальчик — какой там террорист? Понятно, что мы пытаемся держать оптимистичный настрой. Не хочется верить в то, что приговор могут исполнить, но кто их знает? Понимаю, что чисто теоретически это реально. И это дает нам толчок заниматься этим вопросом больше.

Девушка говорит, что писала обращения в посольство Марокко в Украине, еще несколько марокканских друзей Брагима Саадуна — в посольства в других странах. Ответ пока никто не получил. По ее словам, представители ВСУ не связывались с родными или друзьями контрактника и не обсуждали ситуацию.

Шон Пиннер, Эйден Эслин и Брагим Саадун имеют право обжаловать приговор в течение одного месяца со дня его оглашения. Все трое подтвердили свое решение подать апелляцию.